Внешний враг - Владимир Перемолотов

Движением руки он отослал их подальше и среди богатырей не оказалось ни одного, кто бы его не послушался. Усевшись под деревьями друзья не без интереса наблюдали, как колдун перекладывает вещи с места на место.

— Мудрец, — сказал Исин и Гаврила с Избором почувствовали хазарскую зависть.

— У умных людей учился, наверное, — сказал Гаврила. — Вот попал бы ты в хорошие руки, может и из тебя …

— Какие там «умные люди»? — Хазарин раздраженно всплеснул руками. — Как он нас в память-то ввел, помните? Дал настойки из жаб выпить — и все в порядке! На колдунов так же учат. Я точно знаю. Выпьешь, говорят, кувшин какой-нибудь дряни и уже колдун!

— Неужто завидуешь?

— Княжеский зять никому не завидует! — гордо ответил Исин, но ему никто не поверил.

— Смолоду к мудрым людям идти следовало бы. Теперь, глядишь, на ковре бы летал, — продолжил назидательно Гаврила

— В сапогах-скороходах бегал бы, — добавил Избор.

— Мне и без сапог ваших тошно. Меня там невеста ждет, а тут бегай.

Отвечать ему никто не стал — уж больно интересными вещами начал занимался Муря. Несколько минут все было чинно, а потом…

В одно мгновение над стариком вспыхнула радуга, раздался тонкий звон. Колдун подпрыгнул и метнулся в сторону. Звонко щелкнула пробка и колдуна отбросило назад. Он закашлялся, замахал руками и до богатырей долетела волна несусветной вони.

— Что это! — зажав нос спросил Избор.

— Подойди да спроси, если смелости хватит.

— Смелости-то хватит, а вот духу — нет…

Они замолчали, прислушиваясь то к звону, то к опасливым причитаниям колдуна. Потом тот бросил копаться в мешке и надолго застыл над разложенными богатствами.

Старик молчал и молчал и Исин решил осторожно нарушить его мысли.

— Ну и что тут? — крикнул он. — Годится тут что-нибудь?

Муря вздрогнул и поманил к себе.

— В чужом колдовстве как разберешься?

— Это мы и без тебя знаем, — сказал Избор. — Сами в первый раз не разобрались.

Муря, словно не услышал его, продолжал.

— Но все же каким бы ты колдуном не был, а что-то общее между всеми нами есть.

— Ты к делу ближе, — направил его мысли Гаврила. — Что будет, например, если я это вот на землю положу?

Он осторожно показал на свернутую в клубок алую ленту. Муря отвлекся, посмотрел.

— Ничего.

— Как это ничего? — неприятно удивился Гаврила. Он захотел пнуть клубок ногой, но передумал.

— Ничего. А вот если бросишь посильнее — огонь получишь.

— Костер? — уточнил Исин. Муря рассмеялся.

— Ну, вообщем-то да. Только очень большой. Так что кидать будешь — подальше кидай, чтобы бороду не спалило.

— А это?

Избор не побоялся и тронул ярко синий клубок.

— Не путеводное чудо часом?

— Нет. Если его бросить, то вода получится.

— Много?

Муря пожал плечами.

— Не знаю… Но я думаю, мало не покажется.

— А это?

В куче, отобранной для них стариком лежали еще мешочек с зернами и стеклянная бутылка. Морщась Исин смотрел на нее и наконец не сдержавшись сказал:

— Какие-то чудеса у них… — он оглянулся, подыскивая слова. — Тухлые что ли? На таких себе только обед готовить. Огонь, вода, семечки какие-то…

— Чудеса как чудеса, — отозвался Муря. Он перебирал большую кучу небрежно, словно уже отчаялся найти там что-либо полезное. — Правда для вас сейчас все это бесполезно…

— Почему? Опасно?

— Да нет. Просто на все остальное свои заклятья нужны, а их только хозяева и знают. А подбирать времени нет.

Гаврила посмотрел на две очень не равные кучки и почувствовал себя обманутым. Столько страху натерпелись пока добирались и вот на тебе…. Два клубка, мешок да бутылка.