Красный Принц - Э. Дж. Смит

– Чего ты от меня хочешь? – резко спросила она. – И не надо говорить, будто ты знал моего отца. Я никогда не знала его, следовательно, твои слова для меня пустой звук.

– Ты не просто служанка, Кейша. Ты еще и Темная Кровь, как и твой отец. – Девушка, похоже, слышала эти слова, возможно, Саара и Элиас в страхе шепотом произносили их. Хотя у нее и не было оснований доверять странному обитателю леса.

Нанону она понравилась, и по какой-то причине он находил удовольствие в общении с ней. Кейше едва ли исполнилось восемнадцать, но она прожила тяжелую жизнь среди рабства и насилия и научилась быть осторожной и расчетливой. Нанону нравилось даже просто находиться с ней рядом – он отлично чувствовал острый ум, который девушка пытается скрыть ото всех.

– Кирина, убитого вчера, называли Темной Кровью. Что это значит? – спросила она.

– Многое. Главное – тот кирин был твоим отцом.

Кейша почти не отреагировала на его слова. Нанон чувствовал: Рам Джас что-то сказал ей перед смертью, и эти слова снова и снова вертелись у нее в голове.

– Что он сказал тебе? – спросил он.

Губы ее дрогнули, и она беспокойно нахмурилась.

– Он сказал, я похожа на мать, – ответила Кейша, и на глазах у нее показались слезы. – Знакомые черты померещились мне в его лице. Но я не разрешала себе задумываться об этом. Такие мысли приведут меня к беде. Я делаю только то, что мне сказано, без лишних рассуждений.

Нанон шагнул ближе к девушке, ощущая ее едва сдерживаемые страдания.

– Он говорил мне, что, когда тебя забрали… когда его жену, твою мать убили, тебе было всего четыре года. И я знаю, ты мне веришь.

Она бросила ятаган и осела на пол. Слезы заструились у нее по щекам, и Кейша судорожно зарыдала, прижимая ладони к лицу. Нанон чувствовал каждую ее слезинку, будто свою собственную. Чтобы понять человека и погрузиться в его переживания, ему обычно требовались годы, но Кейша была дочерью Рам Джаса, и к ней не подходили обычные правила. Он видел перед собой сломленную юную девушку, которой удалось выжить благодаря своему уму и упрямству. Она улыбалась, кивала, делала то, что прикажут, а сама отчаянно желала всем своим обидчикам жестокой смерти. Но прежде всего поражало ее терпение. Она смотрела на стариков, использовавших ее, и была полна решимости пережить их. Она смотрела на избалованных знатных особ и вежливо им кланялась, хотя в мыслях мечтала оказаться на другом краю света.

Она подняла голову. Глаза у нее покраснели, на щеках пылал румянец.

– Как его звали? – спросила она. – Я не помню.

– Рам Джас Рами, – ответил Нанон. – Твоего брата, Зелдантора, убила Саара Госпожа Боли.

Ее мысли закрутились в вихре ненависти. Слезы все еще лились из глаз, но лицо исказилось в гневе. Кейша запуталась, устала, не смогла сдержать своих чувств – и разозлилась. И злость перекрывала все остальное.

– Я предлагаю тебе свободу, – сказал Нанон. – Я не могу вернуть к жизни твоих родителей и брата, но если ты пойдешь со мной, то больше никогда не будешь рабыней. Ни один мужчина не посмеет тебя использовать, никто не причинит тебе боли. И ни одна женщина.

– А тебе-то какое до этого дело? – спросила Кейша, сжимая кулаки.

– Я уже говорил, Рам Джас был мне другом. Друзей у меня мало, поэтому он очень много для меня значил.

– Но что такое Темная Кровь? Какие способности у меня есть? – быстро спросила Кейша. Разум ее находился в полном смятении.

Нанон поднял руки и попытался смягчить выражение лица.

– У нас будет много времени на разговоры, Кейша, но мы не можем здесь оставаться.

– Как, ты сказал, тебя зовут? – спросила она, вытирая слезы с покрасневшего лица.

– Нанон. Я доккальфар. Здесь мы не сможем долго оставаться одни.

– Вполне сможем, – возразила она. – Госпожа запланировала великий праздник в честь убийства Охотника на Воров, и перед праздником ее пастве нужно хорошо отдохнуть. Только несколько ее фанатиков пока еще здесь. И я не думаю, будто я ей еще нужна.

Нанон улыбнулся. Должно быть, у него не слишком хорошо получилось, потому что Кейша поморщилась.

– Ты лучше не улыбайся, – посоветовала она. – Это смотрится очень странно.

– Прости. Я пытаюсь влиться в человеческое общество… люди улыбаются, вот и я тоже улыбаюсь. Глупая привычка – Он внимательно осмотрелся. – У тебя есть личные вещи, которые тебе дороги? Тебе нужно собраться в дорогу.

Девушка долгим взглядом посмотрела на него, задумчиво прикусив нижнюю губу. Он чувствовал ее злость и недоверие, но они не были направлены на него лично. Ему показалось, Кейша не доверяет никому и ничему. С таким образом мыслей не заведешь друзей, но именно благодаря ему Кейше удалось выжить.

– У меня нет ничего, что было бы мне нужно, кроме этого. – Она подняла ятаган. – И мы можем идти, как только ты будешь готов.

– Ты мне доверяешь? – Но он уже знал ответ.

– Нужно ли мне доверять тебе? Ты предложил мне свободу. Ее у меня никогда не было, так что я хочу рискнуть.

Он снова улыбнулся, и на этот раз Кейша не скривилась.

– Но если ты до меня дотронешься – я тебя убью, – добавила она с милой улыбкой.

Нанон нахмурился.

– Я не буду тебя трогать. Потому что я не хочу тебя трогать. Я хочу тебе помочь.

– Тогда пойдем скорее.

* * *

Пока они выбирались из катакомб к северной стене города, он все больше проникался к девушке симпатией. Она не страдала излишней скромностью, и ей нравилось отпускать язвительные комментарии по поводу увиденного на улицах Вейра, пока они торопливо приближались к городским окраинам. Заплывшие жиром мужчины, безвкусно разодетые девицы, хмурые стражники – каждый из них получил свою долю насмешек от киринской девушки.

– Должно быть, в этом городе огромные животы считаются признаком настоящей мужской силы. – Она ткнула пальцем в шарообразного торговца, окруженного стайкой юных девушек.

– Думаю, их привлекли его монеты, а не живот, – возразил доккальфар.

– Или вонь от пота. Я бы сказала, это самый популярный аромат у народа ро. Удивительно, что они не продают в лавках духи с таким запахом – аромат потных подмышек жирных ублюдков точно сможет привлечь к ним таких же глупых женщин.

– Пожалуй, нам стоит вести себя потише. И держаться подальше от главных улиц.

Если кто и заметил убитых им стражей, то тревога потонула в общем шуме приготовлений к грандиозному празднику. Паства Саары готовилась отмечать смерть Далиана Охотника на Воров.

Беглецы добрались до полуразрушенной дренажной трубы, через которую в город проникли Гленвуд и Рам Джас, и теперь находились рядом с северными пастбищами Вейра. Кейша скользнула в дыру в кирпичной кладке, но Нанон не сразу последовал за ней – он почувствовал странный зуд в затылке.