Огненный шторм - Дмитрий Янковский

– Ничего? – Я перевел взгляд на девушку. – Ну, тогда назначь его своим заместителем. – Я снова взглянул на курсанта. – Пусть почувствует хоть часть ответственности. Фамилия и имя?

– Дмитрий Корнелюк, – представился парень, явно не ожидавший, что его реплика вызовет такие последствия.

22:48:11

Первый учебный день подходил к концу. Были проведены первые занятия, назначены командиры и заместители взводов. Вторым взводом взялся командовать Константин Старцев. Судя по тому, что я видел, он обладал взрывным характером и, на мой взгляд, не очень годился на роль командира взвода. Но никто другой не вызвался. Сойкин стал заместителем командира. В третьем взводе сложилась еще более неблагоприятная ситуация. Его возглавил Роман Рылин, как мне показалось, недостаточно психологически устойчивый и не очень рассудительный человек. Заместителем он назначил Травкина.

Я вышел из казармы, где размещались комнаты повзводного размещения курсантов и персональные комнаты инструкторов. Плац, на который выходила дверь казармы, был залит ярким светом прожекторов. Я прошел к ограде и сделал несколько шагов вдоль нее. Удивительна земная ночь. Таинственные запахи, звуки. И в то же время все это не пугает.

Остановившись на секунду, я вгляделся в ночную темноту, туда, где за оградой базы находился луг. И буквально за секунду мир для меня преобразился. Ночь потеряла таинственное доброе очарование. Остался лишь азарт. Боевой азарт. Впереди был противник.

Это я понял почти сразу, когда посмотрел на залитый лунным светом луг. То ли кто-то случайно нарушил светомаскировку, то ли они решили, что прятаться уже не стоит, и в ночи блеснул свет боевого фонаря. «АПК» мгновенно оказался у меня в руке, а сам я укрылся за пенобетонным забором высотой около ста восьмидесяти сантиметров. И тут же в стену казармы, расположенную напротив того места, где я стоял, врезалась очередь. Судя по очень тихому звуку, стреляли из оружия с глушителем. Я поднялся, снимая с пояса рацию, и настроил ее на частоту рации Игрищева:

– Тревога! Противник за оградой базы!

Сержант ответил почти сразу.

– Понял, действую!

Я высунулся из-за забора и посмотрел на луг. Оттуда, не пригибаясь, бежали уже знакомые мне бойцы в черном. Совпадения быть не могло – фобосианцы. Я мгновенно оценил расстояние до них. Метров пятьдесят. В самый раз.

Сняв с пояса одну гранату, я швырнул ее в наступающую цепь. Тут же в пенобетон ударило несколько очередей, а я засек места, откуда стреляли враги, прикрывавшие наступающих. Фобосианцы залегли. Громыхнул взрыв гранаты. Моей задачей было задержать их. Задержать настолько, чтобы Игрищев успел активизировать охранные системы базы, вызвать помощь из Киева и отдать приказ курсантам.

Швырнув вторую гранату, я сразу начал стрелять. Неподвижно залегшие фобосианцы представляли собой отличные мишени. Когда после второго взрыва они пошли в наступление, я с удовлетворением отметил разрывы в цепи в тех местах, куда попадали мои пули. За это время я уже успел оценить численность отряда. В нем было человек пятьдесят. Они передвигались тремя растянутыми цепями. Причем крайние бойцы цепей останавливались и прикрывали передвижение остальных.

Силы были слишком неравны. Если бы я был один, то, вероятно, смог бы противостоять этим бойцам, выполнив «полную мобилизацию», но оставались курсанты. И я должен был их защитить. В худшем случае – вывести из-под огня с наименьшими потерями.

Расстреляв первую обойму, я перезарядил пистолет, и, пригибаясь, побежал ко входу в казарму. Мне нужно было взять там более мощное оружие. Добежав до угла, я нос к носу столкнулся с Игрищевым. Он был в полном десантном снаряжении.

– Какова ситуация? – задал я вопрос.

– Охранная система выведена из строя, Киев выслал своих бойцов, курсанты под командованием Фролова и Зайцевой выходят на исходные позиции для контратаки. – Сержант описал положение предельно кратко.

– Понял. Помоги им. Я сейчас подойду, мне нужно в арсенал – у меня только «АПК».

– Вот, возьмите! – Игрищев протянул мне основное оружие нового образца – автомат «МСК-1».

Я подхватил его, и мы с сержантом побежали к воротам. Они были открыты, и третий взвод стоял, охраняя их. Мы обошли угол базы и очутились за оградой, почти напротив того места, откуда я заметил фобосианцев. Курсанты первого и второго взводов залегли под огнем врага. Бойцы поливали огнем все, что двигалось, но одного дня подготовки было явно недостаточно, чтобы противостоять фобосианскому спецназу. А фобосианцы двигались вперед, стреляя на ходу. Хотя план атаки был сорван, они, видимо, решили идти до последнего.

Мы с Игрищевым быстро преодолели расстояние до того места, где залегли курсанты. Пули фобосианцев свистели вокруг, впиваясь в почву, срезая невысокую траву. Я сдвинул палец на гашетку подствольного гранатомета «МСК» и разрядил всю обойму из восьми гранат в наступающую цепь. Но это не остановило врагов. Они продвигались вперед, стремясь психологически подавить нас и уничтожить благодаря огневому и тактическому преимуществу. Я понимал, чем это грозит. Оставалось одно. Старое, но верное средство.

– Выдвинуть штыки! – приказал я в канале первого и второго взводов.

– Готово! – секунд через пять послышался голос Старцева.

– Первый взвод готов! – Соколова опоздала всего на несколько секунд.

– Фролов, Игрищев, Зайцева, прикрывайте нас!

– Командир, вы что, хотите в штыковую?.. – начала Зайцева, но я выключил рацию и сдвинул рычажок на автомате. Из-под ствола выдвинулся штык.

Глубоко вздохнув, я взглянул вперед. Фобосианцы были уже в пятнадцати метрах. Только плотный заградительный огонь и невысокая трава давали нам шанс выжить. Я набрал в грудь воздуха, встал во весь рост и…

– За Родину! Вперед!!! – С древним боевым кличем я бросился на врагов.

– Ура! – нестройная цепь курсантов пошла за мной в штыковую.

Фобосианцы совершенно не ожидали такого поворота событий. Они остановились и открыли шквальный огонь по наступающим курсантам. Но через несколько секунд они были сметены штыковым ударом.

Я видел фобосианских спецназовцев в рукопашной, но здесь их подвело собственное замешательство. В тот момент, когда нужно было переходить к рукопашной, они еще пытались поймать курсантов в прицел.

Несколько секунд, и все было кончено. Я записал на свой счет семь убитых врагов.

– Кажется, всех положили. Как дела у вас?

– Плохо, – отозвался Игрищев. – Майор Фролов погиб.

– Как?

– Шальная пуля, – сказал сержант. – В самом конце боя.

– Зараза!

– Командир! – вдруг послышался голос Травкина.

– Что, курсант?

– Нам нужна помощь! Тут их целый батальон!