Теарнская партия - Сергей Раткевич

Феррен вздрогнул.

«Да нет же! Да как же это?! Наверняка почудилось!»

– Быть может, завтра я умру, – уже вслух сказал он.

«А принцесса Лорна, быть может, уже мертва», – донесся безжалостный ответ.

– Профессор? – испуганно прошептал Феррен, и книга задрожала в его руках.

«Что вы хотели, юноша?»

– Я… не знаю… я просто… просто хотел сказать… как жаль, что если меня… ну, это… и я никогда уже не прочитаю ни строчки из ваших замечательных книг!

«Принцесса Лорна тоже никогда их не прочитает. И не напишет своих, не менее замечательных!»

– Профессор, да как же это получается, что я с вами общаюсь?

«А вы со мной общаетесь? Вы называете общением вот это? Бессвязные выкрики и жалобные стенания? Мне кажется, мы общались чуточку раньше. Когда вы изволили читать и даже понимать прочитанное!»

– Профессор, что мне делать?

«Учитесь, юноша. Учиться никогда не поздно».

– Но если меня все-таки… казнят?

«Рано или поздно все люди умирают, но это не повод не стремиться к знанию».

– Вам хорошо, это не вас казнят, – с отчаяньем выдохнул Феррен.

«Я старик. Кто знает, сколько мне осталось? Но меня это не интересует, юноша. Меня интересует астрономия».

– Меня тоже…

«Тогда мне непонятны ваши колебания, юноша. Вы тратите время. Между прочим, и мое время в том числе. А ведь столько всего можно успеть… даже если времени всего до утра!»

Книга замолкла. Феррен вытер рукавом набежавшую слезу. Вздохнул. И еще раз вспомнил все, что натворил.

После того как Шенкит прочитал его воспоминания, Феррен смог как будто посмотреть на самого себя со стороны. И этот тип ему не понравился. Он не хотел им быть. Он хотел стать кем-то другим, пусть даже и перед смертью. «Даже если времени всего до утра…»

– Спасибо, профессор! – пробормотал он. И углубился в книгу.

Очень скоро ему потребовались бумага, перо и чернила. Потому что мысли, пришедшие в голову, слегка отличались от того, что писал профессор Шарнай. Требовалось все тщательно проверить. А разве возможна какая-то проверка без строгого математического анализа?

Феррен и не заметил, как настало утро, как прошел день, как наступил вечер. Он едва обратил внимание на появившийся рядом с ним портал, вышедших из него магов и телохранителей. Но вот отец, его величество Ренарт…

Король вышагнул из портала, и его невозможно было не заметить. Феррен вздохнул. Он так и не успел прийти к какому-то определенному выводу. Что ж, если эти записи дойдут до профессора… или еще до кого-нибудь, кто сможет продолжить путь его мыслей…

Феррен отвел глаза от тетради, испещренной вычислениями и формулами.

– Здравствуй, – негромко сказал он.

– И это все, что ты можешь мне сказать, мерзавец?

Таким злым и в то же время непроницаемым он лицо своего отца еще не видел.

– Не трудись, отец. – Феррен что-то поправил в своих записях. – Все, что ты можешь и должен мне сказать, я уже сказал себе сам. Скажи только… принцесса Лорна жива?

– Жива, хотя это отнюдь не твоя заслуга, – ледяным тоном ответил Ренарт, немного сбитый с толку спокойствием сына.

«Полно, да Феррен ли это?»

– Ее спас принц Ильтар, если тебе это интересно, – язвительно добавил он. – И на руках принес во дворец. Если только твои ленивые мозги в состоянии сообразить, что это означает.

Феррен облегченно вздохнул.

– Жива. Значит, все в порядке.

– Все в порядке? – Ренарт с большим трудом удерживался от крика. – Из-за твоих выходок мной на совете королей только что пол не подтерли! А союз с Теарном теперь наверняка получит Ирния! Жаль, что ты не видел, какими глазами смотрели друг на друга эти двое, паршивец. – Он подавил желание плюнуть на пол, а еще лучше – в самодовольную физиономию этого сопляка, его сыночка. – И как благосклонно Эркет и Айлин поглядывали на будущего зятя!

– Но так и должно быть, – спокойно промолвил Феррен. – Они достойны друг друга. Пусть у них все хорошо будет, а я… Тебе решать, чего я заслуживаю. Я не нахожу для себя оправданий, отец, и приму любой приговор. Прошу лишь дать мне закончить то, над чем я сейчас работаю. Это может пригодиться не только мне.

– Вот как ты заговорил… – Король Ренарт обессиленно оперся рукой о стол. Он был окончательно выбит из колеи. Феррен не сопротивляется, не оправдывается, он все понял, все признал… он даже не врет, что вообще невероятно!

– А если я велю тебя казнить? – хмуро сказал он. – Или отдам на расправу королю Эркету?

– Разумнее отдать меня его величеству Эркету. – Спокойствие Феррена это ничуть не поколебало. – А то ведь, не приведи боги, он решит, что казнь сфальсифицирована. Тебе это может доставить неприятности, отец.

– Разумнее отдать? Да ты представляешь, что он с тобой за свою дочь сделает?! – рявкнул потерявший наконец самообладание король.

– То, чего я, без сомнения, заслуживаю.

– Да что с тобой сегодня такое?! – взревел Ренарт. – Тебе что, принцесса все мозги отшибла, что ты никак в себя не придешь?!

– Напротив, папа, мне кажется, что я наконец-то пришел в себя, – тихо возразил Феррен. – Наверное, со мной это случилось впервые в жизни.

Ренарт пробормотал нечто неразборчивое, подскочил к сыну и отвесил ему здоровенную оплеуху.

– Спасибо, папа. – У Феррена на глазах выступили слезы. – Ты меня все еще любишь? Несмотря на то, что я натворил?

Ренарт дрогнул. Разом ослабели ноги, руки мелко затряслись…

«Ты меня все еще любишь?»

– Сынок…

Феррен бросился к нему.

– Ах, папа… оплеуха – это так мало… – пролепетал он. – И так много… теперь я знаю… ты меня любишь…

– Ты уронил книгу своего дурацкого профессора, – прошептал Ренарт, и по его исказившемуся лицу пролегли две подозрительно блестящие дорожки.

– Он не дурацкий, папа… Если бы не он, я так и умер бы сволочью… а теперь… я все-таки умру человеком…

Ренарт поднял голову и увидел смущенно переминавшихся с ноги на ногу магов и телохранителей.

– Все вон! – рявкнул он так, что стены дрогнули.

И маги, и телохранители исчезли с нечеловеческой скоростью. Попадать под руку королю, когда он в таких расстроенных и сложных чувствах?! Ищите других дураков!

– Никто тебя не казнит, идиот ты проклятый! – в сердцах сказал Ренарт. – Принцесса жива, ты с ней, хвала богам, ничего не успел сделать… Но королем тебе не бывать.

– Я бы все равно не смог, – вздохнул Феррен. – Не справился бы. Я и это понял.