Тайны ветра. Книга 1. Маяк чудес - Нелли Мартова

Инга

3 июня, через полчаса будет четвертое, время выбирать радость

Меркабур

– Только не называй ее моим именем! Все что угодно, только не обращайся к ней так же, как ко мне, – уже в третий раз хриплым полубасом требовала карлица, выпучив на меня глаза.

– Какая сердитая радость, – рассмеялась незнакомка в зеленом. – Радость-сердючка!

– Хочу и сержусь! Имею право! – Коротышка тряхнула головой, и бубенчики на ее шапке дружно зазвенели.

Дио мио! Две ожившие внутренние радости – это уже как-то чересчур! Одна из них – определенно подделка, вот только которая?

Когда я нажала красную кнопку и остановила воспоминание о знакомстве с Аллегрой, на меня обрушилась полная темнота. Я уже решила было, что вот-вот снова увижу свою ванную комнату, пропитанную гарью, но, когда постепенно, как в кинотеатре, зажегся свет, обнаружила, что по-прежнему сижу по-турецки в ненавистном кресле. Яблочко в маске мистера Икс висело над блюдцем, стены то приближались, то отодвигались, соблюдая размеренный ритм.

– Инга! Здравствуй, Инга! – услышала я звонкий голос, вздрогнула от неожиданности и повернулась.

Рядом со мной появилось еще одно кресло, и в нем сидело эфемерное создание – та самая прекрасная незнакомка в платье цвета морской волны, которую я видела летящей в туннеле с моей иллюстрированной юностью.

– До чего же я рада тебя видеть! – Она светилась от счастья, как ребенок, которому вернули любимую игрушку. – Уж так рада, так рада! Так бы смотрела на тебя и смотрела.

Она протянула мне руку. Сама не знаю почему, но я повела себя не как взрослая культурная женщина с высшим образованием, а как самая невоспитанная в мире девчонка. Я проигнорировала ее приветственный жест, сложила руки на груди, сощурилась и спросила:

– Ты кто?

– Я – твоя Радость, – рассмеялась она. – Ты же меня вспомнила, разве нет?

– Врет она все! Никакая она не радость, она подделка, – произнес знакомый хрипловатый голос, и я повернулась в другую сторону.

Еще в одном кресле устроилась уже знакомая мне коротышка. Она сидела на подлокотнике, расставив на сиденье ноги в забавных башмаках с бантами из атласной ленточки. Из-под коричневого платья, похожего на школьную форму, виднелись панталоны с оборками.

Интересно, если я свихнулась много месяцев назад, могу ли я двинуться рассудком еще раз? Сумасшедшие могут еще сильнее сойти с ума? Так сказать, перейти на новый уровень сумасшествия?

– Не называй ее как меня, – нудно потребовала карлица в сто пятьдесят первый раз.

– А что будет, если я назову ее тем именем? – в конце концов, спросила я.

– Я исчезну, а она останется, – сообщила коротышка. – И тебе будет нерадостно! Я предупредила.

– А если назову тебя?

– Тогда наоборот! И мне будет радостно, и тебе будет радостно! Но я не настаиваю. Радостно или нерадостно – это не я выбираю, а ты. Но уж поверь – если мне нерадостно, то и всем остальным – тоже!

Она меня только еще больше запутала. Вообще-то я никого из этих двоих не хотела называть Аллегрой, пока не разберусь, что вообще происходит. В голове у меня крутилась фраза с карточки, которую мне прислали из Старой Кошарни: «Переход от безымянного к имеющему имя – дверь ко всему чудесному».

– Как ты думаешь, это мисс-тюфикация или фильсуффикация? – задала я вопрос, не обращаясь ни к одной из них конкретно.

– Это самозванщина! – буркнула коротышка и отвернулась.

Незнакомка и бровью не повела, только хихикнула в ладошку, словно я отпустила непристойную шутку.

И как же мне отличить, кто из них – настоящая Аллегра? Чей голос я каждый день слышу в собственной голове? Кто из них дает мне бесценные скраперские советы, кто всегда находит чем меня приободрить и утешить? Кто из них вечно что-то напевает у меня в голове?