Из космоса с любовью - Лана Ежова

— Это я пригласила, дорогой, для интервью. С днем рождения!

Все мы дружно обернулись на мелодичный голос, чтобы увидеть красивую блондинку — Эфриду Вон. Стройное тело соблазнительно облегало красное платье-футляр. Рубиновые серьги гармонировали с алой помадой. Красный кулон на витой золотой цепочке подчеркивал длину тонкой шеи. Восхитительно яркая девушка!

— Дорогая, мы с тобой на эту тему говорили: я не хочу праздновать свое тридцатитрехлетие, тем более под прицелом фотообъективов, — в голосе Моринеса прозвучали металлические нотки.

На месте его очаровательной невесты я бы обиделась за подобную публичную выволочку, но, к счастью, я не на ее месте.

Все это время камеры журналистов не унимались: щелкали и щелкали. Их мишенью чаще всего становились Маркус и Эфрида, но и мне досталось. Я никогда не мечтала о славе, однако, чувствую, завтра утром предстоит проснуться знаменитой. Знаменитой тем, что оказалась в компании леранского аристократа.

— Уважаемые морны! Как владелец этого острова, я предпочитаю сам приглашать гостей. И сегодня мне нужно побыть в одиночестве. Уверяю вас: возникло недоразумение, на все вопросы вы получите ответы позже.

В каждом слове звучала сила. Она омывала мое тело ощутимой, не выдуманной волной. Моринес обладал голосом, который можно слушать вечно. Да и сам он был человеком, которому хотелось верить и подчиняться.

Что это? Личная особенность леранца? Или секретные технологии, к которым имеют доступ богатые и влиятельные?.. Как бы там ни было, а я оказалась в числе жадно внимающих словам хозяина острова. Его спокойная речь произвела должное впечатления: журналисты засобирались прочь, пряча свои камеры в чехлы. Неужели все обойдется?

Порадоваться толком я не успела. Бесшумно, но при этом агрессивно сверкая огнями, опустился флаер полиции. И завертелось: Маркуса обвинили в похищении человека — в Космопаутину попало видео, на котором кто-то грузит бесчувственное женское тело в багажник флаера. Лицо похитителя скрывала черная маска, зато камера отлично запечатлела номер воздушного аппарата.

Неудивительно, что и журналисты, и полиция отреагировали на подобный ролик бурно и однозначно. Вот только СМИ оказались быстрее по той причине, что, приглашенные Эфридой Вон, уже находились на острове.

Моринес попал в неприятную ситуацию, да еще в особый день. И мне стало чисто по-человечески его жаль, а еще именинникам принято дарить подарки.

— Прошу прощения, морны, проверьте багажник — он пуст! — не утерпев, я привлекла к себе внимание. — Это был розыгрыш!

— О чем вы? — недовольно спросил дюжий полицейский с усами-щеточкой.

— А ведь это, похоже, девушка с видео! — осенило кого-то из журналистов. — Голубое платье и цвет волос совпадают!

На меня уставились десятки пар любопытных глаз.

— Морн Эмиль попросил меня разыграть своего слишком серьезного кузена. — Я говорила взволнованно и, надеюсь, искренне. — И я согласилась помочь, не подозревая, что это вызовет столько проблем.

Я требовательно посмотрела на Эмиля, ожидая подтверждения от него. Если промолчит, неприятности будут не только у Моринеса, но уже и у меня.

— Да-да, все так и было! — закивал Эмиль настолько быстро, что казалось, его голова вот-вот оторвется. — Я хотел отвлечь кузена от дел корпорации, устроив ему эмоциональную встряску.

— И у тебя это прекрасно получилось, — заявил Моринес, подхватывая нашу легенду. — Сегодняшний вечер на редкость полон сюрпризов.

— Эмиль, ты идиот, — прошипела тихо Эфрида, цепляясь за локоть жениха. — Тупее розыгрыша я не встречала, прилипала.

— Мой розыгрыш не тупее твоего решения позвать журналистов, когда Маркус сказал, что не хочет делать шоу из своего дня рождения в угоду тебе, змея, — тихо огрызнулся Эмиль с откровенной ненавистью.

Ого, вот это накал эмоций!.. Кажется, я поняла, почему он вцепился в идею, что я могу понравиться снобу. Его просто бесила Эфрида, и у них шла своеобразная война.

— Хватит, — устало произнес Моринес. — Вы достали своими склоками.

Полицейские все это время не вмешивались, лишь когда пререкания аристократов закончились, начали допрос. Мне пришлось повторить то, что уже рассказала, только в этот раз мои слова внесли в электронный протокол. Допросили и мужчин.

Я не испытывала мук совести, сообщая ложные сведения, хуже никому от моих слов не будет, ведь главная жертва сегодняшнего вечера — это я сама. А я твердо решила, что не стану подавать в суд, так зачем портить жизнь другим людям?

За суетой я не заметила, как на остров опустилась глубокая бархатная ночь с крупными звездами, мелодичным стрекотом каких-то насекомых и нежным ароматом ночных цветов. Уладив вопросы с полицией и выпроводив журналистов, Моринес перепоручил меня дворецкому, который отвел в гостевую комнату и позаботился обо всех моих нуждах, включая обработку крохотной ранки, оставленной зубами сплюха, поздний ужин и сменную одежду. Поразило, что новая, в упаковке, с бирками нужного размера, она легко нашлась в огромном доме.

Дом… Целый дворец из сказки — вот каким оказалось родовое поместье сноба. Из белого камня, с изящными арками, портиком и мощными колоннами, увитыми щупальцами фантастических чудовищ, оно произвело впечатление на меня, девушку, до семи лет жившую в земном скучном мегаполисе, а затем до совершеннолетия — на небольшой космической станции. Лишь усталость, физическая и эмоциональная, спасла от конфуза: я не удивлялась открыто, роняя челюсть, просто смотрела на архитектурное чудо, восхищаясь им в глубине души.

Не подвело и внутреннее убранство: роскошный, но гармоничный интерьер делал честь дизайнеру, который его продумал. Несмотря на шикарные вещи вокруг, я не испытывала дискомфорта, сумев расслабиться в выделенной гостевой комнате. Легкое белое вино стало верным лекарством для моих потрепанных нервов. Один бокал — и я подобрела.

Еще никогда в моей жизни не случалось столько неприятностей за одни сутки! И все-таки я не могла сказать, что отпуск вспоминать буду, досадливо кривясь. Наверное, я авантюристка в глубине души, раз злоключения бодрят и развлекают? А может, меня просто встряхнули события этого дня после трех лет спокойствия? Сегодня я почувствовала себя по-настоящему живой. И все же буду рада, если мои приключения на этом завершатся.

Утро в чужом доме ошарашило открытием: невеста Моринеса меня ненавидела — весь завтрак прожигала недобрым взглядом. Когда заметила это, кусочек булки с икрой встал поперек горла, я закашлялась и получила от Эмиля, своего соседа, по спине.

— Что же вы, морна Алиса, осторожнее! — напутствовал он.

К счастью, одного удара хватило — я вновь смогла дышать. Сделав несколько глотков холодной воды, я продолжила завтрак, игнорируя горящие щеки.

Сноб что-то тихо сказал Эфриде, и она перестала на меня пялиться. Наверное, решил напомнить ей, что я нужна живой, иначе Эмиль сядет в тюрьму, если пропадет свидетель, который может подтвердить, что похищения не было. Бред, разумеется, но мне нравилось так фантазировать, делая из Маркуса Моринеса злодея и сноба, которым он не являлся, разве только со мной.