Коронная башня. Роза и шип - Майкл Дж. Салливан

– Понял, – кивнул Альберт.

Ройс поднялся по ступеням и стукнул в дверь.

Альберт наклонился к Адриану и прошептал:

– Он стучит…

– Ройс тебя слышит, – перебил Адриан.

– Правда?

– Абсолютная. Ты представить себе не можешь, какие у меня были неприятности, пока я этого не понял. Теперь я никогда не говорю ничего такого, что ему не следует слышать.

Дверь открылась, и симпатичная молодая женщина приветствовала их улыбкой. Ройс ее не узнал. Возможно, она была новенькая.

– Добро пожаловать, джентльмены, прошу, входите.

– Надо же, здесь действительно мило и изящно, – удивился виконт, входя в салон. – Словно я снова оказался в гостях у герцогини Рошелльской. Никогда не видел… – он замолк и улыбнулся Ройсу, – …дома отдыха, который был бы столь чистым и… красивым.

– Гвен бесподобна, – согласился Адриан, неловко изучая грязь на своих сапогах.

Мгновение спустя в зале появилась другая девушка.

– Здравствуйте, господа. Меня зовут Жасмин. Чем могу вам помочь?

– Я пришел к Гвен, – сказал Ройс девушке, которую, он был уверен, в прошлый раз звали Джоллин.

– Гвен? – осторожно переспросила та. – Но… Гвен не принимает посетителей.

– Я имел в виду не это. О… Я Ройс Мельборн. Вы нас не помните? Она… ну, все вы помогли мне и моему другу в прошлом году. Я просто хотел еще раз поблагодарить ее, может, угостить обедом.

– О… э-э… подождите минутку.

Жасмин взбежала по лестнице.

– Жасмин? – переспросил Адриан, глядя ей вслед. – Разве ее звали не Джулия?

– Джоллин, – поправил его Ройс.

– Тут пахнет яблоками и корицей. – Альберт присел на одну из украшенных вышивкой кушеток. Адриан одолжил ему свои толстые шерстяные зимние штаны и плащ, в который тот кутался. Под плащом по-прежнему была грязная ночная сорочка.

– Девушки пахнут еще лучше, – ответил Адриан.

– Могу себе представить. И здесь тихо. Обычно слышишь скрип кроватей над головой. Прекрасное место. Должно быть, дорогое и популярное, но я никогда о нем не слышал. Оно новое?

Адриан пожал плечами.

– Мы были здесь всего один раз.

– Нужно привести тебя в порядок, – сказал виконту Ройс, только сейчас сообразив, как неприглядно тот выглядит. Он не хотел, чтобы Гвен увидела Альберта в таком состоянии, но выбора уже не было. – Адриан, пока я обедаю с Гвен, может, ты…

Адриан рассмеялся.

– Что?

– Ты правда думаешь меня обмануть?

– Я только подумал, что…

– Ты просто хочешь остаться наедине с Гвен.

Ройс было запротестовал, но Адриан поднял руку:

– Расслабься. Я разберусь с графом Ночная Сорочка.

– Виконтом.

– А в чем разница?

– В куче денег.

Жасмин спустилась по лестнице намного медленнее, чем поднялась.

– Э-э… Гвен попросила передать вам, что… не хочет вас видеть.

Ройс решил, что неправильно расслышал.

– Я не понимаю. Она не хочет… но почему? Вы сказали, что я только хочу пригласить ее на обед? Сказали, что со мной Адриан? Мы пойдем все вместе, если она пожелает. Ей не придется быть вдвоем со мной, если проблема в этом.

– Плакали мое бритье и новая одежда, – вздохнул Альберт.

– Мне очень жаль, но она выразилась весьма ясно, – ответила девушка. – Она не встретится с вами ни при каких обстоятельствах. Мне действительно очень жаль.

* * *

Адриан поставил локти на стол и нахмурился, когда тот покачнулся.

– Терпеть не могу, когда они так шатаются.

Они сидели в таверне и пивной «Гадкая голова» на другой стороне Кривой улицы. Снаружи заведение выглядело заброшенным и напоминало хлев, в котором они нашли Альберта. Адриан думал, что внутри хуже быть не может. Он ошибся.

В стенах из покоробившихся тонких досок разной ширины зияли дыры, сквозь которые щедро лились солнечный свет и холодный воздух. Скверная работа плотника обернулась благом, поскольку в таверне было всего несколько окон, ни одно из которых не открывалось, а тяга в очаге оставляла желать лучшего. Через щели выходил дым и выбегали крысы, часто наведывавшиеся в кладовку.

– Сколько плотников мы видели по пути сюда, четырех? – Адриан заглядывал под стол, раскачивая его. – Я хочу сказать, неужели так сложно выровнять стол?

Достав короткий меч, он провел им вдоль ножки стула, отколол небольшую клиновидную щепку и сунул ее под ножку стола. Проверил и улыбнулся.

– Не понимаю, – в третий раз произнес Ройс. – Почему она даже не вышла?

– Может, забыла, как тебя зовут, – предположил Альберт. – Или была занята.

Ройс покачал головой.

– Девушка сказала, она не принимает гостей. Я не уверен, что она вообще этим занимается – по крайней мере, сейчас. Гвен не приняла ни одного клиента, пока мы были здесь. Думаю, она просто управляет заведением. И если бы она была занята, нам бы предложили подождать, а не сказали, что она не встретится с нами ни при каких обстоятельствах.

Адриан понимал, что эти последние слова задели Ройса сильнее всего. Его напарника редко удавалось застать врасплох. Ройс всегда ждал от людей самого худшего, и, к сожалению, люди обычно оправдывали его ожидания. Но сейчас все было иначе. Он видел лицо Ройса, когда Жасмин, Джулия – а может, Джоллин? – произнесла эту фразу. Ройс явно был ошеломлен. По правде говоря, Адриан тоже удивился.

Получив стрелу в спину и отключившись на скотном дворе Тома Перышка, Адриан пришел в себя в уютной постели, окруженный милыми женщинами. Он решил, что умер, и пожалел, что столько раз проклинал Марибора. Гвен большую часть времени проводила с Ройсом, однако командовала девушками с опытностью бывалого маршала и позаботилась обо всех потребностях Адриана. Не зная, как они сюда попали, Адриан предположил, что в прошлом Ройс уже использовал Медфордский дом в качестве укрытия и они с Гвен были старыми друзьями. Однако со временем он узнал, что они никогда не встречались до той ночи, когда Ройс и Адриан появились на пороге у Гвен.

Адриан не мог сказать, сколько дней провел в полубессознательном состоянии, пока церковь Нифрона продолжала их искать. Патрули обшаривали Нижний квартал и задавали вопросы. Гвен в любой момент была готова их перепрятать, однако никто не пытался обыскать дом. Через неделю все успокоилось. К концу первого месяца о них словно забыли. Тем не менее Адриан и Ройс редко выбирались на улицу.

Именно Ройс в конце концов заявил, что им пора уходить. Адриан не слышал, чтобы они с Гвен поругались, и на прощание она крепко обняла их обоих, а Ройса еще и поцеловала. Этот поцелуй тоже ошеломил Ройса. Может, Гвен просто нравилось его пугать. Ройс часто напоминал Адриану кота, излишне самоуверенного и наглого. Забавно было видеть, как он смущается. Они расстались друзьями, и потому ее отказ встретиться не имел никакого смысла. Она выглядела по-настоящему печальной, когда они уезжали.