Давший клятву - Брендон Сандерсон

Что ж, ее ведь учили мыслить, как полагается исследователю. Она не должна просто рисовать; нужно анализировать, экстраполировать, размышлять. И потому Шаллан поручила самой себе полностью запечатлеть свой опыт общения с Несотворенной.

Ее навестили Адолин, затем Палона, даже Далинар пришел узнать, как у нее дела, пока Навани цокала языком и расспрашивала о здоровье. Шаллан стерпела их компанию, а потом вернулась к рисованию. Вопросов было так много. Почему именно ей удалось прогнать это существо? Какой смысл оно вкладывало в свои творения?

Однако ее изыскания заслонял один-единственный обескураживающий факт. Ясна жива.

Вот буря… Ясна жива.

Это целиком и полностью все изменило.

В конце концов Шаллан уже не смогла сидеть взаперти. Хотя Навани упомянула, что Ясна собирается заглянуть к ней поздно вечером, девушка умылась и оделась, вскинула сумку на плечо и отправилась искать свою наставницу. Она должна узнать, как Ясне удалось выжить.

Идя по коридорам Уритиру, Шаллан ощущала растущее волнение. Ясна утверждала, что всегда смотрит на вещи с точки зрения логики, но у нее была склонность к драматизму, которой позавидовал бы любой писатель. Шаллан хорошо помнила ту ночь в Харбранте, когда Ясна приманила воров, а потом расправилась с ними ошеломительно жестоко.

Ее наставница стремилась не просто доказать свою точку зрения. Она хотела вколотить ее в череп оппонента, сопроводив это росчерком пера и лаконичной эпиграммой. Почему она при помощи даль-пера не сообщила всем, что жива? Одна буря знает, где принцесса была все это время…

Расспросы вывели Шаллан обратно к колодцу со спиральной лестницей. Охранники в строгой синей холиновской униформе подтвердили, что Ясна внизу, и Шаллан потащилась по ступенькам вниз. Она с изумлением поняла, что спуск не вызывает у нее беспокойства. Вообще-то… гнетущее ощущение, которое она испытывала с самого прибытия в башню, как будто испарилось. Больше никакого страха, никакого смутного чувства неправильности. Их причиной было существо, которое Шаллан прогнала. Каким-то образом аура Несотворенной распространялась на весь Уритиру.

У основания лестницы она обнаружила новых солдат. Далинар явно хотел, чтобы это место хорошо охранялось; в этом смысле ей не на что было жаловаться. Ее пропустили без проблем, с поклонами и бормотанием «светлость Сияющая».

Она прошла по коридору с фресками; сферные фонари, расставленные вдоль стен, приятно его освещали. Как только Шаллан миновала пустые библиотечные комнаты, она услышала голоса впереди. Войдя в помещение, где случилось столкновение с Полуночной Матерью, она впервые как следует рассмотрела место.

Хрустальная колонна в центре действительно представляла собой нечто необыкновенное. Это был не единый самосвет, но мириады таковых, слитых воедино: изумруды, рубины, топазы, сапфиры… Все десять разновидностей как будто сплавили в одну толстую колонну высотой в двадцать футов. Буря… как же она будет выглядеть, если все эти самосветы окажутся заряженными, а не пустыми, как сейчас?

Большая группа солдат расположилась возле баррикады по другую сторону комнаты и смотрела в туннель, где исчезла Несотворенная. Ясна бродила вокруг огромной колонны, касаясь хрусталя свободной рукой. Принцесса была в красном, помада в тон костюму, собранные волосы удерживали шпильки в виде мечей с рубинами на эфесах.

Буря свидетельница, она выглядела безупречно. Соблазнительная фигура, смуглая алетийская кожа, светло-фиолетовые глаза – и ни единой пряди иного цвета в черных как смоль волосах. Наделив Ясну Холин красотой вкупе с блестящим умом, Всемогущий совершил один из самых несправедливых своих поступков.

Шаллан медлила в дверном проеме, чувствуя себя почти так же, как когда впервые увидела Ясну в Харбранте. Неуверенной, ошеломленной и – по правде говоря – переполненной невероятной зависти. Какие бы испытания ни перенесла Ясна, это ничуть не отразилось на ее внешнем виде. Она была просто великолепна, если учесть, что в последний раз Шаллан видела Ясну лежащей без сознания на полу и один из захвативших корабль мужчин воткнул ей нож в грудь.

– Моя мать, – заявила Ясна, все еще держа руку на колонне и не глядя на Шаллан, – полагает, что это какой-то невероятно замысловатый фабриаль. Логичное предположение; мы всегда верили, что древние владели чудесными технологиями. Как же иначе объяснить осколочные клинки и доспехи?

– Светлость? – проговорила Шаллан. – Но… осколочные клинки – не фабриали. Они спрены, преображенные узами.

– Как и фабриали в некотором смысле, – ответила Ясна. – Ты ведь знаешь, как их делают?

– Лишь в общих чертах, – призналась Шаллан. Вот как произойдет их воссоединение? В виде лекции? Впрочем, этого и следовало ожидать.

– Нужно поймать спрена и заточить его в самосвет, изготовленный для этой цели. Артефабры обнаружили, что особые стимулы побуждают спрена к конкретным реакциям. Например, спрены пламени испускают тепло – и, прижимая металл к рубину с заключенным в нем спреном пламени, можно усиливать или ослаблять этот эффект.

– Это…

– Невероятно?

– Ужасно, – с чувством ответила Шаллан. Она кое-что об этом знала, но подробный рассказ поверг ее в шок. – Светлость, так мы держим спренов в плену?!

– Это не хуже, чем прицепить фургон к чуллу.

– Чтобы чулл тянул фургон, его не надо навеки запирать в ящике!

Узор тихонько загудел с ее юбки в знак согласия.

Ясна приподняла бровь:

– Дитя, спрены бывают разные. – Она снова коснулась пальцами колонны. – Сделай набросок для меня. Будь любезна, позаботься о том, чтобы пропорции и цвета были правильными.

Небрежный приказ оказался для Шаллан не лучше пощечины. Она разве служанка, чтобы ею командовали?

«Да, именно так, – напомнил внутренний голос. – Ты подопечная Ясны». В этом смысле требование отнюдь не было чем-то необычным, но по сравнению с тем обращением, к которому она привыкла, это…

Что ж, ей придется смириться. Вот буря, когда это она успела стать такой ранимой? Шаллан достала альбом и принялась за дело.

– Меня воодушевило известие о том, что ты добралась сюда сама, – добавила Ясна. – Я… приношу свои извинения за то, что случилось на «Усладе ветра». Моя неосторожность привела ко многим смертям и, несомненно, тяжелым испытаниям, которые выпали на твою долю. Пожалуйста, прими мои извинения. – (Шаллан на это лишь пожала плечами.) – Ты отлично справилась, – продолжила Ясна. – Представь себе мое изумление, когда я достигла Расколотых равнин и обнаружила, что военный лагерь уже переместился в эту башню. Дитя, то, чего ты достигла, – блестяще! Нам еще надо будет поговорить о той группе, что пыталась убить меня. Духокровники нацелятся на тебя теперь, когда ты начала продвигаться к Идеалам.

– А на корабль точно напали духокровники?

– Несомненно. – Ясна посмотрела на Шаллан, и уголки ее рта опустились. – Дитя, ты уверена, что достаточно хорошо себя чувствуешь? Ты кажешься мне необычно сдержанной.