Танцы на осколках - Дарья Вознесенская

Вздохнула.

Что-то у меня нехорошее чувство…

— Всего-то?! — Ливия рядом с нами сказала это так громко, что обернулись все. Раздались смешки, но подругу это не смутило, — Магистр, неужели вы бросите хрупкую девушку на растерзание этим острым штукам?

"Хрупкая девушка" ткнула в сторону полигона, а сама подступилась к взрослому мужчине. Тот смотрел на брюнетку слегка опешив.

— Нет-нет-нет, — пальчик Ливии ходил из стороны в сторону, вот только магистр — да и остальные — смотрели не на палец, а на внушительный бюст, который тоже при этом… не стоял на месте, — Мне определенно понадобится сопровождающий. Чтобы не пораниться, — очаровательно улыбнулась, заканчивая речь Ливия.

Магистр ошалело кивнул, Кинтан хмыкнул, а Филипп глубокомысленно выдал мне:

— Кажется, она только что получила высший балл… ничего не делая.

— Кажется, если все-таки будет война, то нам надо будет просто выставить её на передовую — и Эроим победит, — тихонько засмеялась. Настроение становилось просто замечательным… но зря. Потому что Ливия не только для себя… завесового сопровождающего выбила — смущенного и на вид довольно сильного студента. Но и для меня — я ведь тоже "хрупкая".

— Позвольте мне, — раздался ленивый и тягучий голос Мигеля, — Уверен, я сумею довести нашу гостью… в целости.

Что? Нет! Не хочу с ним!

Но магистр так обрадовался добровольцу, что даже не обратил внимания на мой писк. А потом я и пищать перестала, потому что одивеларцы один за другим заходили — залетали — на полигон и тут же проваливались.

Уворачивались.

Перепрыгивали.

И принимали удары…

Кажется, я уже не так уж против сопровождающего…

— Нам надо бежать по кругу, — почти весело сообщает мне брюнет, который, как ни странно, не пытается говорить пошлости, не намекает на наши «особые отношения», да и вообще, ведет себя более чем дружелюбно, — Как правило, первый круг самый легкий. Так, небольшие препятствия. Второй — с различного рода ловушками. Ну а в третий добавят Граней… думаю, ты с ними справишься.

Уж не знаю, что он подразумевает под легкостью, но буквально через минуту после того, как я попадаю на полигон, я падаю в жидкую грязь лицом вниз, а Мигель, с не обидным смехом, достает меня оттуда.

Дальше — хуже.

Мне пришлось карабкаться по гладким стенам, перелезать через какие-то шипы, балансировать на скользких бревнах и уворачиваться от живых и почти огнедышащих… лент.

И это они называют «простым» кругом? Да это же… Завеса!

А Мигель поднимал меня, тянул, подавал руку и подбадривал — он превратился в отличного парня и я уже даже не понимала, с чего я так на него ополчилась? Если сравнивать их с Филиппом — разве он делал или говорил что-то, что не делал и говорил член моей пятерки? Это просто я реагировала слишком бурно…

Вокруг тоже бежали, уворачивались и перелезали. Но я была сосредоточена на том, чтобы хоть как-то контролировать дыхание и не падать лишний раз, потому не обращала на них внимания.

А я ведь считала себя выносливой и крепкой… Похоже, мне еще многое предстоит о себе узнать.

И исправить.

Ко второму кругу я начала выдыхаться. Про третий думала уже с ужасом. Наша скорость значительно снизилась… точнее, моя. Мигель даже дышал ровно и продолжал улыбаться и помогать мне, то подталкивая, то вытаскивая из глубоких ям, которых никак не получалось распознать и избежать. А потом даже оттолкнул, выводя из под удара особенно злой и резкой штуковины, возникшей справа — она была похожа на огромную дубину или падающее дерево. И, вместо того чтобы пришибить меня, скользнула по плечу Мигеля, отчего парень зашипел и едва не упал.

— Прости, — прикусила губу и несчастно посмотрела на него. Но он только покачал головой,

— Не смотри так отчаянно, куколка. Я все еще способен… на многое.

— Я не куколка! — прорычала, получив в ответ многозначительный смешок

И с чего я решила, что он милый парень? Вон как зыркает глазами и посмеивается. Наверняка и помочь мне вызвался, чтобы покрасоваться передо мной…

Эта мысль придала мне сил. Так что второй круг я закончила вполне самостоятельно. Но дальше… дальше меня ждал мой оживший кошмар.

Грани, с которыми я ничего не могла поделать.

И ни единого близкого человека рядом, чтобы мне помочь…

Вонзившиеся в меня невидимые иглы стали только первой весточкой в череде неприятных, болезненных и бесконечных ощущений, которые ждали меня на третьем круге.

Я не могла защититься. Я не успевала убежать. Мне нечем было дать отпор — оставалось только принимать на себя удары, безропотно увязать в магических ловушках и стараться сдержать стоны боли, когда было совсем… плохо.

Мигель первое время еще подначивал меня, но дальше — хмурился все сильнее.

А я должна была дойти до конца и не показать ему, что ни завесы я не могу… Убедить, что все проблемы — лишь из-за моей растерянности и неумения работать с гранями в такой обстановке. А вовсе не потому, что у меня нет осколков…

— Тали! — возле меня каким-то образом оказался Кинтан. Я посмотрела на его обеспокоенное лицо через пелену перед глазами и жалко улыбнулась. А он вдруг стиснул плечи и наклонился к моему уху, прошептав, — Не сдавайся. Да, мы это не предусмотрели… но сейчас слишком рано, чтобы они что-то заподозрили. Ты же видишь Грани? И просто препятствия?

Кивнула.

— Тогда танцуй! Танцуй навстречу выходу!

Он бросил быстрый взгляд на Мигеля и ловко побежал дальше.

А я некоторое время пыталась понять, что же имелось в виду… Ну конечно!

Глубоко вздохнула и сосредоточилась. Призвала все свои силы и оставшиеся способности и заставила себя видеть все это пространство. Да, так я быстрее устану, но зато у меня появится шанс…

Музыка прозвучала в голове как и прежде — с первого шага.

Легкий разворот и взмах рукой… Я почти в удовольствии прикрываю глаза и резко отгибаюсь назад, позволяя острым граням огня пролететь над моим телом.

Прыжок, та-дам, шаг в сторону, та-дам, прогиб… и меня подхватывает чуждый ветер и бережно переносит над разверзшейся пропастью.

Я поняла!

И счастливо засмеялась.

Дальнейшее походило на… публичное выступление.

Каждый мой шаг — па.

Каждое движение — ответ.

Каждая волна всем телом — резонанс.

Музыка все нарастала, заглушая и слова Мигеля — что он говорит? почему смотрит с изумлением и восхищением, забегая вперед? — и шум падающих конструкции, и даже тонкий вой завесовой твари, вырвавшейся на свободу…

Прямо навстречу моим раскинутым рукам.