Маятник Судьбы - Денис Чекалов

– Майкл? – озадаченно пробормотала она.

– Может, напомнишь, какими словами я уговаривал тебя остаться? – спросил я. – На будущее.

Девушка отставила чашку с блюдцем, и они исчезли в тающем облаке серы.

– Мне надо было как-то объяснить свое появление, – смущенно пробормотала она. – Вот я и сказала, что приехала поздравить их с днем таяния лавы… Майкл, а почему это я оправдываюсь?

– Тебя толкает к этому чувство вины, – пояснил я, – которое ты боишься осознать.

Франсуаз задышала часто-часто, словно надувала самое себя, как воздушный шар.

– Надеюсь, ты передала привет от меня своим кузинам, – добавил я.

– Привет?

Девушка зарычала, как гемсивфанский крокодил.

– Кларисса, как только меня увидела, тут же бросилась собирать вещи. Хотела враз занять мое место рядом с тобой, не успела я даже с четверенек встать.

– Ты упала, милая? – участливо спросил я.

– А ты как думал, Майкл? Я грохнулась прямо в преисподнюю, пролетела шесть измерений, как мусор, который сбросили в мусоропровод с десятого этажа. Хорошо еще, не плюхнулась лицом в лаву – а так хоть костюм не сгорел.

– Рад, что Кларисса меня еще помнит… – пробормотал я.

– Уже забыла! Сейчас ее голова занята другим – ищет способ побыстрее отрастить волосы.

– Что?

– Пришлось подержать ее минут пять тыквой в гейзере. Теперь у нее на макушке только пара рожек и торчит.

– Бедная Кларисса!

– Бедным будешь ты, когда я до тебя доберусь. Ты хоть понимаешь, как я себя чувствовала? Дура дурой!

Я крайне удивился:

– А разве ты еще не привыкла, Френки?

Девушка пропустила мой вопрос мимо прелестных ушек.

– Нет большего позора для демона, чем когда тебя возвращают, как негодный товар на склад. Надо мной сейчас все смеются… Стой. – Франсуаз посмотрела вокруг. – Это же подвал, Майкл. Ты говорил, демоны не могут сюда входить.

– Могут, конечно. Здесь всего лишь погреб. Иначе как бы Иоахим смог спуститься сюда? Мне нужен был предлог, чтобы попросить тебя подождать.

– Подождать?

Слово прозвучало как разрыв артиллерийского снаряда.

Пару секунд девушка стояла, тяжело дыша, потом осведомилась:

– Ты разве не собираешься просить у меня прощения, умолять, клясться, что больше такое не повторится?

Я подошел к девушке и провел ладонью по ее лбу.

– Не иначе у тебя жар, конфетка.

Франсуаз обхватила меня руками и прижалась к моим губам. Наш поцелуй длился так долго, что я чуть было не задохнулся.

Девушка сделала шаг назад, удовлетворенно наблюдая за моей реакцией.

– Скажи, Майкл, – произнесла она, – вот тебе нравится объяснять мне всякие вещи. Толковать про человеческую психологию. Объясни. Ты только что смешал меня с грязью, а мне по-прежнему хочется целоваться с тобой. Ответь – я мазохистка? Или все женщины – дуры?

Я поставил две полупустые бутылки обратно на полку – таскаться с ними мне надоело.

– Если рассматривать вопрос с этой стороны, – сказал я, – то ты, без сомнения, ближе к садистке – и хорошо это знаешь. Не обиделась ты на меня потому, что знала – так надо для дела, я ведь подробно объяснил тебе все заранее. А притворилась оскорбленной ты для того, чтобы расколоть меня на раскаяние и услышать мольбы о прощении. И это возвращает нас к началу – к твоим садистским наклонностям.

– Ну, Майкл, умеешь же ты оскорбить девушку, – пробурчала Франсуаз. – Думаю, тебе это просто нравится. Но хватит обо мне. Я видела Иоахима, когда поднималась сюда. Он не выглядел особенно счастливым.

– Мы не сошлись во мнениях.

– Ты ни с кем не сойдешься во мнениях. Тебе слишком нравится быть умнее других. Меня, например. Ты так и не сказал мне, что дальше.

– Дальше? – Я задумался. – Гарда обещала, что на ужин у нас будет утка по-пекински. И шоколадный торт с трюфелями. Если хочешь, завтра можем поехать на выставку еди­норогов. Там будут гладиаторские бои – ты хотела участвовать.

Девушка тряхнула волосами:

– Мне приятно, что ты про это помнишь, но я говорила о другом. Иоахим повержен – каков наш следующий шаг?

Настала моя очередь трясти головой.

– Сладкая моя конфетка. Я же только что объяснил. Чего ты еще хочешь?

– Ну как же! Пророчество. Маятник судьбы. Ты сам видел, как Великая дрема кружилась над нашим миром, алчно высматривая жертвы. Как быть с этим?

Я был озадачен:

– Никак. Пророчество нахлынуло и ушло, как приливная волна. Дрема осталась Дремой, маятник судьбы – маятником. Что же еще?

– Майкл…

Девушка растерянно обернулась, как недавно беспомощно крутился на каменном полу Тидволл.

– Ведь мы так и не знаем всей правды. Почему произошли все эти события? Как получилось, что Зло пришло в наш мир? Иоахим, Карго, Тадеуш – все это только пешки, статисты в большой игре. Они сошли со сцены, но смысла всей пьесы мы так и не поняли.

– Френки, не сочти меня филистером, конечно, но мы победили, на ужин у нас утка по-пекински – это все, что нам надо знать. Какая пьеса? Какое пророчество?

– Смысл, Майкл! – воскликнула девушка. – Так много людей умерло. И еще больше могло бы погибнуть. Почему? Зачем? В чем смысл этих событий?

– Ну вот, еще одна, – вздохнул я. – И откуда у людей такое желание искать во всем смысл? Навозный шар пролетел мимо тебя, попал в соседа – вот и радуйся, не доискивайся до сути вещей.

– Я так не могу.

– Знаю. И потому сделаю тебе один подарок. Не стоило бы, учитывая, как коварно ты пыталась заставить меня почувствовать себя виноватым, – ну да ладно.

Франсуаз весело улыбнулась и повисла у меня на руке. Я повел девушку в глубь погреба.

– Хотты были не самыми лучшими людьми в мире, – сказал я. – Но они сумели познать то, что оставалось неведомым другим народам. Например, именно они придумали рецепт великого штруделя гномов – божественного лакомства, за одну крошку которого любой гурман отдал бы полкоролевства. К сожалению, эта тайна, как и другие, погибла вместе с империей хоттов… Однако… – Мы обошли алтарь и теперь находились с другой его стороны. – Хотты верили, что во всех событиях мира таится промысел Великих Небес. Им казалось, что вся Вселенная пронизана нитями, на которых кто-то играет, словно на струнах. Ты хочешь узнать, в чем истинный смысл пророчества? Подойди и спроси.

Франсуаз неуверенно обернулась, потом ее губы сжались, и демонесса уверенно сделата два шага вперед.

– Отвечай, – резко приказала она, – В чем был смысл всего этого.