Злая лисица - Кэт Чо

Девять наций присягнули династии Силла. Они построили пагоду императорского дракона с девятью этажами^[41]. Это был самый большой храм в Восточной Азии, и он символизировал силу Будды и Силла.

И тогда лисица отрастила еще восемь хвостов.

Девять хвостов – для силы.

Девять хвостов – для бессмертия.

6

В понедельник утром госпожа Квон угомонила учеников и начала классный час. Однако вместо того, чтобы, как обычно, объявить о повестке дня, она прочистила горло и зачитала что-то из своего блокнота.

– С сегодняшнего дня с нами будет учиться новая девочка – Ку Миён.

Женщина махнула в сторону открытой двери.

Первым делом Джихуну бросилось в глаза то, как тихо двигалась девушка.

Он удивленно приподнялся на стуле. За эти выходные он раз десять думал о ней, но уж точно не подозревал, что увидит ее в таком скучном месте, как школа. Тем более его школа.

В солнечном свете она выглядела поразительно – особенно лицо. Угловатое, точеное, с прямым носом, красивым изгибом бровей и темными глазами, обрамленными длинными ресницами. Парни все мгновенно выпрямились – точь-в-точь марионетки, которых разом потянули за веревочки.

– Представься, – попросила госпожа Квон.

– Меня зовут Ку Миён. – Девушка поклонилась. – Мы с мамой недавно переехали в Сеул. Рада с вами познакомиться. – Такую речь произносят все новые ученики, однако голос Миён звучал угрожающе, а в глазах читалась сталь. «Не подходите ко мне». Джихун все ждал, когда она его обнаружит, но девушка даже не задержала на нем взгляда.

– По-моему, я влюбился, – прошептал Чханван.

– Только слюнями стол не залей, – не глядя на друга, кинул Джихун. Все его внимание было приковано к Миён, которая упорно на него не смотрела.

– Можешь сесть рядом с Ли Сомин, – сказала девушке госпожа Квон.

Миён заняла предложенное место, опустив голову и полностью игнорируя любые попытки Джихуна попасться ей на глаза.

Закончив с объявлениями на сегодня, госпожа Квон удалилась под звонок с урока. Класс мигом заполнила болтовня. В эти несколько минут свободы, пока учителя переходили из класса в класс, ученики могли посплетничать или съесть запрещенные в школе снеки, заранее где-нибудь припрятанные.

Джихун обычно предпочитал перекус, но сегодня он встал и подошел к парте Миён.

Однако его тут же оттеснила Пэк Хана.

– Новенькая! – Хана была милой, но обычной: классическое овальное лицо, вздернутый нос, розовые губы. Идеально уложенная челка, идеально выглаженная плиссированная юбка. Джихуну она казалась похожей на фарфоровую куклу, только у кукол не было такого осуждающего взгляда и острого языка. – А где ты раньше жила?

Миён так долго не отвечала, будто бы собиралась проигнорировать вопрос. Но в конце концов произнесла:

– В Чолла-Намдо^[42].

– Прям во всей южной Чолле?

И снова длинная пауза.

– В Кванджу.

– У меня родственники в Кванджу живут! – Хана улыбнулась, но как-то прохладно. – А ты милая. Кто тебе пластическую операцию делал?

Джихун страдальчески закатил глаза. Все прекрасно знали, что Хана умоляла родителей сделать ей хирургию двойного века, и их отказ ничуть ее не обескураживал. Миён сжала кулаки и сложила их на коленях. Интересно, она сдерживалась, чтобы не дать Хане в челюсть?

– Хана-я, тебе что-то нужно? – спросила Сомин. Полкласса мигом замолчало, а некоторые и вовсе уставились на девушек в ожидании шоу.

Хана съежилась под взглядом Сомин. Обычно Джихун не злорадствовал по поводу чужих неприятностей, но сейчас испытал мрачное чувство удовольствия. Взгляд Ханы метался между Сомин и Миён. Она оказалась перед непростым выбором: поиграть с новой жертвой или же спасать свою шкуру?

Хана вздернула подбородок, и Джихун понял, что она сделала неверный выбор.

– Я просто подошла поздороваться с новенькой.

– Ну вот, поздоровалась. А теперь лучше сядь на место, пока учитель не пришел.

– Да без проблем. – Хана нервно пожала плечами. Все в классе знали, что с Сомин лучше не связываться.

– Я твоей помощи не просила, – раздался голос Миён. Все мигом повернулись к девушке, удивленные ее реакцией.

– Прошу прощения? – удивилась Сомин. Две огромные волны схлестнулись друг с другом.

– Не лезь в мои дела. – В классе стояла такая тишина, что слова Миён расслышали абсолютно все.

Сомин сжала челюсти, сдерживаясь, чтобы не сказать что-нибудь едкое. Но Джихун хорошо ее знал. Сомин редко удавалось держать себя в руках.

Весь класс затаил дыхание в ожидании грозы.

Но вместо этого открылась дверь и в кабинет зашел учитель математики Хон.

* * *

Джихун наблюдал за Миён со своего места.

Она сидела по диагонали от него, в соседнем проходе, и быстро конспектировала урок. Джихуну вспомнилось, как ловко она оторвала токкэби палец. Парень невольно содрогнулся.

Быстренько написав что-то на бумажке, он наклонился в проход и глянул на Хона. Учитель наблюдал за тем, как двое учеников у доски пытались решить задачу, и легонько бил бамбуковой палкой по ладони. Он часто хлопал этой палкой по доске, когда ученики засыпали. Если бы телесные наказания не отменили, наверняка бил бы ею и детей.

– Эй, – прошептал Джихун.

Миён перестала писать, но глаза от тетради не подняла. Джихун перекинул девушке бумажку, и та, ударившись о край парты Миён, упала на пол.

Девушка продолжила записывать за учителем как ни в чем не бывало.

– Эй, – уже настойчивее повторил Джихун, переходя на какую-то смесь из шепота и крика.

Кто-то наступил на записку, и Джихун скривился. Учитель поднял бумажку.

– Ку Миён, Ан Джихуну, похоже, не терпится повидаться с тобой после уроков. – Класс сдавленно сдерживал смешки. – Вы двое, за мной.

В коридоре он заставил их до конца урока сидеть на коленях, подняв руки вверх. У Джихуна тут же все разболелось.

– Чего ты ее не схватила? – спросил он.

Миён молча глядела перед собой.

– Ты же могла ее поймать. Я видел, какая ты ловкая.