Попала! - Надежда Кузьмина

Тревога не отступала… Закрыла глаза, пытаясь уснуть, — и тут же перед глазами возникло лицо Арвиса. Искаженное в крике, с перекошенным ртом. На фоне какой-то серой каменной стены. Что это? Это мое беспокойство вылилось в странное видение? Или же это — правда? Что там происходит? И это место — точно не командный пункт! Снова зажмурилась. И не просто так — теперь я пыталась использовать умение, которое пришло ко мне недавно — смотреть его глазами.

Лучше бы не видела… В поле зрения наших было лишь двое — сам Арвис и раненый Тиабр, державшие оборону в каком-то то ли амбаре, то ли сарае… По ноге Тиабра темной широкой лентой стекала кровь, мой эриналэ тоже был ранен. Но хуже всего была расслышанная фраза:

— Сейчас снова полезут… У меня всего три патрона.

Распахнула глаза. Не выдохнула — закричала:

— Капитан! На них напали! Не в ставке, какой-то амбар… там дорога через холмы и вроде бы сосновый лес! Торопитесь! — и снова нырнула в видение. Вцепилась пальцами в мешок:

«Арвис, кто напал?» — Звать его сюда бесполезно, друга он не бросит.

«Талисийцы в крестьянской одежде, не меньше полутора сотен, наш отряд перебит…»

Вот оно что! Пятая колонна! Они просачивались в страну месяц за месяцем, жалуясь на ужасную жизнь на родине и прося работу, устраиваясь подручными к ремесленникам и батраками на крестьянских подворьях. Когда пришлось — дали клятву в верности Аризенте, чтобы их не депортировали назад, в Талисию. А сейчас получили команду собраться и ударить в спину… Наверняка они знали, что со стороны Риоллеи к перевалу в случае начала военных действий поедет кто-то из маэллтов…

И ждали.

И дождались — в засаду попал мой эриналэ.

— Дэртис, слушайте! Иммигранты из Талисии — это и есть та пятая колонна! Под видом крестьян и ремесленников к нам заслали военных и убийц. Арвис говорит, на них напало не меньше полутора сотен, сколько их всего, не знаю…

— Отряд! Боевое построение! Противник — войска Талисии, замаскированные под крестьян! И галопом — вперед — марш! За маэллтов! — рык высунувшего в окно кареты голову капитана разнесся по дороге. Заиграла труба, щелкнул кнут — карета рывком прибавила темп…

Не успеем. Все равно — не успеем… И он не придет ко мне, будет биться до конца. Три патрона… потом меч. Я знаю, как он умрет — его просто расстреляют из арбалетов, и кевларовый жилет не спасет, слишком мало он закрывает!

Но у меня-то есть боезапас! И я — не ранена! И Арвиса никому вот так просто не отдам! Закрыла глаза, представила его лицо.

«Арвис!»

«Эриналэ… хоть попрощаюсь…»

«Дурак! Клянусь: умрешь — умру за тобой, вместе с нашим сыном. Ты знаешь, я могу!»

«Не смей!»

«Зови меня к себе! Быстро! Подмога будет следом, а у меня есть боезапас!»

«Мариэ, нет!»

«Убью себя, сказала! А так у нас отличный шанс! Давай же, ЗОВИ!!!»

Мгновенная дезориентация сменилась чувством тошноты — ой, сейчас враги побегут, потому что я их облюю!

Чуть не села на пол. Но то, что мое появление из ниоткуда спасло мужа от арбалетного болта, поняла — стоящий у окна мужик захлопал глазами, уставившись на меня. Арбалет, который он держал в руке, качнулся и клюнул в пол. Мне этого хватило — в кочан капусты с двух метров я попадаю уверенно!

Впрочем, и тут умудрилась промазать. Метила в лоб, попала в грудь. А от отдачи все же села на пол. Швырнула мешок белому как снег Арвису: «Там автомат и десять рожков — бери!» А сама поползла на четвереньках к Тиабру, валявшемуся в луже крови.

Дура! Надо было хоть бинт из мешка достать… Вынула пояс из брюк, перетянула полуобморочному блондину ногу выше раны. Вот, теперь не течет. А Арвис как? Пристроился у окна. Ага, умный, тянет время. Не пугает очередями, а бьет в упор. Насмерть.

— Мариэ! Тяни Тиабра в дальний угол и прячься там сама. Когда будет подкрепление?

А я знаю? Я ж понятия не имею, где находится этот амбар. Только благодарна всем богам всех пантеонов, что он каменный с черепичной крышей — фиг подожжешь, и дверь такая, что носорог не вышибет. Держать надо одно окно.

— Час, два максимум… — решила на всякий случай подбодрить мужа я.

Тот хмыкнул.

— Ясно, не знаешь… Что у тебя есть?

— Десять рожков к автомату, «беретта» с пятью десятками патронов, две гранаты… Да, там две фляги — вода и спирт, и бинты. Тебя надо перевязать?

Тиабр застонал и открыл глаза:

— Пи-иить…

Следующие два часа слились в непрерывный кошмар. Муж одного за другим аккуратно, одиночными выстрелами, укладывал под окном атаковавших. В нас пробовали стрелять из арбалетов с разных углов — не вышло. Потом попытались поджечь — не загорелось. Тяжелее всего мне дались полчаса затишья, когда они решали, что делать дальше. А потом кинулись в атаку всем скопом… Ага! Вот только скорострельность «узи» — шестьсот выстрелов в минуту. А перезаряжается он на раз…

Когда все стихло, Арвис еле стоял на ногах. Понятно… Один из главных недостатков «узи» — сильная отдача. В одной руке его не удержишь — ствол задерется так, что сам себе нос отстрелишь. А у Арвиса правая сейчас была ранена — весь рукав пропитался кровью, причем меня — перевязать — он не подпускал. Я и не высовывалась. Что могла — сделала. Припасы принесла, Тиабру ногу перетянула, водой напоила. Оставалось ждать.

Когда издали послышался конский топот и отдаленные крики «За маэллта!», я просто осела на пол. Похоже, мы выжили… Вот только Арвис смотрит не сердито, а просто-таки зло. И я знаю почему. И знаю, что он спросит, когда все пройдет и мы останемся вдвоем.

«Ты действительно убила бы моего ребенка?»

И что я смогу на это ответить?

Хотя знаю. Скажу просто: «Я в тебя верила». И пусть делает со мной, что хочет.

* * *

У Арвиса еще хватило сил залатать сосуд в Тиабровой ноге. Рану я щедро полила спиртом — от заразы — и перебинтовала, как могла. Тиабр потянулся было к фляге — глотнуть, но потом встряхнул светлыми кудрями: «Нет, не буду! Останусь трезвым, чтобы лично пристрелить эту сволочь Биарсия!» Я согласно кивнула.

Беда была одна — нужно было спешить, и это понимали все. До перевала еще часа три езды, а армия Биарсия могла уже маршировать по Коровьему седлу. А наши лошади едва дышат после скачки…

Пока ловили разбежавшихся лошадей перебитого отряда Арвиса, пока стаскивали в одну кучу трупы наших погибших, прошел еще час.

Каким-то отстраненным взглядом отметила, что раненых у нас не было — талисийцы всем для верности перерезали горло. И то, как закаменело лицо мужа с гневно раздутыми крыльями носа, когда он переходил от одного тела к другому — он-то каждого из убитых знал лично!

Пока перепрягали лошадей, Дэртис разослал по разным направлениям нескольких вестовых — предупредить о пятой колонне. Мы погрузились в карету. Арвис по-прежнему буравил меня глазами. Я поймала его взгляд, пожала плечами и чуть улыбнулась. Он тоже улыбнулся. Клыками.