След орла - Дарья Сойфер

– Тут я согласна. У меня мурашки побежали, когда Ила рассказал про мертвую Иниру и орла…

– Запиши.

– Запишу.

Джо отключился. Он частенько опускал мелочи вроде прощания или приветствия.

Мара убрала телефон, поднялась и двинулась вдоль кромки воды к пристани. Через два часа они должны были отплыть.

Она ожидала увидеть целую группу людей. Как минимум, своих родственников и еще две семьи, потому что кроме них с Робом собирались пройти обряд посвящения еще два мальчика. Ну, и сам Апая с женой, наверное. И куча техники. Иначе как поднять этого ветхого старика на вершину горы? Или его понесут за спиной, как местные женщины носят младенцев?

Но на пристани был только Сэм Нанук. Грузил что-то в надувную лодку. Надувную. Мара сглотнула. Как-то об этом ее никто не предупредил. У многих здесь водились и нормальные человеческие яхты, и длинные деревянные каяки. Но надувная? До той горы не меньше десяти километров, а то и больше, если она что-то смыслит в расстояниях. И если лодка лопнет где-нибудь в открытом море, им не выплыть. Может, самое время признаться деду, что она умеет превращаться в орла? Да, она в любом случае выживет. Перевоплотится и взлетит. Но там будут все ее вещи! Планшет, телефон… Один она уже утопила зимой, третий за год ей никто не купит.

– А где… все? – издалека начала она, сунув руки в карманы.

Называть деда дедом еще не получалось, Сэмом было бы слишком фамильярно, а мистер Нанук – чересчур официально. Поэтом она не обращалась к нему никак. В лучшем случае «простите, пожалуйста».

– Мы плывем одни, – сообщил Сэм.

– Почему?

– Роб и другие мальчики, Билл и Джон, полетят на вертолете. Там есть площадка.

– А Апая? Ила? Родители?

– Туда проще добраться в облике тотема. Непосвященным – нельзя.

– Разве в вертолете не хватит места для меня?

– Хватит, – пожал плечами дед, как будто все, что он говорил, было само собой разумеющимся.

– И почему я не могу лететь с ними?

– Каждый должен сам подняться на гору до посвящения. Они делали это не один раз.

– Ясно.

– Ты готова?

– Только отнесу телефон и планшет домой.

– Не бойся, мы не утонем, – ухмыльнулся Сэм.

– Ага.

И Мара отнесла в дом свои главные ценности, благо, идти было недалеко. В какой-то момент даже почувствовала себя осиротевшей, все похлопывала пустые задние карманы, в которых обычно носила телефон, и лишь потом вспоминала, что теперь ни музыку послушать, ни получить забавную картинку от Нанду, ни энциклопедическую справку от Брин. Надувная лодка, море, в котором непонятно, что случится быстрее: замерзнешь насмерть или просто утонешь, и старик, из которого и двух лишних слов не вытянуть. Море и старик. Старик и море. Нет, как ни крути, ни грамма радости эти слова не вызывают.

Сэм завел мотор, и Мара с облегчением поняла, что не придется грести. И хотя палок на дне лодки валялась уйма, они не были черенками для весел. И это радовало. Два рюкзака, сиденье. Сумка-холодильник и термос. Что ж, голодными они не останутся.

Берег Иллуаасака отдалялся от них, домики становились все меньше. И внезапно они показались не такими уж унылыми. Вполне себе уютные, а главное – теплые домики…

– И кто в этом году проходит посвящение кроме нас с Робом? – нарочито бодро спросила Мара, стараясь отвлечься от невеселых мыслей.

– Билл из семьи оленей карибу и Джон из нарвалов. Его мать белая сова, но, к счастью, все трое их детей – нарвалы. Джон – младший. Хороший парень, бойкий. В этом году совершит свою первую охоту.

Олень в Линдхольме был, не карибу, правда. Самый обычный. Эйнар с третьего курса. А вот нарвалов Мара еще ни разу не встречала живьем. Да и вообще с водными животными почти не общалась.

– Почти как на нашем гербе, – уголки рта Сэма дернулись вверх.

Теперь-то Мара знала, что это можно считать улыбкой.

– Каком гербе?

– Нунавута. Камни, олень, нарвал, полярная звезда и путь солнца.

Куда ж без солнца. Перевертыши к небесному светилу относились трепетно. Даже те, кто занимался наукой. Искренне верили, что все они – дети Солнца, как в той легенде, которую Мара прочитала в день своего знакомства с мисс Вукович. Мол, древние дети Солнца обладали уникальными способностями и знаниями, но когда простые люди обрушились на них с гонениями и инквизицией, утратили дар и стали перевертышами, чтобы скрываться преследователей.

Действительно, на свет перевертыши появлялись только в дни солнцестояния, но на этом совпадения заканчивались. Мара, как и Брин, относилась к этим легендам со здоровой долей скептицизма. Потому что не было никаких доказательств этих утраченных способностей. И никто не рассказывал толком, в чем они заключались. Такие они, современные люди: не за что не поверят в то, что не увидят собственными глазами. И даже если сам ты умеешь превращаться в орла и летать, то уж остальное-то наверняка враки.

Они вышли в открытое море, и поселение превратилась в еле различимую линию у горизонта. И лишь потом Сэм повернул к горе. Им то и дело попадались громадные куски льда, бесхозно болтающиеся на поверхности. Дед мастерски лавировал между ними. Не имея возможности пошевелиться и размяться, Мара основательно задубела. Надвинула капюшон на нос и скрестила руки на груди. Откуда бы взяться жаре в десять градусов, если до лета еще целых две недели?

В лазурной, почти бирюзовой глубине мелькнуло что-то светлое и гигантское. Снова исчезло. Потом вдруг показалось с другой стороны. Девочка вздрогнула. Да, акулы здесь не водятся, но…  Она исподлобья взглянула на Сэма: тот даже бровью не повел. Что ж, раз он спокоен, то и ей не стоит разводить панику. Однако едва она смогла принять невозмутимый вид, как нечто показалось снова, стремительно приблизилось к поверхности. Сначала воздух пронзила огромная игла. Стрела, копье… Длинное, не меньше полутора метров, и белое. Следом показалась туша. Серебристо-серая и необъятная. В разы превосходящая размерами саму лодку. Кит? Белуга? Кракен? Лицо Мары исказилось в немом крике.

– Намочишь мои вещи – и я забираю твою палатку, – сердито крикнул чудовищу Сэм. – И нечего пугать мою внучку, старый нарвал!

Девочка не успела перевести дыхание, как справа показалась еще одна туша, потом еще и еще…

– Поздоровайся, в самом деле, – шепнул ей дед. – Они специально задержались, хотели посмотреть на тебя.

– До… добрый день, – пробормотала Мара.

– Громче!

– ДОБРЫЙ ДЕНЬ! – заорала она со всей мочи, а потом еще и помахала.

Нарвалы издали оглушительный звук, нечто среднее между свистом и воем. И у Мары заложило левое ухо. Один за другим они ныряли и исчезали в глубине. Лишь через несколько минут один из них мелькнул далеко впереди. Плыли они при всех своих габаритах очень быстро.