Сын Авонара - Кэрол Берг

Лагерь был разбит сразу за упавшей сторожевой башней. Баглос заметил нас первым, подбежал к принцу и упал на колени.

— О мой господин, прости, что меня не было рядом. Долг звал меня, но эти… наши друзья… исполняли приказы, право отдавать которые ты возложил, — он судорожно глотнул воздух, — на эту мирскую женщину. И я подчинился. Но дозволь спросить, этого ли ты хотел?

— Я повторяю свой приказ, дульсе, он распространяется и на меня. Ты мой мадриссе, призванный вести меня правильной дорогой и отвечать на те вопросы, которые я задам. А госпожа Сериана мой советник, она должна указать, какую дорогу избрать и на какой вопрос мне потребуется ответ.

К тому моменту, когда я справилась уже со вторым приступом кашля, Д'Натель доедал вторую миску сваренной Баглосом каши. Мне хотелось выпить чего-нибудь теплого, чтобы смягчить горло, сообщать об этом дульсе пришлось жестами.

Грэми Роуэн, мусоля сухарь, уселся неподалеку от разрушенной стены. Келли сидела в отдалении спиной к остальным. Я с благодарностью приняла из рук Баглоса кружку с подогретым вином и уселась рядом с шерифом.

— Доброе утро, — проговорила я сипло.

— Доброе утро, сударыня.

— Лучше просто Сейри.

— Как хочешь. — Он кивнул на принца. — Мне преклонять перед ним колено?

— Он этого не ждет.

— И с тобой очень долго было непросто. Знать, кто ты, в чем тебя обвинили. А потом Келли, чародейка по крови. Но она рассказала мне, что он принц, и он, и его странный приятель явились из другого места, из мира, которому мы не принадлежим. Это правда?

— Да.

— Рука Аннадиса…

Рука с сухарем упала на колено. Для Роуэна, насколько я его знала, подобная реакция была немыслима.

— Понять это мне тоже было очень нелегко. Только Паоло все воспринимает как должное.

Шериф поморщился.

— Жизнь Паоло состоит сплошь из событий, не поддающихся логике. И он говорит с лошадьми. Что может его удивить? Он сказал, вы решили взять его с собой, а не сдавать в магистрат. Спасибо вам за это.

— Ты знаешь, я ни за что бы…

— Все равно спасибо. Обычно те, кто занят спасением миров, не обращают внимания на хромых мальчишек. — Он снова поднес сухарь ко рту и после долгой паузы добавил: — Можно узнать, что происходило этой ночью?

Горло после вина уже не саднило, и я рассказала Роуэну о Поиске зидов, о том, как Д'Натель думал, что должен сражаться с ними в одиночку, чтобы не подвергать опасности остальных.

— Я же просто очень долго говорила с ним, создала для него островок в океане, к которому он смог пристать. А нападение он отражал собственными силами. И я благодарю тебе за помощь.

— Клянусь никогда не иметь дела ни с какой магией.

— Может оказаться, что магия не так страшна, как ты думаешь.

— Гм. — Он скептически хмыкнул. — И что теперь?

— Мы должны доставить его в место, которое называют Воротами, как уже рассказала тебе Келли, чтобы он смог выполнить то, зачем пришел. При этом мы должны избегать ловушек зидов и предателей из числа его собственных соплеменников.

— И ты знаешь дорогу?

— У нас есть подсказки. — Я рассказала ему о дневнике, об Авторе и загадках.

— Будущее двух миров зависит от загадок четырехсот пятидесятилетней давности, придуманных десятилетней девочкой? — Казалось, светлые брови Роуэна сейчас слетят с его лица.

— Она лишь натолкнула отца на мысль. Он записал подсказки, поместив их в ее загадки, а ключ к загадкам дается в форме детской игры.

— Все равно что идти на медведя с пустыми руками.

Роуэн покончил с сухарем, я — с вином, Баглос счастливо хлопотал над своими котелками, припасами и костром. Роуэн, помолчав, произнес:

— Значит, коротышка слуга. Он кажется таким преданным. Послушным… достойным доверия.

— Их связывают гораздо более глубокие отношения, чем отношения слуги и господина, магическая связь душ. Баглос едва ли смог бы ослушаться его приказа, даже если бы захотел. А что?

— Ну… не важно. Я просто хотел удостовериться. Тогда в Юриване… — Он смахнул с себя крошки. — Да нет, ничего.

Моя кружка опустела, и мне не терпелось приняться за дела.

— Что ж, тогда я представлю вас, и мы поедем. Принц все еще жадно насыщался. Паоло пытался выдержать его темп, но скоро сдался.

— Д'Натель, хочу представить тебе того, в чьем благородстве я так сомневалась. Он следовал за нами только из лучших побуждений. Это Грэми Роуэн, которому тебе пришлось дать по голове из-за моего неверного понимания событий.

Принц поднял голову.

— Шериф, это Д'Натель, нет, точнее, его высочество Д'Натель, принц Авонара, правитель Гондеи, Наследник Д'Арната.

На Д'Нателе по-прежнему были обноски покойного фермера, та же потрепанная рубаха и штаны, которые я нашла в лавке Якопо, но когда он склонил голову, Роуэн низко поклонился ему, хотя, я уверена, вовсе не собирался этого делать.

— Ты ведь не гнусный негодяй? — спросил принц серьезно, отправляя в рот последнюю ложку и жестом предлагая Баглосу переложить в его миску остатки каши из котелка. — Не скрывающий свои оковы раб того зла, что именуется законом?

— Слуга порядка и справедливости, но не раб, скрывающий оковы, — так же серьезно ответил Роуэн.

— И вовсе не тот мерзавец, кто не допускает у женщины способности здраво мыслить и который не заметит этой мысли, даже если она будет вовсю таращиться на него из кружки с пивом?

Роуэн выразительно замотал головой.

— Я усвоил этот урок, его мне преподали не один раз.

Я переводила взгляд с одного на другого, чувствуя, как пылают щеки.

— Что это за тайный язык? Я возглавляю отряд и не потерплю в нем напыщенных господ, говорящих непонятные слова и что-то замышляющих. Вы только что познакомились. Какие между вами могут быть тайны? — Я всплеснула руками и принялась засыпать костер, намеренно не замечая, как эти двое потешаются над моим смущением. Но я чувствовала, как внутри меня поднимается волна радости… воскрешая во мне то, что я считала давно умершим.

Баглос упаковал все свои котелки и сумки, и они вместе с Паоло пошли за лошадьми. Миг спустя взволнованный Баглос прибежал к Д'Нателю.

— Мой господин, мы не можем найти вашего коня! Мы звали его, но он не пришел. Если бы вы могли что-нибудь сделать…

— Он вернется.

Д'Натель прикрыл глаза, едва заметно шевельнул пальцами и прошептал слово, которое я не расслышала. Но я почувствовала его. Очень явственно. Шериф тоже почувствовал, потому что пристально поглядел на принца. И когда я услышала в отдалении топот копыт и гнедой взбежал на вершину соседнего холма, я не удивилась. Д'Натель казался довольным, когда статный жеребец прискакал в лагерь и остановился на расстоянии вытянутой руки от хозяина.