Бард 4 - Евгений Лисицин

Реакция гарема на наше появление вместе с девятью новыми рабынями не поддавалась никакому описанию. Белка вообще потеряла дар речи. Пришлось поспешно успокаивать темную, мол, я спас ее сородичей от ужасной участи. Наградой мне стало подскочившее до максимального отношение и бросившаяся в мои объятия девушка, заливающая слезами рубашку. Да что они все плачут?! Какая-то дурная привычка, ей-богу.

Перепоручив растерянных новеньких Марфе, я заверил девушек, что не собираюсь их трогать, если они сами не захотят, и приказал отдыхать. Пока поселим их в доме прислуги.

— Им нельзя оставаться здесь, — заявила Уна много позже, когда мы, наконец, перенеслись в спальню. Фея расчесывала волосы, сидя на краю кровати, пока утомленная после полного страсти вечера Белка умиротворенно сопела с другой стороны, — у нас небезопасно.

— Отправим их в Неряхино?

— Девять экзотичных рабынь, каждая из которых потянет на пару сотен тысяч? — с улыбкой спросила меня Уна. — Они даже до Владимира не доберутся, а сами мы их сопроводить не сможем.

Да уж, задачка! Нельзя поддаваться эмоциями — от них одни проблемы. И коттедж не купишь для лишних ушей, банально не было свободных. Вот бы мне телепорт… Минуточку! У меня же есть!

— Я все продумал, — с гордостью сказал я, — пока приставим к ним охрану, а на выходных отправимся в Мурмирис. Мурра побудет дома, познакомим девчонок с Ларкарисой. Может, концертик дадим…

— Ты гений! — с готовность поддержала меня фея. — Город нелюдей как нельзя лучше для них подойдет! Там все такие дружелюбные, мигом души исцелят!

— Может это они с тобой такие дружелюбные, — попытался я урезонить излишне воодушевленную фею, но меня уже не слушали. И я сразу сдался. Когда к тебе прижимается горячая девушка, совершенно не до разговоров…

Глава 5 «Газеты и глобальный квест»

Честно признаюсь, период обучения в Академии оказался слишком бурным. С момента попадания в новый мир произошло столько событий, что, наверное, хватило бы на несколько жизней. Особенно с учетом моих последних лет, что проходили весьма спокойно и однообразно. В той жизни я редко покидал уютную квартиру, пользовался услугами доставки и прочими прелестями цивилизации. А здесь я оказался в бурном водовороте событий и никак не мог выплыть на твердую землю. Особенно меня подкосила встреча с Зинтариель…

Сколько мне нервов стоило разобраться с очередными происками извращенца Владика, но слава богу все закончилось. Освобожденных темных эльфиек мы на следующих выходных отправили в Мурмирис, где их приняли весьма радушно, ну и сыграл я там небольшой акустический концерт, подняв местным зверолюдям настроение. Но мне не особо это и помогло.

Не буду кривить душой, — вся эта движуха мне, конечно, нравилась. Но, похоже, наступило время для рефлексии, переходящей в депрессию.

Помимо самочувствия, плохое настроение усугубляли погодные условия. Ноябрь уже подходил к концу и чувствовалось приближение календарной зимы. Температура снизилась градусов на десять. Знойная жара переросла в весьма комфортную летнюю пору, похожую на Москву из прежнего мира в июне.

Я уже выяснил, что в этом варианте России климат после глобального конфликта кардинально изменился. Зима в том виде, в котором я привык ее видеть, существовала только в Якутии или на Баренцевом море. И славнно, расстраиваться я точно не собрался. Любви к снегу, льду, холоду и прочим забавам я нисколько не испытывал. Тем более в городе все становится серым, грязным и унылым.

Понятно, что первой мое состояние заметила Уна.

В пятницу, после традиционного «семейного» ужина, на котором присутствовали Вяземские, Симонова и Светлана, Уна решила провести со мной душевную беседу. Я задумчиво потягивал медовуху (этот слабоалкогольный напиток Марфа готовила просто божественно), наблюдая за традиционной пикировкой эльфиек. Зинтариэль несколько раз косилась на меня, ожидая какой-нибудь реакции. Но я игнорировал ее взгляды, решив подзабить на сумасбродную принцессу.

Раздавшийся в голове мысленный голос моего фамильяра ненадолгло оторвал меня от меланхоличных раздумий.

«Саша, нам нужно поговорить».

Четыре самых нелюбимых мужских слова отлично сочетались с необычно серьезным голосом феи.

«О чем?»

«О тебе».

«Интересно… Продолжай».

«Последнее время ты мне не нравишься. Задумчивый какой-то. Вялый. Тебе нужно отдохнуть. Сменить обстановку».

«Зачем?» — с любопытством осведомился я.

«Как зачем? Я же вижу… У меня есть предложение», — фея вдруг замолчала, взяв настоящую театральную паузу.

«Какое?» — а вот теперь заинтриговала. — «Хватит уже пауз. Рассказывай».

«Предлагаю в выходные выбраться в город…»

«Ты же прекрасно знаешь, что существует негласное правило. Подобные визиты даже в выходные у первокурсников не приветствуются. К тому же…»

«Не приветствуются?» — в голосе феи слышался неприкрытый сарказм. — Я не сомневаюсь, что Скуратова тебя куда угодно отпустит! И кстати… она по прежнему к тебе не ровно дышит».

«Уна, прекрати! Она — декан. И старше меня. И точно ничего не ждет — дала понять в прошлый раз…»

«Ой», — зазвенел в голове веселый смех феи, — когда это кому мешало? Декан деканом, однако это не мешает ей оставаться женщиной. Не понимаете вы, мужики, ничего!».

«Уна», — я постарался передать в нашей мысленной беседе свое раздражение.

«Ладно, мы еще вернемся к этому разговору, — тактически отступила моя собеседница, после этого вновь перейдя в атаку на другом фланге, — я к тому, что тебя отпустят без разговоров…»

«Допустим, — мысленно вздохнул я, — и что ты придумала? Выберемся мы в город, и что?»

«Как что?!» — в голосе феи было столько неподдельного праведного негодования, что я не смог сдержать улыбку. Со стороны, наверное, смотрелось немного идиотически. Ничего, остальные давно привыкли к нашим мысленным перепалкам, а если нет, не мои проблемы.

«Прошвырнемся, — продолжила демон-соблазнитель в юбке, последнее время все чаще использующий в разговоре мои «мусорные» словечки из прошлого мира, от которых я сам никак не мог избавиться. Причем, частенько применяла в совершенно неправильном смысле, но это совершенно не останавливало новоиспеченного «филолога», — в субботу намечается концерт на Красной площади. Местные певцы тебе не чета, но послушать интересно. Обещают медовуху на разлив, скоморохов и прочих цыган. В общем, полный атас!»

«Уна, ты хоть знаешь смысл слова «атас»? — мне оставалось только сделать мысленный жест рука-лицо.

«Конечно, знаю, — возмутилась фея, — будет очень весело!»

Объяснять что-либо вбившей себе в голову Уне было бессмысленно.

«Я уже договорилась с деканом, так что можешь расслабиться. Завтра мы идем на концерт.