Разлом - Вячеслав Грацкий

— Аламар! — грянул из воздушной воронки необычайно сильный голос, в котором с трудом узнавался Райнхард. — Очнись, Аламар! Вспомни, кто ты есть! Аламар! Ты — Аламар!

Мара поднималась медленно и с трудом. Ее трясло и шатало, но дело было явно не в смерче. Что-то происходило с ней. Что-то, из-за чего ее фигура расплывалась и подергивалась, точно рябь на воде.

Ральф закрежетал зубами — под напором вихря не мог сдвинуться ни на шаг.

— Мара, нет! — перекрывая рев смерча закричал он.

— Просыпайся, Аламар! — гремел Райнхард.

Роланд пытался ползти, но чем ближе он подбирался к смерчу, тем сильнее становился напор ветра и, в конце концов, карнелиец понял, что больше не сдвинется ни на пядь.

— Мара! — крик инура был страшен.

Мара стремительно теряла человеческий облик. Вытянулось и заострилось лицо, над глазами нависли тяжелые костистые наросты, губы растянулись в хищном оскале, обнажив звериные клыки. Разорвав одежду, быстро разрасталось и преображалось тело, и тело это больше не принадлежало женщине. Теперь это был мужчина, огромный, в два-три человеческих роста и с чудовищно развитыми мышцами. Из его спины с хрустом вылезли серые кожистые крылья и существо закричало то ли от ярости, то ли от боли.

— Займись ими, Аламар! — донесся голос Райнхарда. — Можешь делать с ними что хочешь, но Роланда — доставь ко мне живым!

Вихрь разом стих, медленно осела пыль и Роланд с ужасом понял, что Райнхард исчез вместе с Селеной.

4

Аламар тяжело переступил с ноги на ногу. Его налитые багровым огнем глаза обежали людей. С одной стороны под командованием отца Дэйва разворачивали боевые порядки крестоносцы, с другой — спешно собирали своих Зарель и Роланд.

Аламар медлил, похоже, размышляя с кого лучше начать, но его сомнения развеял отец Дэйв.

— Демон! Демон из преисподней! — завизжал священник. — Изыди, дьявол! За мной, воины Господа!

Размахивая крестом, священник решительно двинулся на демона. Лязгая железом, за ним колыхнулся строй рыцарей, но, по мере приближения, крестоносцы постепенно замедляли свой ход, и вскоре отец Дэйв оказался один на один с демоном.

Роланд торопливо оглядел своих. Если не считать ссадин и ушибов, от смерча Райнхарда не пострадал никто. Вот только Ральф...

Поставленный ветром на колени, инур так и остался там стоять. И он все также, не отрываясь, смотрел на демона.

— Что будем делать, командир? — Зарель тронул Роланда за плечо и кивнул на демона. — Эта тварь скоро вспомнит про нас.

— Но ведь это Мара...

Заклятия священника не произвели на Аламара особого эффекта — демон лишь вздрагивал и гневно рычал. Приблизившись, Аламар схватил отца Дэйва и вскинул над собой. Священник побагровел и захрипел.

— Это не Мара, — тихо сказала Кира. — Мары больше нет, Роланд. Это Аламар. И теперь он снова демон. Древний и опасный демон.

— И нет способа вернуть Мару?

— Я не знаю, — горько призналась Кира.

Аламар швырнул священника к себе в пасть, тот успел отчаянно вскрикнуть, а затем его кости захрустели на зубах демона.

Потрясенные этим зрелищем, крестоносцы бросились врассыпную. И тотчас же Аламар, двигавшийся до этого крайне неторопливо и даже вразвалку, продемонстрировал чудеса расторопности. Невероятно длинным прыжком он очутился прямо среди разбегающейся толпы рыцарей и принялся давить и рвать их на части.

— Проклятие! — Зарель поежился. — Что за шустрая бестия! Что будем делать, Роланд?

От тяжелых прыжков Аламара дрожала земля, пронзительно кричали гибнущие рыцари, заглушаемые победным рычанием демона.

— Уходите все, — тихо сказал карнелиец.

— Что?

— Уходите, прячтесь, убегайте, — глухо повторил Роланд. — Или вы собираетесь сдохнуть у него в пасти? Вы не можете с ним сражаться! Зарель, уводи всех. Попробуйте укрыться по ту сторону холма.

— Как скажешь.

Приказав своим воинам скрыться, сам Зарель однако остался где стоял. Роланд смерил его оценивающим взглядом.

— Ты не ребенок, Зарель. Я не буду уговаривать тебя.

— А зачем меня уговаривать? — Зарель пожал плечами. — Я ведь не такой неуклюжий, как эти рыцари.

Карнелиец мрачно посмотрел на Киру, также не сдвинувшуюся с места.

— А ты, Кира? Я только что потерял Селену, и не собираюсь терять еще и тебя!

— Я маг! — звонко воскликнула Кира. — Если уж кто и может справиться с демоном, то это я!

— Маг, говоришь? — прорычал Роланд. — Ну так отойди в сторону и колдуй сколько влезет!

Роланд бросил свирепый взгляд на Инелию.

— Вы, кажется, поклялись защищать ее, чего же вы ждете?

Сестры-неко переглянулись и, подхватив Киру под руки, потащили за холм, не обращая внимания на ее яростные протесты.

Сожрав последнего рыцаря, Аламар сытно рыгнул, а затем взгляд его остановился на Роланде.

Карнелиец метнулся к инуру.

— Ральф!

На лицо инура нельзя было смотреть без боли.

— Ральф, очнись! Маре уже не помочь, эта тварь уничтожила ее, растворила в себе, понимаешь?

Ральф окинул Роланда невидящим взором, медленно поднялся на ноги.

— Я не позволю...

Он оттолкнул карнелийца.

— Уходи, Роланд, — глухо сказал он. — Оставь ее мне!

— Но...

— Уходи и скажи Кире, чтобы не трогала ее.

Мгновение Роланд вглядывался в лицо инура, затем махнул рукой Зарелю и они отошли в сторону.

— Ты слышал его, Зарель? Беги к Кире, и передай слова Ральфа, — тихо сказал карнелиец.

— Ты веришь, что он...

— Просто передай его слова, ладно?

Пожав плечами, Зарель сорвался с места. Роланд перевел взгляд на подходившего Аламара и поежился. Рядом с демоном могучий инур выглядел детской игрушкой. Карнелиец не знал, на что рассчитывал Ральф. Но он знал другое — воин должен сам выбирать время и место своей смерти.

5

— Мара!

Аламар дернулся от крика Ральфа как от удара и замер в двух шагах от инура. Роланду даже показалось, что на морде демона проступило изумление.

— Я знаю тебя, — тягучим рокочущим басом отозвался Аламар. — Я помню тебя. Ты — Ральф.

— Верни мне Мару, демон!

— Мары больше нет. Время Мары закончилось.

— Ты уничтожил ее? — яростно взревел инур.