Позднорожденные - Екатерина Шельм

Обидно было слышать, что все ее изыскания для настоящего эльфа — лишь взгляд на поверхность озера.

— Я должен идти. И… последнее о чем я попрошу, быть может, это дерзость с моей стороны, но ты была так великодушна…

Джон замялся глядя на нее. Он словно никак не мог решиться озвучить.

— Что?

— Сохрани в тайне нашу встречу.

Софи хмыкнула.

— Хорошо.

По правде сказать, кому она об этом может рассказать? Нике? Та скорее всего и не поверит. Родителям? Да они убьют ее, если узнают, что она притащила к себе в дом раненного незнакомого парня, будь он хоть трижды эльф. Про случайных знакомых в институте и на работе и говорить нечего. Да все они решат, что она выдумывает.

— Я обещаю, я никому не скажу, что видела тебя.

— И мое посещение твоего дома так же я прошу сокрыть.

— Хорошо.

— Ты поклянешься? Хоть я знаю, людские клятвы не то, что наши, однако…

— Знаешь, если ты мне не веришь, то какой смысл клясться? — Возмутилась Софи.

— Прости. Я верю в твою искренность, но… понимаешь ли ты, что стоит за моей просьбой? Она не случайна и не проста. Быть может, будут те, кто станет допытываться обо мне, разыскивать и преследовать. И быть может они придут с вопросами к тебе. И я прошу сокрыть правду. Я прошу тебя солгать своим сородичам ради себя, чужака и незнакомца. И ты так просто даешь мне это обещание. Понимаешь ли ты, что именно ты обещаешь? Отказаться еще не поздно.

Софи пораженно молчала. В таком ключе ее слова и правда звучали самонадеянным ребячеством.

— Кто будет искать тебя? Те… что ранили тебя? — спросила она осторожно, и вдруг поняла, что у ее великодушия могут быть вполне конкретные неприятные последствия.

— Нет, не они. Но есть и другие.

Софи замешкалась. Строить из себя благодетельницу один на один было легче легкого, но когда дело дошло до реальных последствий, она испугалась. Да что она и вправду знает об этом эльфеныше? Кто-то ранил его и по всему, похоже, что это было огнестрельное ранение. И она так просто решила ему помочь, а что она будет делать, если завтра на пороге появятся парни с пушками, которым этот Джон чем-то досадил? Его-то тут уже не будет.

Впервые она поняла эльфийское раздражение людской манерой бросаться словами, не обдумав их как следует.

— Я обещаю, что сделаю все возможное. Но если мне станут выдирать ногти, прости, но, наверное, я выложу им все как на духу.

— Это больше, чем я вправе ждать. — Джон склонил голову. — Мне нужно идти.

Софи прошла с ним в прихожую. Джон обулся, ловко зашнуровав свои высокие ботинки, надел и застегнул под горло куртку, надел шапку, спрятав под ней острые уши. Последней он взял сумку и повесил ее на плечо.

— Я благодарю за гостеприимство. В воле твоей я смог исцелиться. Я буду рад отплатить добром за добро, если судьбе будет угодно.

Софи, глядя на него, улыбнулась. Сейчас контраст был слишком ярок. Обычный парень, в обычной одежде, в заляпанных грязью брутальных ботинках и коричневой вязаной шапке, говорил ей такое.

— Ох, — усмехнулась она. — Эти стены еще не слыхивали таких речей.

Джон не улыбнулся. Казалось, он даже слегка обиделся, что она отшутилась в ответ на его серьезность. Он кивнул и повернулся к двери.

— Я открою. Тут замок слегка заедает. — Софи подошла и нажала плечом на дверь, привычно скрипнул старенькая защелка.

Она потянула дверь на себя, и вдруг они с Джоном в тесной прихожей оказались совсем рядом. Софи не удержалась и взглянула на него. Он на нее. Взгляд его был спокоен, и все-таки на мгновение Софи почудилось, что он смотрит на нее с тревожным интересом.

— Я надеюсь, нам не доведется встретиться вновь. — Сказал он негромко.

Софи удивленно и обиженно уставилась на него. Они стояли так близко, что она смола рассмотреть золотые крапинки в его серых глазах.

— Это… маловероятно. — Сказала она и поняла, что говорит это с отчетливой грустью. Почему? Что ей этот парень? Она его знать не знает, ну встретились случайно пару раз, что это собственно значит. И все же ей стало грустно.

— Наверное, я больше никогда не увижу тебя. — Сказала Софи. — И… просто знай, я была рада увидеть тебя. Я знаю, это ничего не значит, и, наверное, лет через триста ты и не вспомнишь обо мне, но… я была рада. Правда.

Джон посмотрел на нее очень нежно.

— Я запомню наше знакомство. И все же… больше нам встречаться нельзя. — Он сказал это так весомо, словно от его слов действительно зависело будущее. — Пусть это останется случаю. Судьба для нас будет слишком жестока.

— Я снова тебя не понимаю. — Пожала плечами Софи.

— Прости, если моя речь слишком туманна, но я не могу сказать больше. На прощание я бы хотел… узнать твое имя. Если это будет мне позволено.

Софи опешила. Бог мой, ведь она и вправду никогда не говорила ему, как ее зовут. Была уверена, что ему до этого нет дела.

— София.

— София… — повторил Джон, и в его устах ее собственное имя показалось чем-то значимым и даже таинственным. — Я узнаю твое имя, обещаю.

Софи снова не поняла, о чем он толкует, но предпочла не озвучивать это.

— А мне твое имя можно узнать? Ведь не Джон же.

Он улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Не нужно. Знание, что может принести утраты тебе и многим другим. Но твое имя будет сокрыто в моей памяти, покуда я вижу свет. Клянусь тебе в этом.

И Софи вдруг поняла, что это такое — эльфийская клятва. Слова, что будут исполнены в вечности.

— Спасибо. — Только и смогла сказать она.

Джон кивнул, проскользнул между ней и дверью. Мгновение и он исчез на лестнице.

Софи еще несколько секунд слушала его удаляющиеся шаги. Было грустно, до щемящей боли. Он ушел и, наверное, больше им никогда не доведется встретиться. И что с того? Он эльф. Бессмертный эльф. Что ему простая смертная девушка? А ей? Зачем ей парень, которого она по большей части и понять не способна? Глупо это все.

И все же закрывая дверь, Софи болезненно поморщилась, словно из ее жизни ушел кто-то действительно важный.