Ассистент для ректора - Лайа Дало

Исчерпав все идеи, я как-то спросила об этом Илейду, та недоуменно уставилась на меня, а потом удивленно округлила глаза:

— А ты не знаешь?! Ну ты даешь… — подруга была не на шутку позабавлена. — Могла бы и раньше поинтересоваться.

— Интересуюсь сейчас, не томи, — чуйка говорила о том, что я очень многое упустила.

— Он балавр!

Произнесено это было с придыханием, восторжено, а взгляд был такой, что я немедленно должна была подпрыгнуть на месте или, по меньшей мере, захлопать в ладоши. Ни того, ни другого я делать не стала.

— Что такое балавр? — вопрос был резонный, но задан был крайне не вовремя.

— Госпожа ректор, вас опять ищет адепт Лоурен.

А вот теперь я все же подпрыгнула, за спиной обнаружился никто иной как Тайлар и смотрелся он еще мрачнее обычного. Сдвинутые бровь, приподнятая губа, будто он собирается вот-вот вновь зарычать. Черт возьми, да так заикой можно остаться!

— Лорд Вашх, вы меня напугали, — приказав своему голосу не дрожать, я как можно медленнее обернулась к помощнику.

Услышал ли он наш разговор? Судя по недовольному взгляду в сторону Илейды, да ее приглушенному писку — услышал. Вот же…

— Прошу прощение, — и не единого признака раскаянья, — вы были слишком увлечены. Сплетнями.

Радом возмущенно засопела подруга, но что примечательно — никак не возразила.

— Если вас так интригует мое происхождение, могли бы спросить напрямую.

Ага, конечно, от него снега зимой не допросишься, не то, что личных сведений. Кстати, только сейчас подумалось — а на самого себя он досье технично «забыл» предоставить.

— И вы бы ответили?

— Почему нет? — вместо лица маска вежливости.

«Потому что ты обожаешь доставать меня!» — было бы верным ответом, но совсем не соответствующим моему положению, да и возрасту. Хотя в последнее время все больше тянуло на шутки и милые шалости, то ли под влиянием Илейды, то ли еще по какой причине.

— Кто такой балавр?

— Могу посоветовать хорошую книгу по данной теме, — и золотистые искорки в глазах складываются в слово «подловил».

— Ясно. Что же, жду книгу на своем столе к вечеру. Почитаю на ночь.

— На ночь не стоит, не самое романтичное чтиво.

— А кто сказал, что мне на ночь глядя нужна романтика?

Сдавленный кашель Илейды привел в себя. Кажется, подруга едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться на всю Школу. К счастью, других свидетелей нашей двусмысленной перепалки не нашлось.

— Книгу на стол, — отрезала я. — Что там Кайлос?

Оживший было Тайлар опять вернулся в состояние каменного спокойствие и вымораживающим тоном примерного подчиненного доложил:

— Адепт Лоурен ожидает вас в приемной, говорит, что вы обещали ему сегодня утвердить структуру дипломной работы.

Обещала, было такое. После того разговора я углубилась в тему его работы и, неожиданно, нашла ее не только занимательной, но и понятной. Так что теоретическими изысканиями в этой области мы теперь занимались почти наравне. В общем и целом, так и протекали мои будни — стычки с Тайларом по поводу и без, организационная работа, встречи с преподавателями и, в качестве отдушины, посиделки с Кайлосом над очередным редким трактатом или древней легендой.

Так промелькнула еще неделя и вплотную приблизился знаменательный для моей дальнейшей карьеры день — день заседания Совета Тринадцати, на котором меня должны были или утвердить, или к чертям собачим снять с должности, обрекая на неизвестности. Сказать, что я нервничала, значит ничего не сказать. Я не находила себе места с вечера, поэтому, когда зашла в свои комнаты не сразу поняла, что что-то не так. На первый взгляд все вещи были на месте, но наметанный глаз улавливал тонкие несоответствия: немного сдвинутая ваза, стул не точно под столом, а слегка отставлен, на полках в гардеробе некоторые вещи перепутаны местами. Можно было бы опять свалить все на усталость, но на этот раз интуиция вопила, что все не так просто.

В моих комнатах кто-то рылся. И в гостиной, в небольшом рабочем кабинете, в спальне и даже в ванной. Покои как-то резко перестали быть уютными. Первым порывом было позвать Тайлара, но как представила себе его ехидную ухмылку и задранную бровь… Следующая мысль и вовсе заставила поежиться — а что если неизвестный взломщик как раз мой помощник? А даже если это не он, то как я докажу, что кто-то действительно рылся в вещах? Не уверена, что этот заносчивый сноб поверит, что я настолько аккуратна, что помню расположение каждого предмета, скорее уж он посчитает это женской истерикой и мандражом перед решающим часом.

Лишь значительно позже я поняла, что, скрывая от Тайлара такие происшествия и непреходящие ощущение наблюдения я очень сильно подставилась, но в тот момент мне казалось, что я поступаю правильно не выказывая слабость и неуверенность. Время все расставило по местам и заставило пересмотреть свои приоритеты и отношения с окружающими.