Пруд двух лун - Кейт Форсит

Когда Джей доиграл еще одну мелодию, раздались редкие аплодисменты, и в него полетело несколько монеток. Джей, нахмурившись, подобрал их.

— Не слишком щедро, — сказал он Финн, усевшись на скамейку рядом с ней.

— Да, сегодня здесь что-то не очень весело, — согласилась Финн. Два угрелова позади нее, похоже, были единственными, у кого было хорошее настроение. Все остальные жаловались на погоду, положение дел в стране и унылое будущее. Сидя в своем темном уголке, Финн успела услышать немало трагических историй.

Она напрягла слух, пытаясь разобрать слова невнятного разговора у нее за спиной, но в это время у двери началось какое-то волнение. Она подняла глаза, и в тот же миг кровь в ее жилах застыла. В дверь ввалились шестеро Красных Стражей, их лица были суровыми и подозрительными. С ними был костлявый искатель со впалыми щеками, застегнутый на множество крошечных пуговок от пояса до подбородка. Финн узнала его. Это был Искатель Реншо, когда-то бывший правой рукой Глинельды. С ее губ сорвался невольный крик страха. Джей удивленно повернулся к ней, и она дрожащими пальцами указала на дверь.

— Этот искатель знает меня, — прошептала она. — Мне нужно выбраться отсюда.

Джей был слегка озадачен. Он, как и остальные мальчики, часто думал, что Финн преувеличивает свою важность для Оула, чтобы казаться более значительной. Но сейчас ее щеки были бледнее мела, а пальцы дрожали.

— Сиди спокойно, — прошипел он. — Теперь у тебя светлые волосы, может быть, он тебя не узнает.

Финн кивнула. Под прикрытием стола она опустила эльфийскую кошку на пол. Беги, Гоблин, спрячься. Она почувствовала, как голова кошки ткнулась в ее голую лодыжку, а потом она ускользнула, невидимая в полумраке.

Казалось, всем посетителям было очень не по себе, и многие откинулись назад, надеясь скрыть свои лица в полутьме. Трактирщика вытащили из кухни, и его лицо было таким же белым, как и мука, покрывающая его руки.

— Я верный подданный Ри, — запротестовал он. — У меня нет ничего общего с этими гнусными мятежниками!

Искатель сложил руки на груди и вперился в него буравящим взглядом, которому Оул специально обучал своих работников. Трактирщик попятился к стене. У Финн вспотели руки, несмотря на то, что все ее тело, казалось, покрылось льдом.

— Джей, — прошептала она, — если они схватят меня, ты меня не знаешь. Понял? Притворись тупым или пьяным, кем угодно. Только не позволяй им увести и тебя тоже.

— Они не заберут тебя, балда, — прошептал в ответ Джей, но она смотрела на него огромными жалобными глазами до тех пор, пока он не пообещал.

С торжествующим криком два Красных Стража вернулись с охапками мечей, которые обнаружили в бочках из-под селедки. Трактирщик упал на колени, крича, что он ни в чем не виноват.

Финн съежилась в своем углу и попыталась притвориться мертвецки пьяной — с закрытыми глазами и отвисшей нижней челюстью. Не будь она так перепугана, она пустила бы еще тонкую струйку слюны, но во рту у нее так пересохло, а сердце колотилось так быстро, что она не смогла этого сделать.

Посетителей обыскивали и допрашивали, и все клялись, что ничего не знают о восстании. Искатель стоял неподвижно, оглядывая толпу полускрытыми под тяжелыми веками глазами. Его взгляд упал на Джея, которого грубо подхватили и поставили на ноги. Мальчик забормотал, что он всего лишь «бедный скрипач, играющий, чтобы заработать себе на ужин».

— А это кто такая? — осведомился солдат, схватив Финн за шиворот и подтащив по длинной скамейке к себе.

— Просто побирушка, — пожал плечами Джей, а Финн пьяно покачнулась так, что курчавые белокурые волосы закрыли ей все лицо.

— Маловата она еще, чтобы так набираться, тебе не кажется?

— Ее брата утопили эти мерзкие Фэйрги, — быстро сымпровизировал Джей. — Она очень горюет.

— Да ей же не больше двенадцати, рано еще топить горе в кружке, — сказал он грубо, потянув ее за волосы, чтобы посмотреть на ее лицо.

Джей кивнул, и солдат отпустил волосы Финн, так что ее голова с глухим стуком ударилась о деревянный стол. Он отошел, и Джей проворно метнулся вперед, чтобы прикрыть Финн от глаз искателя, но было уже поздно. Искатель прищурился и уже направлялся к ним, оставляя следы на соломе, покрывавшей пол в трактире. Он подошел прямо к кабинке, но Джей не сдвинулся с места, несмотря на ужас, который вызвал у него холодный взгляд мужчины.

— Ты знаешь эту девочку? — спросил искатель. Джей вспомнил свое обещание и покачал головой.

— Да нет. Она замерзла и плакала, я ее пожалел и взял с собой. — Он издал безразличный смешок, жалея, что у него нет Таланта Финн к притворству. — Уж лучше бы не брал — она пропила все, что я заработал за целый вечер, а теперь мне придется искать место, где она могла бы поспать.

Искатель откинул спутанные светлые кудри и уставился на лицо Финн. Засунув руку в корсаж ее платья, он извлек оттуда медальон, который она никогда не снимала. Его тонкие губы изогнулись в слабой улыбке, и он дернул шнурок так, что он лопнул, и медальон оказался у него в ладони.

— Я избавлю тебя от этих хлопот, скрипач. Я знаю эту девочку, мы заберем ее с собой.

Джей опрометчиво покачал головой и увидел, как искатель сжал губы.

— Я обещал, что позабочусь о ней, — сказал он сбивчиво. Искатель сделал набожный жест.

— Оул снимает с тебя эту ответственность, парень.

Он махнул рукой одному из своих солдат, который подхватил обмякшее тело Финн и перекинул его через плечо.

— Арестуйте трактирщика и отведите в подземелье на допрос вместе со слугами. Девчонку я допрошу сам.

К ужасу Джея, Красные Стражи зашагали прочь, унося с собой Финн. Ее волосы и, голова моталась в нескольких футах над полом. Она казалась совсем маленькой и беспомощной, и у Джея болезненно сжалось горло. Он должен спасти ее. Но как?

Энгус Мак-Рурах, вздрогнув, очнулся от беспокойного сна. Он провел вечер, пробуя отличное виски хозяина и слушая споры вожаков повстанцев. Он с удивлением осознал, насколько хорошо повстанцы организованы, сколько знати и торговцев они привлекли на свою сторону. Виски оказалось таким хорошим, что в постель Энгуса пришлось укладывать его слуге, а проспал он всего ничего.

Трудный путь от гор до города они проделали очень быстро, идя по следу Катмора Шустрого и повстанцев. После того, как Табитас прыгнула в реку Малех, его единственная надежда была на то, что повстанцы выведут его на Лахлана и, следовательно, на его дочь. Теперь он был совершенно уверен, что Фионнгал находится с крылатым прионнсой, а то странное головокружение и потеря ориентации, которое накатило на него при виде нее, было вызвано отвращающими чарами на ее медальоне, как и предположила Мегэн.

Он с легкостью нашел Катмора и поклялся в верности восстанию.

— Я зашел слишком далеко, чтобы можно было повернуть назад, — сказал он. — Я слышал, что Мак-Кьюинн умирает. Я не могу вынести, чтобы Банри правила страной, зная, что она сделала, и поэтому перехожу на сторону его брата, молодого Лахлана. Сейчас я могу предложить вам лишь мой меч и мечи моих солдат, но ручаюсь в будущем и за поддержку всего моего народа тоже.