Сияющая цитадель - Дэвид Эддингс

— Как много, анара, знали обо всем этом министрвнутренних дел и другие изменники? — спросил Сарабиан.

— Почти ничего, ваше величество. Полагали они, что этолишь часть непрекращающейся борьбы между министром иностранных дел Оскайном иКолатой. Колата посулил им немалую выгоду, оттого-то они и пошли за ним.

— Стало быть, обычные дворцовые интриги, —задумчиво проговорил Сарабиан. — Мне следует помнить об этом, когда я будуих судить. Они не изменники, а всего лишь продажные болваны.

— Все, кроме Колаты, ваше величество, — уточнилИтайн. — Его роль в этом деле вряд ли ограничивается обычными дворцовымиинтригами.

— Колата был обманут, Итайн из Материона, —покачала головой Ксанетия. — Истинным человеком Заласты при дворе былТеовин. Это ему известный вам Крегер доставлял приказы Заласты, Колате жеТеовин говорил ровно столько, сколько тому полагалось знать.

— Это приводит нас к неудавшемуся мятежу, —напомнила Элана. — Крегер сказал Спархоку, что этот мятеж будто бы и недолжен был удаться, что его целью было вызнать наши сильные и слабые стороны.Это правда?

— Отчасти, ваше величество, — ответилаКсанетия. — Главным же образом Заласта усомнился в словах Анакхи, что,дескать, бросил он Беллиом в море. Стремился он, поднимая мятеж на улицахМатериона и подвергая опасности всех, кто дорог Анакхе, вынудить его открыть,при нем ли на самом деле камень.

— И мы, стало быть, после мятежа сыграли ему наруку, — заключил Халэд.

— Не думаю, — возразил Спархок. — Если быБеллиом так и остался на дне моря, мы никогда не узнали бы, что у него естьволя и сознание. Этого не знал о нем никто — кроме, может быть, Афраэли. Азеш,похоже, не знал, и не знает Киргон. Сомневаюсь, чтобы они так гонялись заБеллиомом, если б знали, что он способен сопротивляться их приказам — вплоть дотого, чтобы при необходимости уничтожить весь этот мир.

— Ну, хорошо, — сказал Халэд, — теперь мызнаем, что привело нас к нынешнему положению дел. Что будет дальше?

— Сие уже в будущем, Халэд из Дэмоса, — ответилаКсанетия, — будущее же сокрыто ото всех. Знай, однако, что враги наши всмятении. Место советника при имперском правительстве, занимаемое Заластой,было сердцевиной всех их замыслов.

— Как скоро Заласта может оправиться, Сефрения? —спросила Элана. — Ты знаешь его лучше, чем все мы. Может он сразу нанестиответный удар?

— Возможно, — ответила Сефрения, — однако чтобы он ни сделал, действовать он будет впопыхах и непродуманно. Заласта —стирик, а мы, стирики, очень плохо умеем справляться с неожиданностями. Он ещедолго будет метаться бесцельно — разрушая горы и поджигая озера — прежде чемвозьмет себя в руки.

— Значит, нам надо поскорее ударить снова, —сказал Бевьер. — Нельзя давать ему время оправиться.

— Вот что я подумал, — сказал Сарабиан. —После того, как мы добрались до секретных архивов министерства внутренних дел,мы решили взять под стражу лишь верхушку заговорщиков — главным образом,полицейских чиновников и судей в разных городах. Мы не стали возиться с мелкойсошкой, осведомителями и тому подобной швалью — в основном потому, что у нас нехватило бы на всех тюрем. Думаю, что министерство внутренних дел было основнойсилой этого заговора, и теперь Заласта и его приятели вынуждены опираться нажалкие ошметки, которые мы не стали подбирать. Если я отправлю атановарестовать всех подчистую, это ведь еще сильнее выбьет Заласту из равновесия?

— Пускай он вначале немного придет в себя,Сарабиан, — сказала Сефрения. — Сейчас он так взбешен, что, пожалуй,и не заметит новых потерь.

— А Норкан все еще на Тэге? — спросил вдругВэнион.

— Нет, — ответила Элана. — Мне надоели егоподдельные письма, и мы отправили его назад в Атан.

— Отлично. Думаю, нам нужно как можно скорее сообщитьему о предательстве Заласты. Необходимо, чтобы Бетуана знала об этом.

— Я позабочусь об этом, Вэнион-магистр, — пообещалЭнгесса.

— Спасибо, Энгесса-атан. Если сцена, которую Заластаустроил в тронном зале, хоть немного отражает его душевное состояние — сейчасон совершенно невменяем.

— Взбешен до безумия, — согласилась Сефрения.Впервые после разрыва с Вэнионом она впрямую заговорила с ним, и это далоСпархоку некоторую надежду.

— Значит, он почти должен сделать хоть что-то? —спросил у нее Вэнион. — В его нынешнем состоянии бездействие для него —сущая мука.

Она кивнула.

— Так или иначе, он ответит на этот удар, и посколькуон вовсе не был готов к тому, что произошло, то и ответный его ход будетнепродуманным.

— А стало быть, несовершенным?

— Вероятно.

— И скорее всего, с использованием главных сил, —прибавил Спархок. — Когда человек впадает в бешенство, он принимаетсякрушить все подряд.

— Предостереги об этом Норкана и Бетуану,Энгесса-атан, — сказал Сарабиан.

— Будет исполнено, Сарабиан-император. Вэнион принялсярасхаживать по комнате.

— Заласта пока еще возглавляет заговор, — сказалон, — во всяком случае, до тех пор, пока не устроит такую глупость, чтоКиргон решит сместить его. Почему бы нам не позволить ему перебеситься, а ужепотом арестовать всех мелких заговорщиков? Попугаем немножко наших противников.Если они увидят, как мы методично уничтожаем все, что они с таким тщаниемготовили, и сажаем под замок всех их пособников, они поневоле задумаются о том,что и сами смертны. Тогда, я думаю, Киргон сам вступит в дело, и Спархокуостанется только спустить на него Беллиом.

— Терпеть не могу, когда он такой, — сказалаСефрения Ксанетии. — Он так уверен в себе — и, наверное, прав. Мужчиныкуда привлекательней, когда они беспомощны, как малые дети. — Этаполушутливая реплика была совершенно неожиданной. Сефрения явно перешагнулачерез древние предрассудки, разделявшие стириков и дэльфов, и говорила сКсанетией, как одна женщина говорила бы с другой.

— Значит, нам остается только сидеть и ждать следующегохода Заласты, — заключил Сарабиан. — Интересно, что он предпримет?

Ответ не заставил себя ждать. Несколько дней спустяизможденный атан, пошатываясь, ступил на подъемный мост замка. Он нес с собойспешное послание от Норкана.