Ричард Длинные Руки - эрцгерцог - Гай Юлий Орловский

– Спасибо, ваша светлость, – проговорила она и улыбнулась уже смелее.

Я улыбнулся еще шире, она поднялась, в глазах веселые чертики, уже ощутила, здесь ничего не угрожает. Может быть, ей даже повезло, что подруга уехала, а она не успела…

Сэр Анри Готмар молча и неподвижно ждал окончания приема, а когда принцесса повернулась уходить, отвесил мне рассчитанно медленный поклон. Я удерживал на лице ту же довольную улыбку, пусть думает, что вот едва дождусь конца пира, так сразу и кинусь пользоваться случаем, кивнул ему с понимающей улыбкой, мол, благодарю, она весьма хороша, спасибо за такое вот, ага…

Он пошел за нею к выходу, хотя вообще-то могла бы остаться, но почему-то все они сразу пытаются подшибить главную дичь, ведь в охоте на мужчин нет никаких правил, главное условие в том, чтобы добыча досталась живой или хотя бы полуживой после такого вот пира.

После первых тостов за победу, за церковь, за веру, за наши идеалы я поднялся с кубком в руке.

– Вы все помните, как я пытался навязать вам титулы и здешние земли. Ваше единодушие меня здорово пристыдило, я вознес благодарственную молитву Господу, что вы такие, и – покаянную, что такой я… Однако на этот раз я твердо намерен заставить хотя бы одного из вас принять земли племени оталяров с расположенным на нем королевством Йеремланд! Как всегда выбор падает на самого добросовестного, который берется за любое дело и никогда не ропщет… как вы догадываетесь, я имею в виду барона Максимилиана фон Брандесгерта!

За столом послышались одобрительные выкрики, начался стук ножей по столешнице, Макс поднялся, красный и смущенный, поклонился.

– Ваша светлость, – сказал он торопливо, – благодарю за щедрый дар! Даже очень щедрый. И потому я…

Я прервал строго:

– Умолкни. Мне есть что добавить. Это не столько дар, сколько новое и трудное задание. Это королевство является для нас стратегически важным, так как именно в нем выковали те изумительные мечи, что привели в восторг графа Ришара и других лордов. Тебе предстоит в кратчайшие сроки все понять, освоить и наладить бесперебойное производство уже для всей армии. Или хотя бы для рыцарской конницы.

Он смотрел на меня во все глаза.

– Ваша светлость… сэр Ричард…

Я вскинул ладонь.

– Не перебивай. У нас ожидается не меньше двух недель затишья. В захваченных городах ставят ворота и укрепляют стены, некоторое время займет обустройство гарнизонов. Как все знаете, мы стараемся привлекать для охраны и местное население городов. Так что, сэр Максимилиан, успеете ознакомиться с Йеремландом, сообразить, что изменить и поправить, а к войску вернетесь еще до того, как мы сдвинемся с места. Это я вам обещаю!

Он поклонился, все еще растерянный, но уже с разбитыми доводами, которые так и не успел высказать.

– Ваша светлость… если для этого не нужно будет оставлять армию…

– Насовсем не нужно, – заверил я. – Эти две недели проведете в Йеремланде, знакомясь со своим хозяйством и знакомя местных с новым хозяином. Потом будете наезжать в свободное время, когда армия снова остановится надолго.

Он поклонился еще раз.

– Спасибо, ваша светлость.

Я кивком разрешил ему сесть, граф Ришар сказал тихонько и с одобрением:

– Наконец-то вы уломали этого рыцаря всех доблестей. А что за королевство Йеремланд? Кроме города хотя бы есть деревни?

Я пожал плечами.

– Граф, стану ли я забивать голову такими мелочами? Думаю, пока это неважно.

Он кивнул, соглашаясь, впереди еще больше сотни таких королевств.

А я и в самом деле не соврал, в Йеремланде был только краешком да и то ночью, когда ловил падающую с башни Вики.

Макса все еще похлопывают по плечам и шепчут в уши с обеих сторон, советчики, умники, будто он лучше их всех не разберется, пир набирает обороты, я улыбался все шире и все с большим облегчением, а Ришар, наблюдая за мной, пробормотал:

– Его светлость уже созрел, чтобы незаметненько убраться…

– А получится незаметненько? – огрызнулся я.

Он ухмыльнулся.

– Просто можно свести к минимуму.

– Как?

– Например, в конце пира, когда все упьются…

– Не подходит, – отрезал я твердо. – В общем, я пошел заниматься государственными делами.

В лагере постепенно загораются факелы, огонь костров стал ярче, заметнее. Небо сперва пугало темно-фиолетовым покрывалом, низким и тяжелым, затем истончилось так, что начали проглядывать звезды, тропически огромные, яркие.

Множество насекомых слетается на свет костров и факелов, гибнет тысячами, а юркие муравьи и тут подхватывают неожиданную добычу, уже поджаренную, и с торжеством бегом уносят в норки.

Я вспомнил, что на пиру не увидел священников, а это зря. Пусть не пьют, но присутствуют и как бы задают некоторую планку. Вообще нужно прислушиваться к священникам, к идеям, что витают в монастырях, потому что вот так с первого взгляда не сразу определишь – ересь это или свежий ветер обновления, очищения, реформации.

К примеру, Иисус не помышлял ни о какой смене веры, он оставался правоверным иудеем, только был строгим иудеем, даже очень строгим, ортодоксальным, и настаивал, чтобы законы иудаизма исполнялись со всей строгостью и точностью. Потому он сразу же заявил, что пришел «исполнить старый закон», который евреи начали забывать, он врывался в синагоги и опрокидывал столы менял, потому что в храме нельзя заниматься обменом денег, он выгонял торговцев голубями – в храме торговать нельзя…

Это Павел, мудрый и дальновидный, придумал хитрый и весьма еретический ход, что христианами могут становиться не только иудеи. Зато это сразу резко расширило количество сторонников очищения старой веры, хотя большинство сперва были все-таки иудеи. С того дня началось победное шествие нового учения, а затем новый росток отделился от древнего ствола и постепенно стал самостоятельным деревом под названием «Христианство».

Так что создал христианство Павел, а Иисус был всего лишь реформатором иудаизма. Неудачным реформатором, что, однако, не отменяет его величия и звездной роли для самого христианства.

Но я должен всматриваться в тех, кто станет Лютером, Кальвином и прочими-прочими отцами новых церквей. Иначе не я поведу, а меня поведут, а то и потащат.

Граф Ришар покинул стол вскоре после меня, а затем нас догнали лорды, то ли знающие свою норму, то ли не упускающие случая побыть в зоне зрения верховного сюзерена.

– Что-то у вас лицо не совсем ликующее, – заметил граф Ришар. – А ведь все идет как никогда лучше…

– Точно по плану, – согласился я.

– Это же замечательно?

Другие тоже посмотрели на меня с вопросом в глазах. Я скривился, развел руками.

– Еще бы! Только, к сожалению, на завоевание Гандерсгейма уйдет гораздо больше времени и усилий, чем на весь блистательный захват королевства Сен-Мари. Здесь нет эффекта неожиданности, к тому же варвары всегда готовы воевать, в отличие от сен-маринцев. Конечно, мы завоюем эти земли полностью, но продвижение наше будет затруднено, как уже говорил сто раз, необходимостью укрепления городов, строительства крепостей вблизи важных переправ, на перекрестках дорог…