Жнец - Павел Корнев

— Якобу понадобился охранник? — задумался я. Совпадение или удалось ухватить за кончик путеводной нити? — Ладно, благодарю за помощь. Если что — обращайся.

— Непременно, Себастьян, непременно, — засеменил за мной кабачник. — И ты нас не забывай.

— Как можно, — усмехнулся я, начал спускаться по лестницу на первый этаж и, не выдержав, закашлялся от едкого дыма. Ну и гадюшник!

Вытирая слезившиеся глаза, направился на выход, и тут где-то неподалёку послышался глухой удар и шум падающего тела. Невольно вздрогнув, я обернулся поглядеть на разгоревшуюся потасовку. Обернулся — и едва успел предплечьем заблокировать удар невесть с чего решившего пырнуть меня ножом мужика. Длинный клинок лишь вспорол плотную ткань плаща, а в следующий миг я сбросил оцепенение и саданул нападавшего костяшками по тыльной стороне ладони. Нож полетел на пол, парень отпрыгнул к стойке бара, но с другого боку уже подскочил второй головорез.

Перехватив руку громилы, я крутнулся, присел и швырнул его через себя. Тот всем своим весом рухнул на стол, завсегдатаи с проклятиями метнулись в разные стороны, а в следующий миг кто-то со всего маху врезал мне по скуле. В глазах вспыхнули искры, ноги подкосились и я повалился на пол. Толком не успев придти в себя, откатился в сторону, и миг спустя в плечо врезался едва разминувшийся с виском каблук сапога.

Рука моментально отнялась, я извернулся и ужом заполз под стол. Не самое надёжное укрытие всё же помогло выиграть пару мгновений, чтобы хоть немного оклематься, и когда успевший подхватить оброненный тесак мордоворот вновь ринулся в атаку, мой сапог врезался ему в колено. Нога убийцы подогнулась, он ухватился за спинку стула, вздрогнул — и рухнул лицом вниз. Немудрено: из спины у него торчала рукоять загнанного под лопатку ножа.

— Себастьян! — подскочил ко мне невесть когда сменивший ливрею на какие-то застиранные обноски Пьер. — Убираемся отсюда, живо!

— Подожди. — Я кое-как поднялся на ноги, глянул на рухнувшего на стол парня и скривился. Кто-то из потревоженных его падением забулдыг от уха до уха раскромсал бедолаге горло. То ли своё возмущение разлитой выпивкой таким образом выразил, то ли под шумок карманы обчистил. А скорее — и то, и другое.

— Я не имею к этому никакого отношения! — поспешил уверить меня Крюк. Вышибала, зажимая рукой окровавленный лоб, попытался подняться с пола, но не удержался на ногах и повалился обратно. — Это пришлые!

— Всё в порядке, забудь… — заковылял на выход я.

На улице поддерживавший меня под руку парень изо всей мочи дунул в служебный свисток и тотчас Джек подогнал к крыльцу пролётку.

— Гони! — запихнув меня на скамью, запрыгнул Пьер на подножку.

Пратт времени терять не стал и тут же взмахнул поводьями:

— Н-но! Пошли!

Когда мы выехали на соседнюю улицу, прямо на ходу вновь переодевшийся в ливрею Пьер сменил Джека, тот с ехидной ухмылкой оглядел мою рассаженную физиономию и покачал головой:

— Как знал ведь, нельзя тебе туда одному идти.

— Ерунда, — фыркнул я, потихоньку шевеля отбитой рукой. — Это не местные. Выследили нас, точно тебе говорю.

— Думаешь? — нервно оглянулся рыжий пройдоха. — Почему так решил?

— С хозяином я прекрасно пообщался — это раз. Вышибалу они вырубили — это два. Одного из громил местные забулдыги зарезали — это три. Ну и одеты слишком уж прилично для завсегдатаев были.

— Да и не выпустила бы нас так легко эта рвань баррикадная, — поддакнул Пьер.

— Час от часу нелегче, — вздохнул Джек. — Ладно, говоришь, с хозяином плодотворно пообщался?

— Поехали на площадь Грегора Первого, — распорядился я. — Нет, стой! Вон винная лавка, сбегай, купи бутылку бренди. И по пути в «Хромого бродягу» заглянуть надо.

— Ну ты вообще обнаглел! — покачал головой Пратт, потом внимательно меня оглядел и всё же выудил кошель: — Пьер, сбегай, купи выпить подопечному.

— Ой, да не надо только! И сам бы в кабаке справился.

— А если бы местные второго не зарезали? — прищурился Джек.

— Если бы, да кабы…

— Как они сработали, кстати, профессионально?

— Вполне, — прикоснулся я к рассаженной скуле. — Ребята не промах, но в такой обстановке им действовать точно не приходилось. Подкарауль они меня на улице — и ты бы сейчас отходную молитву старому приятелю заказывал.

— От него дождешься, как же, — протянул мне квадратную в основании бутылку вернувшийся из лавки Пьер.

— Вот ты как заговорил? — встрепенулся Пратт. — Сдача где?

— Сдача? Какая сдача? — даже не обернулся к нам возница и взмахнул поводьями. — А! Сдача! Наверное, в дыру в кармане вывалилась.

— Засранец, — развалился на скамье Джек и толкнул меня в бок: — Ты пить не собираешься, что ли?

— Не делай так больше, — поморщился я и прижал бутыль к рассаженной скуле.

— Справился бы он, — фыркнул рыжий. — Шляпу потерял, плащ на помойку выкидывать можно.

— Иди ты знаешь куда? — зарычал я. — Всё, проехали…

«Хромой бродяга» — доходный дом на закатной окраине, — за последнее время изрядно пообветшал. Штукатурка пластами обвалилась, на крытой черепицей крыше темнели прорехи. У парадного крыльца жильцы навалили целую гору мусора, дверь и вовсе была закопчена, будто под ней разводили костёр.

Да и сам район запаршивел не меньше. К грязи на улицах, конечно, не привыкать — чай, не дворцовая площадь, но в пресловутом порту и то чище. Я уж про физиономии прохожих не говорю. Мало того, что рвань и пьянь, так ещё чуть ли не у половины глаза мутные, будто у снулой рыбы. Уличные шлюхи из своих нор уже днём повылазили, а неподалёку от перекрёстка какой-то молодняк в помойной канаве костёр развёл.

И куда, хотелось бы мне знать, наша доблестная Стража смотрит?

— Развели гадюшник, — с недовольным видом огляделся по сторонам Джек. — Ещё ведь недавно приличный район был, а теперь как в порту.

— В порту лучше, — возразил я. — В порту всё давно поделено, беспредельщиков там сразу под пирсы спускают.

— Ты об этих, что ли? — кивнул на оборванцев у костра Пратт.

— Угу.

В этот момент дверь какого-то непонятного заведения на первом этаже дома напротив «Хромого бродяги» распахнулась, и оттуда на мостовую вылетел прилично одетый господин. Он рухнул прямо в грязь, с трудом поднялся на ноги и заплетающейся походкой поплёлся по улице. Оборвыши двинулись следом, но потом вдруг чего-то испугались и резко свернули в подворотню.

— Раз боятся, значит, стражники сюда ещё заглядывают, — философски заметил Пьер.

— Они своего не упустят, — выбрался из пролётки Джек. — Свисток с собой? Если что — свисти. Мы спасём.

— Как бы вас самих спасать не пришлось.