Мир смерти - Гарри Гаррисон

Рес сделал последнюю запись в бухгалтерской книге и устало откинулся в кресле. Остальные пирряне уже ушли, а у него оставались еще кое-какие дела.

Во дворе послышались громкие крики и возня: похоже, кто-то пытался ворваться в здание. Рес не обратил на это внимания, его телохранитель Риклан — отличный боец, он сумеет вышвырнуть любого незваного гостя. Крики внезапно прекратились, и вслед за этим грохот возвестил, что Риклан со всем своим оружием упал на булыжную мостовую двора.

Рес не спал уже двое суток и пребывал из-за этого в весьма дурном расположении духа. А подходить к пиррянину, когда у него плохое настроение, очень опасно. Рес встал из-за стола и приготовился уничтожить любого, кто сейчас войдет — и лучше голыми руками, чтобы услышать хруст костей.

Дверь распахнулась, и вошел бородатый человек в мундире наемного солдата. Рес сжал кулаки и шагнул ему навстречу…

— В чем дело? Ты, кажется, хочешь убить меня? — спросил солдат на чистом пиррянском языке.

— Язон! — Рес одним прыжком перемахнул через всю комнату и хлопнул друга по спине.

— Полегче! — Язон уклонился от объятий и упал на диван. — Пиррянское приветствие может искалечить.

— Мы думали, ты умер. Как ты оказался здесь?

— С удовольствием все тебе объясню, но предпочитаю сделать это за едой. Кроме того, я тоже хочу знать новости. Последний раз я слышал о политическом положении на Счастье довольно давно. Как идет торговля?

— Никак, — угрюмо сказал Рес, доставая из буфета мясо, хлеб и затянутую паутиной бутылку. — После того, как тебя убили… То есть, это мы думали, что тебя убили. Так вот… Все рухнуло. Керк услышал тебя по дентофону и загнал моропа, торопясь на помощь. Но опоздал. Там был жонглер, который донес на тебя, и он начат кричать, что Керк — пришелец из другого мира. Керку пришлось сбросить его с обрыва, чтобы он не наговорил лишнего. Темучин был разъярен, Керк — тоже, и они чуть не схватились. Но ты все равно уже погиб, и самое большое, что Керк мог для тебя сделать — это попытаться выполнить твой план.

— И получилось?

— Нет. Темучин убедил вождей, что им нужно сражаться, а не торговать. Керк помог мне, но все было кончено — план провалился. Другого у нас не было, и мы решили вернуться на Пирр.

— Но это невозможно!

— У нас нет выбора. Но расскажи, как ты здесь оказался? В ту ночь мы послали людей вниз, но они не нашли тебя. Там было полно трупов и скелетов. Мы решили, что ты провалился под лед, а тело унесло течением.

— Почти так оно и было. Только унесло не тело. Я упал в сугроб и мог бы дождаться вас там, замерзший, но живой… Если бы не провалился под лед. Мне удалось выплыть, но я попал в подземный лабиринт. На счастье, под рукой оказался фонарь и очень много терпения — никогда и не подозревал, что у меня его столько. В конце концов, я выбрался из этих пещер и, совершив полное приключений путешествие, добрался сюда.

— Ты пришел вовремя. Завтра было бы уже поздно. Катер с корабля заберет меня после наступления темноты, а до места встречи нужно еще проплыть километров десять.

— Ну что ж, у тебя будет еще один гребец. Поев, я смогу идти куда угодно.

— Я радирую о твоем появлении, чтобы эту новость передали Керку и всем остальным.

Они взяли одну из лодок Реса и на закате добрались до небольшого скалистого островка. Там, нагрузив лодку камнями и проломив днище, они потопили ее и стали ждать катер.

Пилот кивнул Язону в знак того, что узнал его: более горячего приветствия от пиррянина ожидать не приходилось.

Команда на «Драчливом» еще спала, пиррянское племя прибывало только завтра, и Язон сразу отправился в свою каюту.

Там все было по-прежнему. В углу поблескивало металлическое яйцо библиотеки. На кой черт он купил эту штуку? Проходя мимо, Язон пнул ее, но нога лишь скользнула по гладкому полированному боку.

— Бесполезно, — он нажал кнопку включения. — Что хорошего ты можешь сказать после этого?

— Это вопрос? В таком случае, прошу уточнить значение слова «хорошего» в данном контексте.

— Большой рот! Только и можешь, что говорить. Где ты была, когда я в тебе нуждался?

— Там, где меня оставили. Я отвечаю на любой вопрос, но ваши лишены смысла.

— Не оскорбляй своего хозяина, машина! Это приказ.