Задание "Попадос" - Рианнон Шейл

В морозилке было все, кроме льда, поэтому я взяла замороженный стейк, обернула его в полотенце и приложила ко лбу ректора. Тот сидел на диване чуть расставив ноги в стороны и держал замороженный стейк. Запах халата разошелся и слегка обнажил накаченный торс ректора. Какое счастье, что на нем были штаны! Хотя как-то неправильно. Нормальная девушка при виде такого мужчины, наверное, должна думать: "О, пресвятые лепреконы, ну почему на нем штаны?"

Впрочем, кто сказал, что ведьмы нормальные? Родовые заклинатели уж тем более в эту категорию не входят.

Нахальные глаза, не ректора – мои, проскользнули по телу, оценивая пресс, над которым явно отлично поработали. Сурдо поднял голову и взглянул на меня мутным взглядом, а после съехал по дивану и чуть не свалился. Какое-то волнение и тревога обуяли меня. Я уже и забыла, что пришла из-за фолианта. Долг ведьмы призывал меня помочь бедолаге-менталисту. В конце концов, он тоже меня не оставил в реке. Я помогла ему расположиться на диване, и даже поправила подушку, за что получила какие-то смешинки в его глазах. Не понимаю... Его забавляет эта ситуация?

– Я отварю вам отвару.

– Отравишь меня отравой?

– Отвар заварю! – стремительно придя на кухню, смотрю в котел с зельем. В смысле в кастрюлю с отваром. – Ещё и глухой, – бормочу под нос. – Бедовый! Вроде уже старый, сколько ему там, сорок? Но выглядит ещё молодо. И все равно бедовый. – и вскользь оборачиваюсь, поглядываю на менталиста в надежде, что не услышал "мысли вслух".

Запах целебных трав разнёсся моментально, и даже мне дышать стало легче. Я добавила еще немного воды и несколько цветков, домешивая это супер зелье, которое кого угодно поднимет с любого состояния. Ну, или же отправит к некроманту. Такой вот рецепт мне передала БА спасающий от любой хвори, кроме одной. Разбитого сердца.

– Скоро будет готово, – ответила, подходя, но тот уже спал. Грудная клетка тяжело вздымалась, и мне казалось это странным, что такого сильного мага-менталиста повалила на спину какая-то простуда. Правда, если он всю неделю сидел и ничего не предпринимал, вполне возможно, болезнь до неприличия быстро решила распространиться во всем теле.

Почти размороженный стейк покоится на полу. Ну вот. Можно приготовить поздний ужин. Невзначай касаюсь пальцами лба, и тот резко хватает меня за руку.

– Не уходи. Останься, – бормочет еле разборчиво. – Руки ледяные у тебя, Эсса. Так приятно.

Он что, в бреду? И кто такая Эсса? И почему ректор ходит по кафешкам с Сэдриной? ХА! Значит, вы ловелас, товарищ Сурдо? Болейте тогда на здоровье!

Но жалость к менталисту превысила, и я положила вторую руку на лоб. Это меньшее, что я могу сейчас сделать. И, кажется, через минуту он снова крепко провалился в сон. Любопытство позволило мне пойти на риски, и я заглянула в его ауру. Там, прямо на его груди металась черная тварь.

Ах ты ж змея волосатая!

Я хватаю гадюку, и та дёргается у меня в руках как угорь на сковороде. А угорь, между прочем, вкусный и полезный! Чего не сказать об этой пушистой твари. Змея и вправду пушистая. Видали когда-нибудь такую? Нет? Значит, вам неимоверно повезло, потому что волосатая змея – это не что иное, как ведьмовское проклятье. То есть моё, то самое, которое я отправила в ректора, когда тот окатил меня из лужи, пролетая на автомобиле. Ну, это он еще легко отделался! В ведьмовском арсенале и не такие твари обитают. Теперь ясно отчего я заболела. Это был чертов откат! Нечего было без надобности проклятье слать.