Хундертауэр - Сергей Чичин

— А я не думал, что ты такая неблагодарная свинья!

— А это еще почему?

— Почему?! Да потому что ты совершенно не учитываешь, сколько сил я приложил, дабы притащить этих глубоко мною презираемых конелюбов…

— Нет, почему не думал?

— Давайте решать, как от них избавиться, — вмешался Кижинга. Рука его нестерпимо ныла и чесалась под пластинами, наложенными обратно, прямо на повязку, пальцы слушались плохо. По большому счету, паладину было все равно, какой рукой сражаться; но он здраво рассудил, что для боя с воинами, разбившими уже опробованных им карателей, потребуются все ресурсы. — Сколько их всего?

— Сотни полторы наберется, — Тайвор досадливо сплюнул. — Кабы знал, не стал бы под стенами маневры закладывать, выманивать этих городских… Лоб в лоб если — полегло бы две трети, так ведь нет же, я на полную сработал! Отвести, контратаковать, завести в засаду, а еще и через стену диверсионный отрядец — с рожами ну настолько срамными, что все гномьи воители щиты на задницы перевесили и ну удирать! В итоге потерял всего пару десятков. Эх, вот ведь не знаешь где найдешь!

В ворота забарабанили.

— Отдавай наш вождь нэмэдля!

— Ты им приглянулся, — с ехидцей заметил генерал. — Всему племени, это ж надо было! Ну что, пойдешь?

Тайвор тоскливо покосился на гребень.

— Выбор, однако, небогат. Сбежать-то хоть отсюда можно?

— Можно, — генерал выразительно указал себе под ноги. — Но нельзя.

— Не понял, — пожаловался Вово. — Почему нельзя, когда можно?

— Эх, сынок, — Панк вздохнул, потрепал гобольда по плечу. — Ну как тебе объяснить… Гм. Есть такое слово… Много слов есть, вообще говоря. Иногда наступает такое, что, как бы тебе сказать, чтоб ты понял?.. В некоторых ситуациях, ну например… В общем, заткнись, Вово, понял?

— Так бы сразу, — успокоился Вово.

— Ну, допустим, таран у них вот-вот развалится, — в голосе Тайвора прорезались тонкие, острые льдинки. — И пока притащат следующий — имеем некоторую передышку. Помешать сможем?

Взгляды всей компании обратились на друида.

— Никак, — коротко ответствовал Зембус. — Магия иссякла, а отсыпаться некогда. Да и не докричусь отсюда до леса…

— Можно подземным ходом за стену выбраться и оттуда помешать, — подсказал Вово. — Мы с Чумпом шли одним тоннелем, но есть наверняка и в другие стороны. Я б сходил, дал по шеям. Потом вернулся бы…

— Ерунду городите, — равнодушно сообщил Чумп, появившийся из-за спины гобольда. В руках у него был притащенный Хастредом арбалет. — Ну, побьются в ворота, разобьют таран, пойдут в обход. Я в такой замок на раз через окно пролезу — да я и пролезал, Вово свидетель. Это ж не рубеж обороны, а поселение для местной знати… Гзуры, с поправкой на неумение, пролезут на раз-два.

— Гномов куда дел? — нахмурился генерал.

— Вот сумка. Остальное там лежит, пахнет. А зачем они тебе сейчас? Торговаться? Так гзурам они задаром не нужны, не их размерчик.

— Остается башня? — вернул всех на землю Тайвор. — Сколько там продержимся?

— Пока не подпалят, — генерал хмыкнул, припомнив, как совсем недавно долбился в башенную дверь Хайн. — Да и то, уйти в подземелье — и огонь не страшен. Неужто снова выкрутимся, а, Тай?

— Нет, — в голосе орквуда не было ни страха, ни сожаления. — Дубиной ты жил, Панк, дубиной и поляжешь. Полторы сотни отборных бойцов. Луки, арбалеты. Двадцать к одному? Не смеши мои портянки. И не такие, как мы, герои складывались.

— А я не герой к тому же, — добавил Чумп — для пущего, видимо, драматизма. — Мне моих двадцать подайте, пожалуйста, спящими, безоружными и спиной повернутыми.

— Отдавайтэ вождя, дэти шакала и хромой кобылы!

— Эх, попробую напоследок, — Тайвор выхватил у Чумпа арбалет и в три прыжка взлетел по лестнице на стену. — Воины! Я здесь, с вами!

Ропот под стеной мигом утих.

— Воины мои! — орквуд воздел одну руку, скрывая вторую, вооруженную, за зубцом. — Я ваш вождь! Вы сами признали меня и пошли за мной! Обманул ли я ваши ожидания?

— Пока нэт, — осторожно прорезал тишину одинокий голос. — А что, собираэшься, да?..

— Я ваш вождь, и я говорю вам: ваши враги не здесь! Я поведу вас дальше на юг. Там мы настигнем того, кто истинно…

— Слюшай, да, нэ гони! — призвал все тот же голос, заметно посуровевший. — Пойдем куда скажэшь, а только для начала возьмем башка окаянный гоблин!

Тайвор сокрушенно вздохнул.

— Вот тут генерал Панк говорит: харизма, харизма… А я ему — знаете, что? Точный, говорю, расчет — вот наш выбор!

Выметнул руку с арбалетом из-за зубца и выпалил, оборвав на полуслове очередное выступление говорливого гзура.

— Так будет со всяким, кто… — возвысил голос Тайвор. — А, сволочи, не буду вас больше спасать!

И стремительно присел, скрываясь за зубцом от плотного ливня стрел, болтов и даже дротиков, хлынувшего с улицы. Металл задребезжал о камень, пара дюжин снарядов прошла над и между зубцами, чтобы на излете осыпаться во двор или срикошетить от башни. Орквуд оскалил зубы, двинул плечами — дескать, попробовать-то надо было! Генерал снизу хмыкнул одобрительно: попытка не пытка.

— А в чем расчет-то был? — полюбопытствовал Чумп.

— А пристрелил того единственного, кто голос подал, — невозмутимо пояснил Тайвор. — Он мне давно не нравился! Спал и видел себя в кепке вождя. Так бы он их построил, да и повел, и положили бы нас ни за хрен амфибий. А теперь пусть повыбирают себе нового лидера, подерутся, головы поломают… себе и друг другу… нам все легче. А, кстати!

Сдернул с украшенной сотнями косичек-дредов головы красную авторитетную кепку и через плечо запустил ее на улицу.

— Так-то лучше. Никогда мне их мода не нравилась!

Таран опять гулко врезался в ворота, сотряс их, и Хайн, заводясь, запустил в груди свою рокоталку. Неторопливо снял с плеча кистень, выбрал местечко сбоку от ворот и с той же вальяжной неспешностью принялся раскручивать оружие.

— Хайн, — окликнул его генерал, пристраиваясь по другую сторону ворот. — Ты уж это… извини, что так оно все криво срастается. Вроде ж научить должен был, а Стремгод его знает, успею ли.

— Да чего там, — отозвался горец стеснительно. — Успеешь. Однако ж ты правда храбрец редкий! Я как эту рожу увидел с угольями заместо глаз, — кивком обозначил примостившегося на стене Тайвора, — так мне чуть скверно не сталось! А ты с ним как с родным.

— С мое поживешь — и не с такими ручкаться научишься.

Удар. Ворота пошли ходуном. Засов треснул по всей длине.

— Если это кого-то интересует, в башне сейчас такое творится… — сильно побледневший Зембус потряс головой, словно разгоняя наседающих призраков.