Ведьмы Алистера - Дарья Шатил

— Ничего особенного, — с тоской ответила она. — Я думала, здесь будет что-то важное.

Она забрала нож и карты, убрав их в карман, а затем, дотронувшись до кристаллов соли, удивлённо воскликнула:

— Солевая память!

— Что? — непонимающе спросил Алистер, вскинув перемазанную сажей бровь.

— Солевая память, — повторила Терра. — Кристаллы соли способны впитывать воспоминания.

Она схватила один из кристаллов и всучила его Алистеру.

— Просто подумай о чём-нибудь, — попросила она, прижимая к соли его ладони. — Сосредоточься на любом своём воспоминании, и соль впитает его.

— Заберёт мою память? — во взгляде Алистера появилась настороженность.

Терра улыбнулась.

— Вовсе нет. Это как… запись в дневнике. Хотя, если воспоминания будет отдавать маленький ребёнок, то есть шанс, что они пропадут.

Алистер попытался отдёрнуть руки, но Терра удержала их.

— Пожалуйста. Попробуй. Эти воспоминания потом можно просматривать: дотронешься до кристалла, и они промелькнут перед глазами, как фильм.

— И зачем мне это делать? — на губах парня появилась загадочная улыбка. — Чувствую подвох.

— Ну ты и…

— Я — что? — продолжая улыбаться, спросил Алистер.

— Дотошный!

— Дотошный?

— Да! — воскликнула Терра, продолжая прижимать его пальцы к кристаллу, ощущая, какие они тёплые.

— Мне кажется, ты неправильно используешь это слово. Согласно толковому словарю, дотошный — это прилагательное, обозначающее пытливого, вникающего в каждую мелочь, человека.

— Тогда я определённо использовала нужное словно, — насупилась Терра и отдёрнула руки. — Ты дотошный и… недоверчивый… а ещё… ещё сварливый!

— Это было обидно. Я никогда не считал себя сварливым, — рассмеялся Алистер, и его смех разнёсся по разрушенной оранжерее.

— Сварливый, как старый дед.

— Ты просто чудо, — продолжал смеяться Алистер. — Ладно, давай попробуем. А то я даже боюсь представить, какой ещё эпитет ты ко мне применишь, если я откажусь.

Терра просияла и вновь положила свои руки поверх его.

— Просто подумай о чём-нибудь и сосредоточься на этом воспоминании, попытайся как бы прожить его заново, — попросила она, направляя свою скудную магию в кристалл через Алистера.

До этого ей лишь раз приходилось работать с солевой памятью в подвале Джослин, но ощущение лёгкой щекотки в руках и в мыслях она запомнила хорошо. Кристалл легонько засветился, принимая в себя воспоминания. Терра не знала, о чём сейчас думал Алистер и что вкладывал в кристалл, но была твёрдо намерена узнать позже, когда прикоснётся к его воспоминаниям.

Она, конечно, понимала, что её мотивы были до безумия корыстными, но ей этого хотелось. Хотелось знать, о чём Алистер думает. Хотелось знать, какое его воспоминания было для него настолько важным, чтобы он захотел сохранить его. Хотя он вполне мог вложить в соль и какое-нибудь абсолютно неважное воспоминание: например, каким на вкус был тост, который он съел сегодня на завтрак.

Но Терре хотелось верить, что Алистер не стал бы использовать магию для чего-то настолько незначительного.

Кристалл потух, навечно запечатав в себе кусочек Алистера. Терра широко улыбнулась и вырвала кристалл из его рук.

— Теперь это моё! — воскликнула она.

— Присваивать чужие воспоминания — это вообще законно? — Алистер отошёл на пару шагов. — Даже не знаю, смогу ли засудить тебя за подобную кражу, так что будем считать это подарком для тугодумки.

— Тугодумки? — Терра бросила на парня такой взгляд, от которого завяли бы все цветы в оранжерее, если бы они там были.

— Будем считать, что мы квиты. У сварливых дедов, знаешь ли, свои взгляды на мир, — хмыкнул Алистер и, обогнув Терру, вышел из оранжереи.

Девушка поспешила за ним, спрятав кристалл соли в кармане юбки, который недовольно оттопырился, не оценив перегруза.

— Я довольно сообразительна, — бросила ему в спину Терра.

— В узких кругах, — буркнул ей в ответ Алистер, продолжая выбираться из разрушенной оранжереи. Он решил выйти через раму возле кухонного окна. — В доме уже была? Нужно оценить последствия пожара, составить список повреждений и необходимых работ. Потом, думаю, свяжусь с местной строительной компанией. Тут нужен профессиональный взгляд. Кстати, как думаешь, в доме может быть что-то этакое, что стоит убрать на период ремонта?

— Я там ещё не была, — ответила Терра, пробираясь к нему. — Вполне может быть. Я не думала, что и в оранжерее что-то будет, но погляди, что мы нашли. Джослин говорила, что солёная память сейчас тот ещё раритет. У неё был всего один маленький кусочек — вполовину меньше того, в который мы вложили воспоминания. Кстати, какое воспоминание ты туда поместил?

— Потом узнаешь, — отмахнулся Алистер, изучая разбитую оконную раму. — Смотри, вон там на подоконнике что-то лежит. Разве это не такая же соль?

Терра подошла и присмотрелась. Там действительно что-то было, и это что-то излучало весьма слабый магический след. Неудивительно, что она не заметила. Терра подошла к окну и смело просунула руку внутрь, схватив запылившийся кристалл, и застыла на месте, словно громом поражённая.

Вот только то, что её поразило, было не громом, а воспоминаниями. Воспоминаниями, крутящимися перед глазами, как в очень быстром кино. Вот начало — а вот уже и конец. Терра лишь успела содрогнуться от рыданий, зародившихся где-то в глубине груди ещё очень-очень давно.

Девушка отчаянно хватала губами воздух, пытаясь совладать с собой. Совладать с воспоминаниями, от которых её попросили отказаться.

— Терра, — она отдалённо слышала панику в голосе Алистера, отдалённо чувствовала прикосновение рук, прижимающих её к широкой груди. — Что случилось? Это какое-то заклятие?

Девушка знала, что Алистер переживает за неё, но сейчас это было неважно. Важен был папа, просящий отказаться от воспоминаний. Важна была мама…

— Мама, — всхлипнула Терра, уткнувшись в грудь Алистера, продолжая сжимать кристалл в руках, ощущая на языке вкус пепла. И запах — о, этот запах горелого мяса, словно всё происходило вновь.

Словно мама горела сейчас.

Здесь.

Из-за неё.

— Мама, — стенала Терра, не в силах прекратить, охваченная воспоминаниями, охваченная огнём. — О, мамочка…

Алистер выбил кристалл из рук Терры, и мир померк. Померк огонь. Девушка осела в его руках, ощущая себя разбитой куклой, не зная, что ей теперь делать. Её била крупная дрожь и, если бы не Алистер, державший её в руках, она, наверное, развалилась бы на части.

***

Терра влетела в столовую, ничего не видя перед собой из-за слёз, которые, не переставая, текли по щекам. Она то и дело утирала их перемазанными сажей руками и оттого выглядела так же паршиво, как и чувствовала себя. Ей казалось, что её сердце горело и покрывалось пеплом.

Алистер бесшумно шёл за девушкой. Ему не приходилось бежать: один его шаг равнялся трём шагам Терры. Но