Дракон в ее теле - Ника Ёрш

Марианна Айгари

— Проснись, Мари, ты что?!

Я с трудом открыла глаза. В них словно песка насыпали.

— Что с тобой? — Лицо сестры появилось прямо над моим. Обеспокоенное. Надо же, это как я должна плохо выглядеть, чтобы она заволновалась?

Попыталась ответить ей, но горло словно полоснуло ножом. Я мучительно застонала.

— Зову сьерру О'нил, — пригрозила сестра. — Слышишь?

Я помотала головой, удерживая ее рядом. Облизнув пересохшие губы, села и осмотрелась: гардины все еще были задернуты, отчего в комнате царил приятный полумрак. Мэделин сидела на моей кровати в одном нижнем платье, в нем же она ложилась спать ночью. Значит, прошло совсем немного времени после моего возвращения.

— У тебя вид, будто ты третью неделю между жизнью и смертью, — сестра цыкнула и приложила ладонь к моему лбу. Почти сразу ее лицо вытянулось от сильного удивления: — Холодная. Ты почти ледяная, Мари. Не понимаю…

Я передернула плечами, внезапно понимая, что и правда замерзла. Но… потомки драконов не мерзнут!

— Что со мной? — спросила хрипло, с трудом сглатывая. Горло саднило, словно оно стало пересохшим руслом некогда полноводной реки.

— Ты плакала во сне, — шепотом сказала сестра. — Звала на помощь. Говорила что-то о проклятье и почему-то грозилась убить правую руку.

Я нахмурилась, вспоминая размытые картинки. Кто-то преследовал меня во сне, а я не могла найти места, где спрятаться. Все бежала и бежала, пока не поняла, что заблудилась… И тогда меня словно потянуло куда-то, в огромную черную воронку! Я пыталась кричать, но не могла произнести ни звука, и вдруг сверху показалась рука в черной перчатке, дернула меня назад с такой силой, что чуть без волос не оставила…

— Мари, давай расскажем сьерре?

— Нет, — я положила руку на колено сестры, — нечего рассказывать. Это был кошмар. Я перенервничала, понимаешь?

Мой голос все больше возвращался к привычному звучанию, а глаза от усиленных морганий почти перестали чесаться и болеть.

— Раньше ты от кошмаров не страдала, — Мэди не сдавалась. — И не плакала во сне никогда.

— Откуда тебе знать? — я усмехнулась. — Дома у нас разные комнаты.

Несколько секунд сестра придирчиво меня рассматривала, потом кивнула и поднялась с кровати, заявляя:

— Разбудила в такую рань! Теперь непременно появятся мешки под глазами и принц не обратит на меня внимания!

— Это должно тебя радовать, — напомнила я, — а не огорчать.

— Кто сказал, что я огорчена? — Мэделин засмеялась. — Спасибо!

— Всегда пожалуйста.

О странном пробуждении мы с сестрой быстро позабыли. Тем более что совсем скоро за нами явилась сьерра О'нил, требуя немедленно привести себя в порядок и завтракать. Оказывается, в замок за эту ночь приехало восемь потенциальных невест! И король возжелал видеть всех на утренней прогулке!

— Что значит на прогулке? — Мэделин как раз смотрела в окно. — Там ветер и туман! А я нездорова.

В доказательство она громко закашлялась.

— И надолго у вас эта болезнь? — уточнила гувернантка.

— Кто знает. — Сестра уставилась куда-то в стену и нагнала на лицо загадочное выражение. — Смена обстановки плохо на меня влияет.

— В таком случае вам лучше действительно остаться и соблюдать постельный режим, — неожиданно мягко проговорила гувернантка. — Впереди несколько недель пребывания здесь, и вы еще успеете произвести впечатление на его величество. Позже.

Мы с сестрой удивленно переглянулись, одинаково изумленные услышанным. Я даже собиралась ущипнуть себя, чтобы убедиться, не сплю ли по-прежнему. Но сьерра О'нил быстро вернула нас с небес на землю, договорив с самой милой улыбкой:

— Зато после, когда вы поправитесь, его величество непременно выделит время лично для той, что отсутствовала. И это будет гораздо лучше, чем толпиться среди других девушек, согласитесь? Очень правильная тактика, эра Мэделин.

Сестра поникла.

— Мне уже легче, — сообщила она недовольно. — Я буду счастлива прогуляться вместе со всеми.

— Уверены?

— Более чем!

— Вот и славно, — обрадовалась внезапному исцелению гувернантка. — Тогда поторопимся, эры!

Не успели мы расправиться с завтраком, поданным лакеями прямо в гостевую комнату, как пришли сразу две горничные.

Быстро определившись с нарядами, мы с сестрой были облачены по последней моде, а на головах у нас появились вычурные прически, увенчанные миниатюрными шляпками. Мою горничную звали Кэри, и она оказалась удивительно талантлива и молчалива. Все прихоти исполнялись ею без вопросов, быстро и аккуратно, но на вопросы девушка отвечала односложно, стараясь дать как можно меньше информации.

Прислушавшись к горничной Мэди, с грустью поняла, что той досталась «щебетунья», — более молоденькая и словоохотливая.

Когда мы покидали комнаты в сопровождении сьерры О'нил, девушки остались разбирать наши вещи и приводить в порядок постели.

— Как прохладно, — пожаловалась Мэди, стоило выйти в коридор. — Во дворце вечно гуляют сквозняки. Никому не пожелала бы жить здесь постоянно.

— Многие из приехавших девушек поспорили бы с тобой, — возразила я. — Не все так любят личную свободу и домашний уют, как ты.

— Вот и хорошо! Пусть бы принц поскорей определился, выбрал какую-нибудь покладистую эру и прекратил этот фарс.

— Тише, прошу, — зашипела сьерра О'нил, — вы ведь не хотите, чтобы кто-нибудь решил, будто вам не по нраву приглашение его величества?

Мы с сестрой переглянулись и одновременно ответили:

— Нет, конечно.

— Вот и славно, — гувернантка снисходительно похлопала меня по руке, — вот и хорошо. Наша задача сегодня — не уронить честь рода Айгари. Порадуйте хоть этим своего отца.