Броманс - Наталья Колесова

— Поздновато уже, давай до дому доброшу.

Сэмми представила, как Лоу подвозит ее на своем лощеном «баклажане»: да все соседи из окон повыпадут, завидев ее на такой машине и с таким взрослым парнем! Очень постаралась, чтобы в голосе не прозвучало сожаление:

— Не надо. Мне ещё в магазин и…

А тетка рухнет в обморок, а очнувшись, устроит ей допрос. С применением пыток. Эх, жизнь!..

— Так я помогу тебе тележку толкать! — Джейк согнул руку. — Бицепсы видишь? Можешь потрогать.

Короткие рукава голубой рубашки и впрямь открывали заметные мышцы. В этот момент парень так походил на дурачившегося Принца, что Сэмми неожиданно захотелось рассмеяться — и она насупилась.

— Не буду я вас трогать, мистер, и не надейтесь! И с тележкой уж как-нибудь сама управлюсь.

Джейк шел рядом, заглядывая в лицо — приходилось отворачиваться, чтобы он не рассмотрел ее слишком хорошо. Из-за этого Лоу решил, что она психует.

— Саманта, если тебе показалось, что я у тебя что-то выпытываю…

«Показалось!»

— …я просто беспокоюсь, как брат тут приживается.

Сэмми отмахнулась:

— Да нормально приживется! Никто его не обижает, учителя и вовсе в восторге! И девчонки все от него пищат…

— И ты тоже? — спросил Джейк.

Пищала бы, если бы была девчонкой. А она кто?! Ф-фух… «Не разбери-поймешь», говаривала тетка, когда Сэмми в детстве возвращалась после драки или с порванной от бесконечного лазанья по заборам, оврагам и заброшенным домам одеждой. Так и не удалось приучить племянницу к платьям-юбочкам и прочим рюшам!

Так как она молчала, Джейк неожиданно придержал ее за локоть:

— Саманта, послушай…

Но что хотел сказать старший Лоу, так и осталось неизвестным.

Потому что тишину и сумрак пустой школы прорезал вопль.

* * *

Это был именно вопль.

Не просто вскрик и не голошение дуркующих учеников.

Так кричат от невыносимой боли или от смертельного ужаса.

Или от того и другого, вместе взятых.

Двое застыли, глядя друг на друга расширенными глазами. Пальцы Джейка так стиснули ее руку, что в иное время Сэмми заорала бы сама. А сейчас лишь эта боль не дала подогнуться коленям.

Лоу очнулся первым. Спросил одними губами:

— Где это?

— Т-туалет… к-кажется, — выдохнула Сэмми.

Джейк отпустил ее руку, сделал несколько длинных неслышных шагов до угла. Постоял, прислушиваясь, и канул в темноту коридора. Сэмми сдвинулась одновременно с ним: идти на крик было страшно, но оставаться одной в пустом холле еще страшнее. Доковыляла до распахнутой двери женского туалета. Джейк шел вдоль кабинок, по очереди толкая двери. Помедлил перед пятой, последней — вслушивался или с духом собирался (Сэмми даже показалось, что он считает про себя «раз-два-три») — надавил на дверь ладонью…

…и шарахнулся назад, ударившись поясницей о подоконник. Застыв, вглядывался в темноту кабинки. В этом туалете вечно перегорают лампы…

— Что… т-там? — продребезжала Сэмми.

— Звони, — отозвался неподвижный Лоу.

— А?

— Девять-один-один. Звони.

Сэмми несколько раз промахнулась мимо клапана сумки. Наконец нащупав и вытянув телефон, увидела, что Джейк оттолкнулся от подоконника и шагнул к кабинке. Наклонился, что-то там делая или разглядывая. Сэмми доковыляла до конца туалета, неся мобильник перед собой на ладони, как нечто ей непонятное и неизвестное. Заметила, что парень наступил своими светлыми туфлями в темную лужу, медленно вытекающую из-под загородки кабинки. В этом туалете вечно подтекают сантехника и трубы…

— Ч-что, — произнесла, пытаясь хоть что-то разглядеть за его спиной, — …что им с-сказать?

Джейк выпрямился и повернулся, прикрывая за собой дверь. Но она все равно увидела.

Наконец увидела.

— Скажи им, что у нас труп, — сказал Лоу.

И вытер заляпанные красным пальцы о собственные серые брюки.