Черный орден - Джеймс Роллинс

Они взбежали по ступенькам и нашли готовый к старту вертолет. Поддерживая друг друга, люди залезли в кабину. Грей передал Пейнтера Монку.

— Все на борт.

Грей обежал вертолет и забрался в кресло пилота.

— Пятнадцать секунд! — выкрикнула Марсия.

Грей прибавил оборотов. Лопасти заскрипели. Он дернул штурвал, и вертолет оторвал полозья от крыши. Никогда еще Грей не взлетал с таким чувством радости. Сколько еще времени у них осталось?

Набирая высоту, Грей немного наклонил вертолет, осматривая пространство вокруг дома Вааленбергов. Многочисленные джипы и мотоциклы мчались во все стороны, удирая из поместья.

Марсия начала обратный отсчет:

— Пять, четыре…

Она ошиблась всего на пару секунд.

Внизу вспыхнул ослепительный свет, как будто вертолет взлетел с поверхности солнца. Наступила абсолютная тишина. Ослепнув от яркого света, Грей пытался удержать машину. Ему показалось, что мир вдруг исчез.

И тогда облако ослепительного света вокруг них с громким хлопком разлетелось, словно его смыло потоком воды.

После невыносимо томительной минуты беспомощной болтанки лопасти неожиданно вновь обрели воздушную опору.

Потрясенный до глубины души Грей выровнял вертолет и направил его прочь от места катастрофы. Оглянувшись назад, туда, где только что стояло помпезное строение, он увидел огромный кратер с гладкими стенками. Как будто могучий великан сковырнул дом огромной ложкой для мороженого, вместе с большей частью окружавшего особняк сада.

Ничего не осталось: ни развалин, ни обломков. Одна лишь бездна.

Из рассеченных русел ручьев вода каскадами стекала в кратер.

Грей увидел людей. Они останавливались, смотрели назад, даже ехали к месту взрыва, чтобы рассмотреть последствия катастрофы. Армия Кхамиси уцелела. Зулусы собирались у границ бывших владений Вааленбергов. Они хотели вернуть себе давно утраченную землю.

Грей вспомнил об исчезнувшем из тайного хранилища контейнере с ксерумом-525, предназначенном для Соединенных Штатов. Схватив радиотелефон, он начал набирать длинную цепочку цифр, чтобы соединиться со штабом «Сигмы».

К его удивлению, на звонок ответил не Логан, а Шон Макнайт, прежний директор «Сигмы». Грей похолодел, почуяв недоброе. Макнайт немногословно объяснил, что произошло в Вашингтоне.

Оцепеневший и притихший, Грей наконец выключил телефон.

Заметив, что друг изменился в лице, Монк подался вперед.

— Что случилось?

Грей обернулся и заставил себя посмотреть в глаза напарнику.

— Знаешь, Монк… с Кэт беда.

17 часов 47 минут

Вашингтон, федеральный округ Колумбия

Прошло три дня. Три длинных дня они улаживали непростые дела в Южной Африке.

Их самолет, следовавший прямым рейсом из Йоханнесбурга, приземлился в Международном аэропорту Даллеса. Монк бросил Грея и других товарищей у терминала, а сам поймал такси и рванул в город. У парка такси попало в пробку. Монку стоило невероятных усилий не выпрыгнуть из машины, чтобы проделать немалый остаток пути на своих двоих. К счастью, «бутылочное горлышко» вскоре освободилось и такси поехало дальше.

Монк подался всем телом вперед и приказал водителю:

— Получите пятьдесят баксов, если довезете меня за пять минут.

Монка отбросило на спинку сиденья. Так-то лучше.

Через две минуты перед такси выросли дома из красного кирпича. Машина пронеслась мимо надписи «Госпиталь Джорджтаунского университета». Почти не тормозя, шофер свернул на гостевую стоянку, едва не врезавшись в бок машине «скорой помощи».

Монк швырнул водителю деньги и выскочил из такси.

Не дожидаясь, пока автоматические входные двери откроются до конца, он протиснулся в щель боком и помчался по коридору, задевая нерасторопных пациентов и сотрудников госпиталя. Он знал, где находится реанимационное отделение.

Монк пулей пролетел мимо медицинского поста, не обращая внимания на крики сестер.

У койки Кэт он упал на колени и проехался на них по полу, с разгону крепко приложившись лбом к металлическому ограждению.

Кэт изумленно уставилась на него, не донеся до рта ложку с зеленым желе из лайма.

— Монк?

— Я приехал, как только смог, — запыхавшись, произнес он.

— Но я говорила с тобой по спутниковому телефону всего девяносто минут назад.

— Подумаешь, разговоры!

Он наклонился и поцеловал ее в губы. Голубой больничный халат не мог скрыть бинтов, которыми были обвязаны левое плечо и верхняя часть груди. Три пулевых ранения, сильная кровопотеря, наполовину спавшееся легкое, разрыв селезенки и раздробленная кость.

Кэт оказалась чертовски везучей.

Через два дня состоятся похороны Логана Грегори.

Застрелив убийцу, посланного Вааленбергом, Логан и Кэт спасли Вашингтон от атаки террористов и не дали осуществиться смертельному плану. Золотой колокол, подаренный посольству одержимым старцем, теперь покоится в недрах лабораторий «Сигмы». Контейнер с ксерумом-525 был благополучно обнаружен на складе в Нью-Джерси. К тому времени, как разведке США удалось отыскать горючее для Колокола, последний образец ксерума оказался безнадежно испорченным. Пробыв слишком долго на солнце, секретное горючее разложилось и без необходимого охлаждения превратилось в инертное вещество. Без ксерума колокола, осевшие в различных посольствах и консульствах, больше никогда не зазвонят.

Все хорошо, что хорошо кончается.

Старомодная схема эволюции Монка вполне устраивала.

Робко прикасаясь к телу любимой, он не решался задать главный вопрос. Кэт избавила его от мучительных раздумий. Накрыв пальцы Монка ладонью, она произнесла:

— Ребенок цел и невредим. Врачи говорят, что все будет хорошо.

Монк снова опустился на колени, с облегчением положив голову на ее живот. Закрыв глаза, он осторожно, стараясь не задеть ран, обнял Кэт и притянул ее к себе.

— Слава богу.

Кэт коснулась его щеки. Все еще стоя на коленях, не открывая глаз, Монк достал из кармана черную бархатную коробочку и протянул ее любимой.

— Выходи за меня замуж.

— О'кей.

Монк изумленно вытаращил глаза.

— Что ты сказала?

— Я сказала, выйду.

Монк все еще не верил.

— Ты серьезно?

— А ты что, хочешь меня отговорить?

— Ну, тебя все-таки напичкали лекарствами. Может, потом, на свежую голову…

— Просто дай мне кольцо. — Кэт взяла коробочку, открыла ее и несколько секунд безмолвно смотрела на подарок. — Его здесь нет.