Образцовый самец - Дарья Кузнецова

Мы углублялись все дальше в недра города, но на ощущениях это никак не сказывалось. Не было сырой затхлости и спертого воздуха, вполне комфортные условия. Похоже, несмотря на странный вид поселения, местные достаточно цивилизованны для создания надежной вентиляции, что не могло не радовать.

Запоминать дорогу я даже не пыталась, потерялась еще на втором повороте, зато с интересом разглядывала местных и стены. Правда, и то и другое скоро наскучило. Каждое светящееся панно выглядело прекрасно, но они быстро слились в одно.

Наряды местных озадачивали тем, что не имели половых различий. Подавляющее большинство жителей носило простые приталенные платья длиной до колен с разнообразными декоративными узорами, порой тоже светящимися, и юбками разной ширины. Эластичные комбинезоны вроде тех, в которых щеголяли наши егеря, попадались редко, только на спешащих куда-то всадниках – кажется, это было что-то вроде рабочей одежды или униформы. Пару раз я точно видела мужчин в штанах и свободных рубашках без рукавов, но скорее в порядке исключения.

Смотрелось это забавно. С одной стороны, ничего столь уж необычного: чужая культура, и в истории земных народов – это даже я знала! – порой тоже встречались похожие наряды. Но с другой – толпа брутальных мужиков в юбочках все равно вызывала неуместное и глупое веселье, которое я вежливо держала при себе, чтобы никого ненароком не обидеть. Что поделать, стереотипы, а земные мужчины подобного сейчас не носят.

Закончилась поездка в небольшом тупиковом зале с цветной клумбой посередине. Блондин легко спрыгнул на землю, рядом точно так же выгрузились второй егерь и Гаранин. Я уже приготовилась повторить маневр, все же высота небольшая, но делать этого не пришлось. Белобрысый с теплой улыбкой протянул руки, чтобы достать меня со спины паука. Возражать я не стала, позволила крепко обхватить себя за талию, сама оперлась о широкие плечи.

Ладони на моих боках абориген, будто невзначай, задержал куда дольше необходимого и смотрел при этом слишком пристально, словно жадно принюхиваясь. Потом опять легко приподнял и потянул к себе, явно намереваясь прижать, но я поспешно уперлась ладонями в его грудь.

Стало здорово не по себе. Конечно, блондин был сногсшибательно хорош, и мужское внимание льстило, но только где-то в глубине души. На первый план выступил страх перед непонятным чужаком, сдобренный острым осознанием собственной хрупкости и беззащитности рядом с ним.

До чего все-таки огромный и сильный мужик! Ощущение, что упираюсь в камень. С таким попробуй справься! Этот получит, что ему нужно, не особо интересуясь мнением жертвы, и еще повезет, если в процессе я выживу…

Однако всерьез запаниковать не успела, блондин все-таки разжал тиски своих лапищ и отпустил. Я тут же на всякий случай шарахнулась к подошедшему Гаранину. Он хоть грубый и вредный, но к моим женским прелестям в достаточной степени равнодушен. А главное, есть надежда, что начбез вступится, если вдруг местные проявят излишнюю настойчивость.

– А ты ему понравилась, – поддел полковник, от которого мои маневры не укрылись.

– Предпочитаю знакомиться с мужиками до постели, – огрызнулась, нервно одергивая халат.

Блондин что-то проговорил, хмурясь, Гаранин ответил. Взгляды, которые местный бросал на меня, не оставляли сомнений о предмете разговора.

– О чем вы говорите? – не выдержала я после нескольких реплик.

– Извиняется, говорит, что не хотел пугать, но ты ему так понравилась, что он не сразу взял себя в руки.

– Что, вот эти несколько слов так длинно звучат? – не отстала я, опять прервав разговор мужчин.

– Нет. Он несет фигню.

– Какую?

– Да погоди, – отмахнулся Гаранин.

Они еще немного поговорили, и блондин жестом попросил следовать за ним. Жест явно предназначался мне. Второй егерь замкнул процессию.

– Ну? – Я нетерпеливо подергала полковника за локоть. – Что там? Не молчи! Это же напрямую касалось меня!

– Надо срочно обучать твой языковой модуль, – проворчал мужчина. – Короче, если в двух словах, он заявлял, что очень хочет испытать с тобой восторг слияния и будет непередаваемо счастлив, если ты остановишь выбор на нем.

– А ты что ответил? – заинтересовалась я.

– Что тебе сначала нужно выучить язык и разобраться, насколько наши виды похожи. Он на сто процентов уверен, что все пройдет прекрасно, но согласен подождать и, конечно, не будет принуждать.

– И что, они все тут такие озабоченные? – Я бросила опасливый взгляд на блондинистый затылок. – И готовы прям без знакомства влезть на первую попавшуюся бабу?!

– Во-первых, женщин у них тут, насколько мы видели, подозрительно мало, так что, может, нет возможности привередничать. А во-вторых, озабоченная тут ты, – усмехнулся полковник.

– Это еще почему? – Обвинение ошарашило своей неожиданностью.

– С чего ты взяла, что под слиянием он понимает секс? – продолжил насмехаться Гаранин. – Переводчик вот считает это понятие совсем не таким простым, иначе так и назвал бы.

– Ну, знаешь ли! – насупилась я. – Когда тебя лапают и так смотрят, волей-неволей подумаешь об этом!

– Не знаю, как-то не доводилось испытывать.

– Очень жаль, – огрызнулась недовольно. – Жаль, что ты этих ребят не заинтересовал!

– А ты чего орешь-то? – насмешливо уточнил начбез. – Сама хотела знать, о чем мы говорили, сама сделала поспешные выводы, а я виноват?

– Когда тебя тискает туша на полметра выше, в два раза тяжелее и на порядок сильнее, которая вроде бы не настроена тебя сожрать, зато явно способна изнасиловать, в ее платонические намерения поверить сложновато! – прошипела я, бросив на спутника злющий взгляд.

– Ты испугалась, что ли? – сообразил он наконец.

– Нет, я исключительно озабоченная тетка!

– Тихо, – оборвал Гаранин. Вроде негромко сказал, но прозвучало твердо, так веско, что все невысказанные слова неожиданно застряли в горле. Поймал меня за руку. – Ты женщина, гражданское лицо. Я несу за тебя ответственность. Подобного я не допущу, не волнуйся, только сама постарайся не нарываться.

– Спасибо, – глубоко вздохнув, выдавила я. Даже несмотря на непроизнесенные уточнения «если буду рядом» и «если буду жив», от этого обещания стало легче.

Все-таки здорово я перетрусила под взглядом блондина, надо что-то с собой делать.

А впрочем, что можно сделать? О том, что ты маленькая и слабая женщина, легко забыть на работе, среди цивилизованных людей, для которых пол и физическая сила начальника не имеют никакого значения. Тут же… черт их знает, этих аборигенов, насколько они ушли от каменного века! На первый взгляд вроде неагрессивные, а копни поглубже – и неизвестно, какие вскроются обычаи.

Разговаривали и выясняли отношения на ходу. Декоративное панно на стене оказалось дверью, за которой обнаружился небольшой зал – круглый, со скамейками по периметру, прерывающимися разноцветными вставками, такими же, как на входе. Блондин вместе с нами остался здесь, предложил сесть, но мы отказались. А второй егерь исчез за одной из дверей.