Зачеловек - Юрий Никитин

— Мрак, как хорошо…

— Что это?

— Как хорошо, что ты дождался, — донесся голосОлега. В пространстве быстро-быстро оформлялось его тело, размером с небольшуюнейтронную звезду, голос звучал уже во всех диапазонах. — Как хорошо!

— Что это случилось?

— Расширяющаяся Вселенная! — прокричалОлег. — Мы ничего бы не сделали, но границы Вселенной сейчас вон смотриуже где!..

Мрак посмотрел ошалело, Вселенная расширяется со скоростьюсвета, в отвоеванной у Ничто области пока нет звезд, потому там так черно,спросил севшим голосом:

— Так как далеко нас в Ничто забросило? И сколько мытам пробыли?

Олег дрогнул, изменился в цвете, жесткое излучение пошло синтенсивностью близкого к панике отчаяния.

— Не знаю, Мрак. Здесь рисунок звезд для меня чужой.Может быть, уже нет Земли! Может быть, нет и Солнечной системы, даже всей нашейГалактики нет. Мы были в… месте, где нет и времени. Время оставалось только внас самих. Кто знает, сколько прошло?

Мрак сказал твердо:

— Все равно выбираться надо! Ты хоть представляешь, вкакую сторону нам дуть?

Олег повернулся спиной к черноте, выбросил пучок тахионов.

— Примерно в том направлении был Большой Взрыв. Мы тамуже бывали. Доберемся — поймем, уда дальше.

Звездное небо иногда превращалось в единую звезду, иногдаисчезало вовсе, а они неслись в странном пространстве, где нет вещества, нетматерии, а только нечто более плотное — вакуум, где остановиться невозможно,даже в этом случае несет со скоростью в тысячи раз быстрее света, странноесостояние, выныривали и осматривались, снова совершали длинные прыжки, наконецОлег сказал дрогнувшим голосом:

— Это было здесь…

— Что?

— Большой Взрыв, — сказал Олег, тут же поправилсебя измученным голосом: — Место, откуда все началось… как некоторые считают.

Мрак торопливо осматривался, но звездное небо — не роднойЛес, где знал каждое дерево, напрасно пытался уловить знакомые очертания звезд,здесь звезды совсем не те, что видишь с Земли, а Олег молчит, сам растерян,всего трясет, даже пространство вокруг него вздрагивает и сминается, как тонкийхолст под сильным ветром.

— Нам в ту сторону, — проговорил Олегнетвердо. —

Да, Мрак, в ту… Если, конечно, не ошибаюсь. Но здесь многостранного…

— Что, нашел обломки Первого Взрыва?

— Нашел, — неожиданно подтвердил Олег. — Носейчас не до них, все потом, а сейчас держись за мной.

Мрак кивнул, Олег сделал глубокий вдох, захвативпространства на несколько парсеков, в следующее мгновение Мрак увидел лишь следиз обломков тахионов и мэонов. Он заорал и прыгнул следом, но догнать уже немог, так и несся длинными прыжками. Олег останавливался, ждал, пока Мракзачерпывал по дороге рассеянный газ, и снова мчались через пугающую Вселенную,что иногда вытягивалась в струну, теряя трехмерность, иногда превращалась встрашное кровавое месиво, уже и не Вселенная, а нечто иное, наконец Олегвскрикнул счастливо и потрясенно на всех диапазонах, узнавая россыпь галактиксвоего медвежьего угла Вселенной.

Еще с десяток килопарсеков неслись по прямой, наконецвпереди показалась до боли родная спиральная Галактика, у которой стольконазваний, но чаще всех звучит Млечный Путь.

— Она, — выдохнул Мрак. — По крайней мере,Галактика на месте… В смысле, летит, кувыркаясь, там, где и должна. Или уженет?

— Там, — подтвердил Олег торопливо. — Неотставай, не отставай!

Все-таки Мрак отстал, Олег почти не соображал от паники, чтоделает, несся с немыслимой скоростью, и если бы не рассеянный след — в космосевсе оставляет следы, — Мрак рисковал бы затеряться в уже не бескрайней, нопока что слишком просторной Вселенной.

Олег висел среди звезд, поджидая Мрака, а когда тот возникрядом, сказал потрясенно:

— По-моему, ничего не изменилось!.. Ничего не понимаю.Ты посмотри…

Мрак посмотрел, ничего не понял. Конечно, понял, чтозвездочка впереди и есть та самая, что Солнце, но как определить, сколькопрошло времени, непонятно. Разве что сдирать с него слои, чтобы посчитатьгодовые кольца, но вряд ли Олег именно это имел в виду.

— Ну да, — сказал он понимающе, — смотри, ещегорит! Не погасло.

Он не понял, почему вдруг помрачнел Олег, почему собрался вком, стал даже меньше прошмыгнувшего вдалеке темного комка, не то планетыПлутон, не то одного из ее спутников.

— Да, — повторил он за Мраком, — не погасло…

— Ты все о том же, — догадался Мрак, — чтоэтот костер вот-вот погаснет?.. Брось, ты одного пустячка не учел.

— Какого?

— Догадайся с трех раз, — предложил Мрак.

— И пробовать не буду, — ответил Олегподавленно. — У меня, понимаешь, логика, а у тебя черт-те что. Что одинмрак загнет, сто Олегов не разогнут.

Мрак довольно заулыбался.

— Ладно, лиса… Льстить ты умеешь! Так и быть, скажу.Тот бог, с которым ты заключил договор, уже давно отбросил копыта. Как будто незнаешь, что боги тоже мрут как мухи. Только не от насильственной смерти, этозначит, когда их насильно, а от смены… поколений, религий, культур. Перестаютим жертвы носить, вот и мрут. От голода! Тот бог жил на плоской Земле, чтолежала на спинах не то китов, не то черепах… Мог помереть от одного вида Земликруглой, что вдруг оказалась недвижимо в центре мира! А от системы Коперникапомерли боги и помоложе…

Олег подумал, на лету покачал головой, что захватило легкойаберрацией пространство на треть астрономической единицы.

— Нет… Как теперь понимаем, те древние боги — лишьинстинктивные проявления сущности растущего Организма. Он развивался, пыталсяпонять себя…

Мрак прокричал:

— Так я о чем и говорю? Организм повзрослел, ты ж нестроишь из песка домики? Тех богов давно нет, то был щенячий возраст!

Олег после паузы спросил тупо:

— Значит, я зря трясся?

— Зря.

Олег перевел дух, сказал повеселевшим голосом:

— Ты меня просто спас, Мрак! Теперь перестану об этомдумать… наконец-то доскажу тебе о преимуществе имманентной философии Канта надсолипсизмом Беркли.

Мрак ощутил, как довольный смех застрял у него в горле.Вместо ответа кивнул на Солнце и буркнул:

— Поспешим. Вдруг там без нас уже пьют.