Город стекла - Кассандра Клэр

— Прости, Макс, — нахмурился Джейс. — Комната нужна нам. Будет взрослый разговор.

— Из зала прогнали Иззи и Алек. У них там тоже взрослые разговоры, — пожаловался Макс. — Куда мне податься прикажешь?

Джейс только плечами пожал:

— Найди куда. — Указал большим пальцем на дверь и велел: — Пора уже трудиться на благо родины, пацан. Вали давай!

Раздосадованный, Макс поплелся к выходу, прижимая к груди выпуск манги. Саймон почти жалел мальчугана: фигово, когда ты вырос и хочешь знать, что вокруг происходит, а все тебя куда-то посылают. Проходя мимо Саймона, малыш глянул на него подозрительно. «У-у, вампирюга», — говорил этот взгляд.

— Не стой, входи, — поторопил Саймона Джейс.

Он закрыл за Максом дверь, и в комнате стало темновато, даже для Саймона. Пахло пылью. Джейс прошел в дальний конец комнаты и раздвинул занавески, за которыми было венецианское окно с видом на канал. Вода с плеском ударялась о самые стены дома, всего в нескольких футах под окном, за обветренными резными перилами из камня. Узор на перилах изображал руны и звезды.

Джейс хмуро посмотрел на Саймона:

— Какого хрена, вампир? Что не так?

— У меня? Ты приволок меня сюда.

— Иначе бы ты раскололся — типа, Клэри собиралась в Идрис. Знаешь, что тогда начнется? Ее вызовут сюда, приведут насильно. А я тебе говорил, почему этого допускать нельзя.

Саймон покачал головой:

— Я тебя не пойму. То действуешь так, будто, кроме Клэри, тебя ничто не волнует, то…

Джейс смотрел на вампира. В столбе света плясали пылинки, образуя подобие занавеси между парнями.

— То — что?

— Флиртуешь с Алиной. Не похоже, что Клэри для тебя важней всего.

— Не твое дело, вампир. Тем более Клэри мне сестра. Сам знаешь.

— То же самое было при дворе фей. Я помню слова королевы: «Девушку освободит поцелуй, которого она желает больше всего на свете».

— Помнишь, помнишь… Эти слова у тебя в мозгу выжжены, да, вампир?

Неожиданно для себя Саймон издал глубокий гортанный звук.

— Зачем спорить? Я не соперничаю с тобой за Клэри. Это глупо.

— Тогда почему говоришь подобные вещи?

— Потому, — проговорил Саймон. — Если хочешь, чтобы я лгал — не Клэри, а всем твоим друзьям Охотникам, — будто Клэри расхотела идти в Идрис, и если хочешь, чтобы я притворился, якобы не знаю о ее силе и истинных способностях, то придется оказать мне кое-какую помощь.

— Прекрасно, — ответил Джейс. — Чего изволите?

Некоторое время Саймон смотрел мимо Джейса на ряды каменных домов у канала, на торчащие поверх крыш с бойницами хрустальные башни.

— Ты любым доступным способом убедишь Клэри, что не любишь ее. И не говори — достало уже, — будто ты ее брат. Я помню. Хватит обманывать Клэри. Совместного будущего у вас нет. Да, Клэри мне самому нравится, но говорю я как друг, который не желает ей боли.

Джейс опустил взгляд себе на руки. На изящные пальцы, сбитые костяшки и тонкую белую паутинку на тыльных сторонах ладоней. Руки не мальчика — воина.

— Я уже говорил. Сказал, что буду Клэри только братом.

— А-а… — произнес Саймон. Вот тебе раз, Джейс моментально сдался! Новый Джейс заставил Саймона устыдиться своего требования. Клэри не говорила о вердикте Джейса… да и с чего ей признаваться? В последнее время, стоит кому-то упомянуть имя брата, как она становится тихой, замыкается в себе. — Значит, с этим решено. Остался последний момент.

— Да? — без энтузиазма спросил Джейс. — Ну, говори!

— Что сказал Валентин на корабле, когда Клэри начертила руну? Вроде на иностранном? Меме что-то там…

— Мене, мене, текел, упарсин, — слегка улыбаясь, поправил его Джейс. — Неужели не узнаешь? Слова из Библии, вампир. Из старой. Твоя ведь книга?

— Я, может, и еврей, но это не значит, что у меня в голове хранится Ветхий Завет.

— Такова была надпись на стене: «Исчислил Бог царствие твое и положил конец ему; ты взвешен на весах и найден очень легким»[4]. Знамение судьбы, предвещающее конец империи.

— А Валентин тут при чем?

— При делах все мы. Талант Клэри перевернет представление Конклава и закона о мире. Ни один человек не в силах создать новую руну или начертить одну из тех, какие сотворила Клэри. Подобное под силу ангелам, и раз уж Клэри наделена такой мощью, значит, мир меняется. Законы меняются. Вот тебе и знамение. То, что прежде являлось верным, верным быть перестает. Восстание ангелов принесло конец привычному миру, расколов небеса надвое и создав преисподнюю. Теперь измениться могут нефилимы. Идет небесная война, вампир, и победит только одна сторона. Мой отец считает победу своей.

* * *

Воздух был холоден, и плащ не просох, но Клэри порядком взмокла, пот стекал с нее градом. Под быстро темнеющим небом Люк тащил девушку за руку. Впереди уже показался Аликанте: город стоял в тенистой долине, разделенный надвое серебристой лентой реки. Она входила в город и словно пропадала, выходя по ту его сторону. К крутому склону холма жались домики: медового цвета стены и крыши красной черепицы, темные круто изогнутые улочки, а на вершине холма — строение из темного камня, с виду невесомое и снабженное колоннами. С севера, юга, востока и запада от него стояло по сверкающей башне. Точно такие стояли между домов — изящные, высокие, словно выточенные из кварца, этакие гигантские стеклянные иглы, нацеленные в небо. Лучи заходящего солнца высекали из башен блеклые радуги, как спичка высекает искры из коробка. Глядя на них, Клэри испытывала одновременно и радость, и неприязнь.

Если не видел Аликанте и его хрустальных башен, считай, не видел города вообще.

— Что-что? — спросил Люк. — Ты что-то сказала?

Клэри сама не заметила, как процитировала поговорку вслух. Смутившись, она повторила.

— От кого ты ее слышала? — удивился Люк.

— От Ходжа. Он говорил нечто подобное.

Присмотревшись к девушке, Люк заметил:

— Ты вся красная. Как себя чувствуешь?

Шея болела, начался жар, во рту пересохло, однако Клэри просто ответила:

— Все хорошо. Давай уже дойдем до города.

— Ладно. — Люк указал на границу Аликанте. Там, где заканчивались здания, стояла изогнутая арка. В ее тени нес вахту Сумеречный охотник. — Это Северные врата, через которые дозволено входить нежити. Если, конечно, есть письменное разрешение. Прибудь мы по делу, официально, и имейся у нас подписанная кем надо бумажка, мы прошли бы через них.

— Вокруг города нет стен. — Клэри тоже указала в сторону арки. — Какие же это врата?

— Барьер невидим, но он есть. Стоит под управлением башен вот уже тысячу лет. Сама почувствуешь на себе его силу. — Оборотень посмотрел на Клэри, задержав взгляд на ее прищуренных глазах. — Готова?