Лебединый трон - Кэтрин Корр

– Ваша Светлость, вы выдержали испытание короля: пускай мой отец и беспокоится о том, чьи слова его спровоцировали. Я напишу ему перед вечерним банкетом. Но, по правде говоря, за последние пару лет распространилось множество слухов – о заговорах, возможном нападении, мятеже. Королем управляет страх. Страх, который не оставил места здравому смыслу. Или снисхождению.

По всей комнате расставлены диваны и стулья, все из позолоченного дерева и розового атласа. Я ощущаю, как сильно дрожат мои ноги, и опускаюсь на ближайшую кучу подушек.

– Но то, что он заставил меня сделать… Почему вы не предупредили меня?

– Я не хотел пугать вас, – он вздыхает и садится рядом. – Хотя, возможно, я так бы и сделал, если бы это удержало вас дома. Король, кажется, получает удовольствие, наблюдая за страданиями. Есть дюжина историй о том, что он делает наедине с бескрылыми женщинами. – Он замолкает, когда я прижимаю руку ко рту, живот снова скручивает. – Возможно, это всего лишь выдумки. Хотелось бы мне, чтобы король был похож на вашего отца. Трудно поверить, что они братья.

– Это невозможно. Мой отец был хорошим человеком, добрым, а король… – Желчь подступает к горлу от одной мысли о моем дяде, распростертом на троне Соланума и оскверняющем его своими жестокостью и жадностью. Я пытаюсь представить своего отца здесь, рядом со мной. Отца, который защитил бы меня. Его образ придает мне сил.

– А что насчет моего брака?

– Я сомневаюсь, что он собирается втянуть вас во что-то; чем дольше он будет удерживать вас в подвешенном состоянии перед потенциальными женихами, тем больше выгоды он сможет извлечь из этой ситуации. И помните, вы совершеннолетняя. Он не может заставить вас выйти замуж.

В теории – да. На практике, кто знает, какое давление мой дядя может попытаться оказать? Я прячу лицо в ладонях, ногтями впиваюсь в кожу головы, зажмуриваю глаза и пытаюсь представить себя дома. В это мгновение шанс, что я могу сделать здесь что-то хорошее, смогу отомстить за свою мать или возместить проведенные в полном одиночестве годы своего отца, кажется таким далеким и таким же смешным.

– Что же мне делать?

Я чувствую, как Люсьен рядом со мной меняет положение, но не пытается ответить на мой вопрос.

Раздается стук в дверь, и входит Летия в сопровождении горничных с ведрами дымящейся душистой воды.

– Пора принимать ванну, Ваша Светлость. Вам нужно отдохнуть и переодеться перед банкетом. – Она поворачивается к Люсьену, уперев руки в бока: – Ваш слуга ждет вас, милорд. Он сказал, у вас обычная комната.

Люсьен принимает столь пренебрежительное отношение без каких-либо возражений. Он встает и кланяется мне.

– Увидимся через пару часов, Ваша Светлость, – а затем уходит, и Летия, в тонких кожаных перчатках, расстегивает мое платье, напевая под нос одну из наших любимых детских песен.

Теплая ванна перед большим камином расслабляет мое тело, но не может успокоить разум. Моя спальня такая же огромная и величественная, как и гостиница. Слишком просторная по сравнению с блеклым уютом моих комнат в Мерле. Но от вида из окон захватывает дух: отвесная скала и возвышающийся на самом конце фьорда замок. Чуть дальше от центра фьорда стоит высокая башня, построенная из того же сверкающего камня, что и замок. А в другой стороне – горы, теснящиеся друг к другу, словно рот, набитый острыми зубами. Потоки белой воды устремляются вниз по их бокам. Я вижу сине-зеленый край ледника, зажатого между самыми высокими, покрытыми снегом вершинами. Оборотни не чувствуют особого холода, но я замечаю, что на Летии новое платье из плотной лиловой шерсти. Пока мои волосы высыхают, она подбирает мне платье на банкет: зеленый струящийся шелк, высокая горловина, полоска золотой вышивки на талии, повторяющаяся на подоле. Без рукавов – этот фасон вечерних платьев вошел в моду. Длинный шлейф волочится за мной во время ходьбы, и Летия напоминает, что во время танцев его нужно заколоть. Она заплетает мои волосы в косу и закручивает ее на затылке. Как только я надеваю мамины изумрудные серьги, она обходит меня, склонив голову набок.

– Ты справишься. Просто старайся выглядеть не такой напуганной. Помни, кто ты.

Она, как всегда, права.

– Где мой пояс и меч?

– Дворяне не носят оружия. А еще это испортит линию платья.

Но я не просто дворянка, я защитница и имею право носить меч.

– Поверь мне. Именно он и поможет мне, как и всем остальным, вспомнить, кто я такая.

Летия улыбается:

– Верно, по крайней мере, он из золота и не будет выглядеть неуместно.

Я застегиваю пояс на бедрах и кладу мамин меч в ножны, пока Летия возится с подолом. Наконец она меня вновь оглядывает и одобрительно кивает.

– Как бы мне хотелось остаться здесь и поужинать с тобой, – я протягиваю руку, стараясь на всякий случай не дотрагиваться до нее. – Я кажусь себе такой… такой незащищенной.

– Ну же, это просто банкет. Тебе нечего бояться. – Она вдруг усмехается, понизив голос: – Если, конечно, это не танцующий демон…

Я смеюсь, вспоминая, как мы с Летией убедили мою легковерную няню, что в комнате лорда Ланселина обитает демон из преисподней. Он был не слишком удивлен, когда обнаружил, что она «очищает» его любимые вещи, бросая их одну за другой в огонь.

– Мы пережили столько неприятностей. Но, по крайней мере, мы всегда были вместе: если бы ты только могла прийти на ужин.

– Не беспокойся обо мне. Я поужинаю у себя в комнате и проведу вечер за шитьем и чтением, что меня вполне устроит.

Раздается стук в дверь. Летия передает мне трость (мы договорились, что я буду пользоваться ею еще несколько дней), затем открывает дверь и впускает Люсьена. Он одет в серую шелковую тунику без рукавов и в брюки, на шее у него золотая цепь дома Ансерис. Одежда ему к лицу: серый цвет оттеняет темно-синий его волос и глаз, а стиль туники подчеркивает крепкие мускулы.

– Вы готовы? Прозвенел первый колокол.

– Готова, – я расправляю плечи, когда мы покидаем мои довольно-таки безопасные покои.

Мой клерк оглядывает меня с ног до головы; его взгляд полон одобрения, чего я никак не ожидала. Я откашливаюсь, внезапно смутившись.

– Вы выглядите… как подобает, – бормочет он. – У Летии хороший вкус.

Всплеск раздражения заглушает мое смущение.

– Вы слишком добры, милорд. Я обязательно передам ей ваш комплимент.

Здесь есть и другие представители знати, все они направляются к большому залу, где и должен состояться ужин. Люсьен говорит, что большинство из них – лорды и леди Соланума. Некоторые из них – гости из других государств. Люсьен говорит, что пара с ярко-алыми волосами – члены семьи ибисов из королевства Герды. Высокий мужчина с голубоватой кожей и зелеными волосами, очевидно, павлин, смотрит мне прямо в глаза и склоняет голову.

Я крепче сжимаю трость.