Грань времени - Райса Уолкер

А где мама в этой временной линии? С ней все в порядке? К сожалению, у меня нет телепатической связи с другой-Кейт, и она продолжает свой монолог:

«С чего же начать? Хорошо, на этой неделе я узнала о стабильных точках. Что они из себя представляют, как их установить, почему они важны. У Кэтрин есть огромная книга с ними, и некоторые из них находятся в моем ключе ХРОНОСа. А еще я могу создавать новые или, по крайней мере, смогу создавать новые через пару недель, когда Кэтрин решит, что я готова.

Сейчас я в основном просто изучаю историю, без перерывов и выходных. Мои уроки либо о будущем и об этом их ХРОНОСе, либо о прошлом – местах и временах, в которые забрасывало историков. Мы занимаемся этим почти месяц, и мне уже начинает надоедать».

Несмотря на то, что мое посвящение в ХРОНОС прошло в более сжатые сроки, я хорошо помню, как мне приходилось часами просматривать «Журнал стабильных точек» в попытках точно выяснить, когда и где была убита Кэтрин. Я поднимаю свою кофейную кружку в сочувственном жесте: «Прекрасно тебя понимаю, сестра. Плавали, знаем».

И вот тогда мне приходит в голову, что именно так я и должна думать об этой другой-себе на экране – как о давно потерянной сестре-близняшке. Это не я. Да, то же строение клеток, но другое сознание. Какие-то воспоминания были общими, но в то же время разными. Она не враг, но и не является мной.

Я просыпаюсь на диване, не в силах вспомнить, как там оказалась. Потом замечаю дневник, лежащий на полу. Мои веки снова опускаются, я все еще немного сонная. Кроме информации о том, что мама получила какую-то годовую стипендию в колледже Италии, я не узнала ничего особенного о той временной линии. Мое второе «Я» скучает, Кэтрин и Коннор иногда действуют ей на нервы, и она нервничает из-за поступления в новую школу осенью. Я все больше убеждаюсь, что она не в Батесде или где-либо в районе Вашингтона. Она упомянула, что собирается в какой-то торговый центр под названием Water Tower Place.

Затем я вспоминаю, что Трей будет здесь чуть позже чем через час, и тут же ощущаю прилив энергии. К сожалению, это беспокойство имеет два корня. Я одновременно с нетерпением жду встречи с ним и ужасно боюсь этого. Я уверена, что скажу какую-нибудь глупость, и Трей решит, что у нас ничего не выйдет. Я не ощущала ничего подобного в прошлом, а он точно не станет переживать, что скажет лишнего. Если отношения начинаются с того, что девушка в первые же минуты знакомства признается в любви, работа парня в значительной степени уже сделана, не так ли?

Я захожу в душ и делаю глубокие вдохи в попытке успокоиться, пока мою волосы. Я ужинала с Треем здесь, в этом доме, по меньшей мере дюжину раз. Не из-за чего волноваться.

Но, несмотря на это, я все еще немного волнуюсь. И впервые с тех пор, как я вручила ему конверт с диском, я задумалась, правильно ли поступила. Ведь я обещала Трею, что найду его, как только вернусь, но мне еще столько всего предстоит. Даже если крупицы наших отношений волшебным образом встанут на свои места и это снова будем мы, как долго это продлится? Сколько пройдет времени, прежде чем очередной сдвиг отберет эти воспоминания?

Я решительно загоняю эти мысли обратно в дальний угол своего сознания. Тот факт, что Трей приедет сюда сегодня вечером и я увижу его меньше чем через час, должен радовать меня, а не печалить. Я смываю шампунь, и маленький листочек, который, должно быть, запутался в моих волосах, скользит вниз по моей ноге. Он красного цвета, с золотыми крапинками, и я понимаю, что, должно быть, принесла его сюда с Дили-Плаза.

Я смотрю на этот лист, который летал в воздухе в день смерти Кеннеди, за десятилетия до моего рождения, как он кружится в ванне с пузырьками шампуня, устремляясь к сливу. Меня внезапно охватывает желание спасти его, но, прежде чем мои пальцы успевают ухватиться за него, он ускользает в слив.

* * *

– Кэтрин, может, принести тебе что-нибудь другое? Со вчерашнего вечера остался куриный салат.

Мы все уже несколько минут как поели. Кэтрин, в свою очередь, только ковырялась в тарелке, откусывая кусочки вялой лапши и отодвигая в сторону грибы и все остальное, что хоть немного хрустит.

– О нет, – говорит она. – Я не очень голодна, Гарри. Лазанья получилась прекрасной, несмотря на то что ее пришлось разогревать.

Трей опоздал всего на двадцать минут, что вовсе неплохо, учитывая то, что пробки в этой местности непредсказуемы. Он позвонил заранее, чтобы предупредить нас, что опаздывает, и очень сильно извинялся, так что со стороны Кэтрин было очень невежливо снова поднимать этот вопрос, даже косвенно.

Я бы могла списать это на ее непредсказуемые перемены в настроении, но сейчас я почти уверена, что это намеренно. Она считала, что с моей стороны было глупо давать Трею диск, и не слишком обрадовалась, когда я сказала ей, что приглашаю его на ужин. Любая секунда, которую я не провожу, уткнувшись носом в дневник или отыскивая ключи ХРОНОСа, по ее мнению, очевидно, потрачена впустую. И все же она могла бы быть вежливее.

Наверное, я могла бы ограничиться лишь сердитым взглядом, но, увидев лицо Трея – смущенное, немного обиженное, – уже не в силах была держать язык за зубами:

– Лазанья превосходна, Кэтрин. И, ради всего святого, это же лазанья. Она должна быть хрустящей по краям.

А потом я осознаю, что произнесла это пронзительно и злобно и что это вовсе не та картина, которую должен был наблюдать Трей, едва со мной познакомившись. Поэтому я улыбаюсь ей, надеясь выдать мои слова за шутку.

Она не улыбается в ответ, а просто отодвигает свой стул и говорит:

– Трей, было приятно познакомиться… снова. Пожалуй, я пропущу остаток вечера, потому что устала и подозреваю, что Кейт все равно рано или поздно придется снова нас познакомить. И, пожалуйста, постарайся не слишком задерживать Кейт. У нее завтра много работы.

А Трей, как всегда, максимально вежлив.

– Буду рад, миссис Шоу. Я обещал отцу, что буду к десяти, так что мне все равно придется уехать через час.

Это звучит довольно странно. Обычно мы закруглялись только к полуночи… раньше. Если у Трея и был комендантский час, он никогда не упоминал об этом, и в десять часов? Да уж. У меня такой комендантский час был в средней школе.

Я помогаю папе с подачей чизкейка. Коннор берет себе кусочек и уходит, вероятно, чтобы проверить, как там Кэтрин. Папа, Трей и я болтаем о Брайар Хилл, о том, нравится ли Трею его школа в Перу, и о рыболовной поездке в Коста-Рику, которую папа совершил несколько лет назад.

Я наблюдаю, как Трей рассказывает папе о рыбалке в Перу. Его волосы теперь немного длиннее и светлее, а кожа потемнела на несколько оттенков. Его нос чуть порозовел в некоторых местах, будто пару дней назад пострадал немного от солнечного ожога. Наверное, летом он обычно выглядит так. В прошлый раз мы не успели встретить лето. Мне хочется просто сидеть и смотреть на него, но я заставляю себя отвести взгляд, чтобы не выдать своей помешанности.