Крылатое счастье - Валентина Гордова

Звучало не весело, звучало обречённо как-то и слегка испуганно, но мы все сейчас испытывали схожие эмоции. Поэтому все кивнули.

Аманда продолжила:

— Наша задача — провести раскопки ранее оговорённой территории. Мы с вами лучшие в своей области, так что нет сомнений в том, что мы справимся.

И все снова кивнули. Только я сжала учебник покрепче и приготовилась слушать дальше.

К счастью, учёные действительно не желали молчать.

— Нам не дадут найти ничего нежелательного Даркхайму, — сообщил полностью убеждённый в своих словах Бреск.

Парень привычным жестом поправил очки на носу и подался вперёд, положив локти на колени.

У меня вдруг появилось такое чувство, будто кто-то невидимый накинул на шею удавку и начал медленно затягивать петлю… Крайне неприятное чувство. Ещё более неприятным оказалось то, что я в принципе мало что понимала. Ну, кроме очевидного: эти ребята рассчитывали на иной приём, а теперь слегка нервничают из-за того, что их собираются столь тщательным образом контролировать.

Неприятная ситуация и, возможно, опасная, но в данный конкретный момент, когда я видела их растерянные и немного испуганные лица, а сама ничегошеньки толком не понимала и лишь прижимала к груди учебник даже не моей истории, меня интересовал лишь один вопрос: как? Как я умудрилась впутаться в это?

И ведь ничего плохого не должно было случиться, меня просто спасли от недоверчивого дракона… я должна была поработать лопатой, помочь учёным найти свою славу, а потом встретиться с тем, из-за кого всё это вообще со мной произошло и… Мне очень хочется с ним встретиться. И уже не только ради его артефакта, нет. Сейчас я отчётливо испытала несвойственное мне желание пнуть мужчину. Возможно, пнуть придётся несколько раз, чтобы он прочувствовал всю степень моего недовольства.

И у меня появилась она — цель. Ладно, цель у меня была и до этого, сейчас у меня появилась мечта — пнуть дракона.

— Арганар подписал согласие на наши раскопки, — напомнила присутствующим Аманда, — он не станет портить отношения с её величеством.

— А кто портит? — Скептически хмыкнул Йен, закинув ногу на ногу. — Он нас просто контролирует, а потом, если обнаружится что-то нежелательное, на месте наших раскопок случиться какая-нибудь катастрофа… и мы все чудесным образом окажемся в её эпицентре.

Он говорил негромко, неторопливо и абсолютно безразлично. Только губы были изогнуты в кривой, совершенно безрадостной улыбке.

— А без этого нельзя? — С надеждой вопросила Арли. — Я не хочу умирать.

— Никто не хочет, — одёрнула её Жофри, метнув на девушку предупреждающий взгляд, а затем повернулась к руководителю этой экспедиции и спросила уже у неё: — Что мы можем?

Все мы с одинаковой надеждой посмотрели на Аманду. Девушка под нашими взглядами тяжело вздохнула, обвела всех тяжёлым взглядом светлых глаз и сказала то, что должна была сказать:

— Сделать то, ради чего мы и приехали. Мы будем работать, не обращая внимания на окружающую действительность. Не думаю, что для вас это что-то новое, так что мы справимся. У нас договор на год и…

— Год?! — Воскликнул вдруг кто-то.

И все слажено повернулись в мою сторону. Даже пара драконов, которых я отчётливо видела на улице у забора, то есть примерно в сотне метров отсюда, и те оба повернулись в сторону дома и посмотрели, кажется, прямо на меня.

Я была слишком потрясена, чтобы обращать на эти мелочи хоть какое-то внимание. Год! Целый год! Неужели?.. Не могу поверить в то, что мне придётся ждать появление правителя драконьего народа целый год!

Нет. Это определённо мне не подходит.

Нервно облизнув пересохшие от волнения губы, я невольно подалась вперёд, встревожено посмотрела на удивлённую Аманду и хрипло спросила:

— Существует вероятность, что мы не найдём ничего важного?

К моему невероятному сожалению и вырвавшемуся из горла стону, девушка неуверенно кивнула. Остальные ничего не сказали, но их осторожный обмен тревожными взглядами я заметила отчётливо.

Однако мне сейчас было плевать даже на это, куда сильнее меня волновало другое. И я, оборвав собственный стон, требовательно спросила:

— И тогда правитель не появится, верно?

В этот раз мне ответили задумчивым молчанием. Причём думали всё, Аманда хмурилась, Жофри с Арли обменивались непонимающими взглядами, а вот Бреск с Йеном смотрели друг на друга с пониманием. Судя по всему, только они друг друга и понимали.

В итоге Бреск, изогнув губы в насмешливой улыбке, с намёком спросил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А зачем тебе великий правитель драконов?

Я бы, может, и ответила, но этот выразительный взгляд, и эта понимающая улыбочка…

— У тебя планы на его постель? — Не дождавшись моих слов, предположил Йен, поигрывая бровями.

Я вспыхнула, осознав их намёки. Арли тоже осознала, поэтому стыдливо отвернулась.

— Судя по вашим взглядам, у вас на его постель тоже планы были, — ехидно улыбнулась я.

И улыбаться оба парня перестали, мрачно на меня посмотрев.

И тут в образовавшейся тишине прозвучало:

— Ты же не из наших.

Вздрогнув, я стремительно повернулась к не сводящей с меня задумчивого взгляда Жофри Эллер. Археолог, медленно наматывая на указательный палец рыжую прядь, скользила взглядом по моему лицу, шее, плечам, ниже. Она рассматривала всё, абсолютно, в итоге объявила негромко:

— Твоя одежда похожа на эльфийскую, но сейчас я понимаю, что это совершенно иной покрой. Эльфы так не шьют, у них стежки ровные и узлы крепкие, а ткани сияющие и качественные. Хорошо, что ты от неё избавилась. Не надевай больше и не привлекай внимания.

Она замолчала, выразительно глядя мне в глаза, но не успела я даже рта раскрыть, как очень-очень тихо, вообще шепотом, заговорила доктор Арли:

— Я бы сказала, что ты человек, но… лобные дуги, — она указала пальцем на собственные брови, — слишком малы, нижняя челюсть малоподвижна, уши неправильного строения… Мелочи, но их довольно много, и если внимательно присмотреться…

И она тоже замолчала, тоже выразительно на меня глядя. Они вообще все смотрели и чего-то ждали, а я… Сердце испуганно забилось от осознания, что меня, кажется, только что легко и без напряжения раскрыли. Причём вообще без напряжения. И ведь никто не сомневался в том, что сейчас прозвучало, все просто сидели, требовательно на меня смотрели и ждали каких-то слов.