Лгунья - Екатерина Гичко

— Так когда вы появились в том проулке? — Ранхашу надоело ждать, и он поторопил девушку. Им ещё нужно было добраться до города.

— В проулке? — рассеянно повторила Майяри и перевела взгляд на него. — Всё началось не там, а в сокровищнице. В момент ограбления я была там.

Увидев хищный блеск в глазах оборотня, девушка тихо, с издёвкой, рассмеялась.

— Что? Решили уже, что это я грабила? А вот и нет. Я там часто бывала, очень часто, — Майяри опять ненадолго умолкла, словно уйдя в себя. — Сложно даже сказать, сколько раз я там бывала. Первый раз я пришла в выставочные залы сокровищницы на третьем году обучения вместе со своими одноклассниками. Меня поразило количество и разнообразие артефактов, а также сила, что исходила от некоторых из них. Я предполагала, что хранители даже не знают обо всех возможностях некоторых предметов, — помолчав, девушка добавила: — Артефактология всегда сильно меня занимала. Я стала ходить в сокровищницу сперва каждую неделю, а потом и чаще.

— Хранители не говорили, что видели вас раньше, — подозрительно заметил Ранхаш.

— Они могли просто не соотнести описание преступницы и моё. Типаж у меня самый распространённый, а восторженные юные девы ходили в сокровищницу поглазеть на великолепные украшения каждый день. Думаю, меня знал только господин Ахрелий, но он всегда называл меня Ученицей и ни разу по имени.

— Вы были знакомы с главным хранителем? — напряжённо уточнил Ранхаш.

— Была, — скупо подтвердила Майяри. — Могу даже утверждать, что у нас сложились хорошие отношения. Он обратил на меня внимание, наверное, через полтора месяца моих походов в сокровищницу. Вероятно, его привлёк мой искренний интерес к артефактам. Не к камням, что их украшали, а именно к артефактам. И в один день он подошёл ко мне и велел идти за ним. Мне было позволено пройти в те залы, что были закрыты для посещения. Господин Ахрелий сам провожал меня туда. Первое время он оставался рядом и молча наблюдал за мной, а потом стал уходить, оставляя меня в одиночестве. Через какое-то время мне было даже позволено брать кое-что в руки. Мастеру… — девушка осеклась и, поправившись, продолжила: — Господину Ахрелию, видимо, нравилось моё отношение к экспонатам: я всегда надевала перчатки, а некоторые предметы брала исключительно щипцами. А может быть, он понимал, что я не человек. Он никогда не спрашивал меня, кто я такая, но, думаю, он и так прекрасно знал, где я учусь, живу и как меня зовут. Вряд ли он бы стал просто так возиться с какой-то девчонкой. Несмотря на очень почтенный возраст, господин Ахрелий обладал очень здравым умом. Старческое слабоумие, излишняя доверчивость или, наоборот, подозрительность не коснулись его. Он был воистину мудрым оборотнем, — в голосе Майяри мелькнула и исчезла тоска. — У него было мало свободного времени, но он находил возможность, чтобы побыть со мной и рассказать что-то об артефактах. В залы с самыми важными реликвиями он меня, конечно, не пускал, но он позволял мне просматривать каталоги с описанием сокровищ, что были скрыты в них. В зале Реликвий, где произошло ограбление, я никогда не была, но я могу перечислить почти всё, что там есть. Я… — девушка замешкалась, но всё же продолжила: — Я даже подумала, что господин Ахрелий видит во мне одного из будущих хранителей. И мне нравилось так думать. Хорошее достойное занятие, которое бы обеспечило мне место в жизни. Я могла пропадать там целыми днями и даже ночами, а не сидеть после замужества в доме Виидаша рядом с его желчным прадедом.

Ранхаш внимательно слушал её, отмечая, как меняется картина происшествия, которую он успел нарисовать для себя. Девушка не сказала ещё ничего, связанного именно с ограблением, но картина уже существенно поменялась. Майяри не была случайным участником тех событий. Скорее она была той небольшой деталью, которую никто не учёл. О которой никто не подозревал.

— В тот день я засиделась допоздна и, когда очнулась, двери уже закрыли на ночь. А в сокровищнице такие порядки, что ночью никто выйти не может. Помнится, первый раз оказавшись ночью там, я сильно запаниковала, — Майяри тихо рассмеялась. — Думала всё, утром сдадут страже. Я же сидела в зале, закрытом для посещений. Но господин Ахрелий проводил меня в свою комнату, а сам ушёл осматривать залы. Ночами он почти не спал, да и днём тоже… Если честно, вообще не понимаю, когда он отдыхал. А утром я тихонечко выскользнула наружу. Потом это повторилось ещё раз, и ещё раз… Господин Ахрелий никогда не напоминал мне, что близится время закрытия, а я порой так увлекалась, что забывала о времени. Потом я уже даже перестала уходить в комнату господина Ахрелия и оставалась в зале до самого утра. А иногда и специально задерживалась. Брала с собой немного еды и воды и рылась в каталогах весь день и всю ночь.

— Не подумал бы, что вы настолько увлекающаяся натура, — не удержался от замечания Ранхаш.

— Слишком увлекающаяся, — не очень довольно ответила Майяри. Шея начала затекать от неподвижности, но пошевелиться девушка всё ещё не могла. — В тот день я опять сильно засиделась и осталась на ночь. Помнится, тогда сработала охранка, но я не обратила на это внимания. Охранка уже месяц сбоила, господин Ахрелий переругался из-за этого с ответственными магами вдрызг и даже вызвал артефактчика из столицы. Я в ту ночь находилась в зале, расположенном напротив зала Реликвий, и, услышав сдавленный крик, немного испугалась. В сокровищнице по ночам всегда было очень тихо. И я решила, что самое время пойти спать к господину Ахрелию. Но в коридоре столкнулась с ним…

Перед глазами ярко вспыхнула картина более чем годовой давности.

Майяри осторожно выглянула в коридор, проверяя, нет ли там других хранителей, и испуганно замерла, увидев господина Ахрелия, с трудом переступающего через порог зала Реликвий. На правом боку почтенного оборотня расплывалось внушительное пятно крови, а в руке он держал заляпанный кровью кинжал.

— Господин! — тихо ахнула девушка и бросилась к нему.

По белоснежной длинной бороде хранителя текла кровь из разбитого рта, но старик только сплюнул её и, досадливо поморщившись, схватился за повреждённый бок.

— Пошла отсюда! — прохрипел он. — Живо!

Майяри замешкалась лишь на мгновение, но тут до её слуха из зала Реликвий донеслись ещё один стон и едва уловимая ругань, и она бросилась к хранителю. Закинув его руку на плечо и обхватив его за талию, она потащила беззвучно ругающегося старика к выходу.

— Дурная ты девчонка, куда лезешь?! Беги давай! — шипел господин Ахрелий.

— Так я и бегу! — истерично зашептала в ответ Майяри. — Что происходит?

— На задний двор, — вместо ответа приказал хранитель. — Долго они там не проторчат!

— Нас грабят? — испуганно спросила девушка.

— Не болтай и шевели ногами, раз влезла!

Майяри стиснула зубы и, ещё крепче обхватив хранителя, заспешила по коридорам к выходу на задний двор. Старик всё сильнее заваливался на её плечо, но у девушки от страха словно бы проснулись скрытые силы, и она упорно волокла его.