Пробуждённая луной - Юлия Адриан

– Я не знала, что могу забирать магию, – говорю я. До тех пор, пока он… да, пока он чуть не умер. О боже. Одна эта мысль вызывает у меня тошноту.

– Мы квиты. Я спас тебя, теперь ты меня.

Я сглатываю.

– Я бы не вынесла…

– Прекрати! – кричит он мне. – Ты нас чуть не убила!

– Мне очень жаль, – говорю я в четвертый раз за такое короткое время. – Я не привыкла быть слабой и человечной. Для меня это ново – чувствовать так много.

Его голос леденеет.

– Эти люди чувствуют так же. Каждый день им приходится заставлять себя не поддаваться желанию мечтать о другом будущем. Потому что одна только такая мысль подвергла бы их всех величайшей опасности. Этот дом – их последнее прибежище.

– Знаю, – говорю я. Моя радость по поводу удачного завершения битвы гаснет. – Я виновата.

– Верно, – рычит он.

– Я чуть не убила их.

– Так и есть.

– Мне очень жаль, – повторяю я.

– Это никому не поможет.

Он зажигает факел. Маленькое голубое пламя. Оно тянется вверх, оно пляшет. Глаза охотника на ведьм пылают, словно раскаленные угли.

– Контролируй свои мысли. Свои чувства.

– Да, – шепчу я. Против моей жизни он – ничто, но я все же чувствую себя глупым ребенком. Он учит меня тому, что мне давно стоило бы знать. Впервые за множество лет я чувствую стыд.

Охотник на ведьм поворачивается и шагает по проходу. Я с трудом ступаю босыми ногами по холодным гладким камням. На мне только рубашка охотника на ведьм. И больше ничего.

Нам пришлось так много оставить там, в домике. Его плащ. Его арбалет. У нас нет еды, нет питья. Только маленький осколок бриллианта надежно зажат в моей руке. Его крошечное пламя согревает мои пальцы, дарит немного утешения.

Я следую за сиянием факела, погружаясь в лоно земли. Стены туннеля влажно блестят, воздух душен, почти как в башне. Мне плохо. Тесно, тут так тесно.

Я сосредотачиваюсь на монотонном журчании подземных течений, гуле камней. Они поют свою песню – и я ее слышу. Я слышу ее!

Мне так хочется развернуться, побежать к Корду и рассказать ему о песне камней. Но я знаю: больше они меня не пустят. Теперь я их враг и не смогу войти: точно так же, как волки и северный ветер.

Я кладу руку на жесткую скалу, ощущая ее бесконечную старость, рядом с которой даже я кажусь молодой. И пусть моя магия забыла меня, горы – нет. Они дрожат в благоговении, в немом изумлении. С возвращением!

– Что ты делаешь? – Охотник на ведьм отбрасывает мою руку. Туннель дрожит, стены стонут. Отдаленный грохот. Что-то рушится. – Хочешь убить нас?

– Я… нет, – заикаюсь я. – Я просто слушала песню гор.

Он недоверчиво качает головой и хватает меня за руку:

– Пойдем.

Его шаг быстр, земля ровная: дорога. Изящно выточенные ступени, изогнутые арки. Большие залы чередуются с маленькими. Тесно жмутся друг к другу фасады некогда величественных сооружений. Они были мастерами. Они создали подземный город.

– Это он? – с благоговением спрашиваю я. Я не знаю этого мира. Сотворенного и разрушенного за время вечного сна.

– Город под горами, – коротко отвечает он.

– А твои друзья, почему они не возвращаются и не живут здесь? – тихо спрашиваю я, стараясь не нарушить спокойствие города-призрака.

– Потому что не могут, – говорит он и через некоторое время загадочно добавляет: – Потому что произошло несчастье.

Зияющие жерла ведут направо и налево, скрывают обширные части некогда наполненного жизнью города, хранят тайны давно минувших времен. Мне почти кажется, что я слышу шаги бывших обитателей и вижу, как сверкающие золотом фасады их домов сверкают в свете фонарей. Воспоминания Семи поддерживают этот город: пока существуют последние стражи города среди гор, будет существовать и он.

Охотник на ведьм спешит дальше. Он не колеблется. Он знает дорогу. Он уводит меня в глубь бесконечных лабиринтов. Далеко позади нас, словно отдаленное эхо, я слышу жалобный вой северного ветра. Он не может следовать за нами. Он нас не найдет.

– Расскажи мне об этом мире, – прошу я своего спутника, но он молчит. Его рука обвилась вокруг моей, мы идем. Моя ладонь покоится в его.

Я не знаю, сколько часов мы идем, а может, это дни. Охотник на ведьм неутомимо тянет меня вперед. Его силы кажутся неисчерпаемыми. Я повинуюсь, я двигаюсь, несмотря на потерю своей магии, несмотря на человеческую усталость. Все, что я чувствую, – его близость. Она – это все, что мне нужно.

В какой-то момент мы достигаем большого зала, о котором говорил младший. Каменные колонны тянутся в бесконечную кромешную тьму. Наши шаги отражаются от стен. Мы пришли.

Охотник на ведьм поднимает факел, и, как по волшебству, его свет разгорается все ярче и ярче, являя взору трое врат, которые когда-то вели в последние туннели. Теперь в скале насмешливо зияет только средний ход. Остальные похоронены под тяжелыми глыбами.

– Черт возьми! – Его проклятие эхом отражается от стен, будто это город насмехается над нами. Измученная, я прислоняюсь к нему, кладу голову на его плечо.

– Что нам теперь делать? – спрашиваю я, с трудом подавляя зевок.

– Спроси у камней! – с издевкой произносит он. Я знаю: охотник злится. Я для него обуза.

– Передохнем. – Он еще не решил, как действовать дальше. Сначала передохнем.

Перспектива отдыха переполняет меня усталостью. Охотник уводит меня подальше от зияющих ворот, подальше от завалов. Я едва чувствую, как он прислоняет меня к колонне. Я засыпаю еще до того, как полностью опускаюсь на землю. Он разбудит меня – в этом я уверена.

– Проснись, Спящая Красавица, – мягко говорит он. – Хватит спать.

Потягиваюсь, зевая. Темно – факел погас. Но высоко над сводами сверкают сотни искр. Голубое пламя, заключенное в алмазные клетки.

– Звезды преисподней, – тихо произносит охотник на ведьм. Моя голова покоится у него на коленях, его голос доносится откуда-то сверху. Он сидит, прислонившись к колонне. Я не могу его видеть, и все же у меня возникает странное ощущение, что он пристально наблюдает за мной.

– Звезды, я так давно не видела звезд…

Изменились ли они? Может, какие-то из них погасли?

– Для того, кто проспал последние сто лет, ты слишком много спишь.

– Сто лет? – восклицаю я.

Я слышу его тихий смех.

– Чуть больше.

– И насколько?

Он не торопится с ответом.

– Гораздо больше.

Так долго? Я сажусь, хватаю его за руку. Его пальцы переплетаются с моими.