Дневная тень - Джеймс Баркли

Победа не вызывает сомнений, так заканчивалось послание. Духи улыбаются им, а вражеские боги отвернулись от своих подопечных.

Все это хорошо, только Тессее не придется сражаться с таким врагом. Взошедшее солнце осветило вражеское войско в масках, застывшее перед развалинами дома. Казалось, они так и простояли всю ночь. Лорд висминцев взмолился о том, чтобы ему удалось избежать жестокого унижения.

Сенедай бросил послание Тессеи в огонь и призвал офицеров, чтобы отдать распоряжения относительно предстоящего сражения.

В ярком свете наступившего полдня генерал Деррик вместе с Блэксоном, Гресси и усталым магом-связистом рассматривали разложенную на только что сколоченном столе карту. Висминцы заняли позиции и принялись рыть траншеи, а разведчики доложили, что армия Тессеи соединилась с остатками войск Таоми.

— О чем идет речь? — спросил Гресси. Только что прозвучал доклад мага-связиста, и теперь они с Блэксоном недоуменно смотрели на Деррика.

— Происходят события, о которых вам ничего неизвестно. Я сожалею, что не рассказал о них раньше, но тогда не было особого смысла, к тому же нам все равно предстоит сражение с висминцами.

— О каких событиях идет речь? — осторожно поинтересовался Гресси.

— Я понимаю, мои слова покажутся странными, но клянусь, все это правда, — ответил генерал, затем огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг нет лишних ушей. — Дело в том… что над Парве возникла дыра в небе. Она растет, и когда ее тень накроет город, начнется вторжение драконов. Не спрашивайте у меня, как и почему, но будет именно так. Вороны и Стилиан ищут способ закрыть разрыв. Стилиан вернулся в Зитеск, а они отправились в Джулатсу. Мне оставалось только молиться, чтобы им никто не помешал — так и вышло. Однако сейчас висминцы представляют для них серьезную угрозу, и нам необходимо остановить врага.

— А почему висминцы преследуют Воронов? Десять с лишним тысяч человек отправились в погоню за шестью!..

— Они думают, что Вороны намерены призвать на помощь драконов. Иными словами, висминцы все поняли не так, но сейчас уже ничего не изменишь. И договориться с ними невозможно. Более того, — продолжал Деррик, убедившись, что бароны слушают его внимательно, — теперь понятно, почему Тессея снялся с места. Взгляните. — Он указал на карту. — Тессея собирался идти маршем на Корину, в то время как его южная армия должна была разграбить Гайернат, а северная захватить Джулатсу, перерезав связь между самыми сильными университетами — Зитеском и Додовером. Листерн он решил оставить на потом. У него тысячи солдат в резерве для защиты обоих городов и ущелья, так что Тессея совершенно спокоен. Он также знает — или думает, будто знает, — что координированной защиты востока больше не существует, и хотя «Рассветный вор» покончил с лордами-колдунами и отнял у висминцев волшебство, Тессея все еще верит, что сумеет захватить Балию. Поэтому он хочет отрезать Корину от восточной и западной линий снабжения, лишив жителей столицы последних надежд.

Но все пошло не так, как планировал Тессея. С самого начала висминцам не удалось покорить Гайернат; город и сейчас успешно держит оборону. Я уже не говорю о вашей разношерстной банде крестьян, — Деррик произнес последние слова с полнейшим уважением, — которая разбила его южные части, о чем он узнал совсем недавно. Затем Вороны появились на востоке, а вслед за ними Стилиан и я, причем Воронам удалось сбежать из осажденного университета. Применив пытки, висминцы узнали, почему Вороны покинули Джулатсу, однако, судя по всему, их обманули.

Тессея торопится и начинает уничтожать все на своем пути, стремится всячески затруднить для нас решение вопросов продовольствия… отсюда гибель Андерстоуна. Он движется в сторону Корины, но не хочет привести нас к дому Септерна, где мы сможем остановить другую его армию — и помешать ей расправиться с Воронами. Я поступил бы так же, если бы страдал суевериями. Вороны, между тем, сумели уничтожить хваленые подразделения врага, и Тессея не сомневается, что они способны повторить свои подвиги. Лучше не рисковать — и увидеть наконец их мертвые тела.

— Поэтому он будет с нами сражаться только для того, чтобы помешать нам вступить в бой с Сенедаем? — Гресси был настроен скептически.

— Кроме того, ему лучше сражаться с нами здесь, а не возле Корины, где, как он ошибочно предполагает, мы могли бы получить существенную помощь и даже одержать победу.

Сердце Деррика отчаянно колотилось, он чувствовал, как части головоломки занимают свои места в сознании баронов.

— Но все это не будет иметь значения, если Сенедай сумеет уничтожить Воронов, — заметил Блэксон. — И если вы не ошиблись относительно драконов…

— … у нас у всех — висминцев или обитателей Балии — остается единственный шанс — остановить Сенедая, — закончил Деррик.

— Тессея нам не поверит, — сказал Гресси. — Клянусь богами, я не уверен, что сам в это верю.

— Предположим, что все правда… а теперь скажите мне, сколько смогут продержаться Протекторы? Вороны успеют завершить свою операцию? И успеем ли мы обойти Тессею и нанести удар по войскам Сенедая? — спросил Блэксон.

Деррик покачал головой.

— Что до Воронов, то я ничего не знаю. Мне лишь известно, что нам не обойти Тессею, во всяком случае, не такой большой армией. Его разведчики уже засекли нас.

— Значит, будем с ним сражаться? — Гресси совсем не радовала подобная перспектива.

— Если мы будем сражаться и даже одержим победу, то это займет не менее двух дней. Нет. — Деррик улыбнулся. — У нас нет выбора, мы должны заручиться его помощью, какой бы безнадежной эта идея нам не казалась.

— И как мы поступим? — спросил Блэксон. Барон уже знал ответ и пытался отказаться от мыслей о мести.

— Мы подведем к Тессее наши войска, продемонстрируем силу, а потом постараемся убедить его послать гонца к Сенедаю.

Хирад знал, что зрелище будет красивым, но не мог себе представить, что его глазам предстанет столь поразительная картина. Они поднялись на несколько сотен футов по крутому скалистому склону, а оранжевое солнце продолжало светить с яркого голубого неба, которое возникло над ними с того самого момента, как они оказались в измерении драконов.

Конец путешествия проходил по почерневшей от пожара долине. Оставшиеся в живых путники встретились через час после нападения дракона Берет; если Вороны практически не пострадали, то половина Протекторов погибла, в живых остались лишь Сил и два его собрата. Джата потерял семь человек.

Стилиан не стал говорить об обстоятельствах гибели трех Протекторов, но, когда Ша-Каан пролетал над ним, так вздрогнул, что Хирад все понял. Маг из Зитеска побледнел и был явно потрясен. И Хирад впервые за все время ему посочувствовал.

Казны одержали победу в небесном сражении, однако Хирад ощутил скорбь Ша-Каана, когда он рассказал о том, как они выделили Беретов, атаковали их и изгнали, нарушив непрочный союз между враждующими Родами. Теперь отношение Ша-Каана к людям изменилось — он отправил четверых Каанов сопровождать путешественников, несмотря на то что подобная акция могла привлечь внимание врага.