Бард - Евгений Стерх

– Теперь вот что, дорогой господин Крейн, – откинувшись в кресле, обратился к Бобу Тибо, – скажи-ка мне, а зачем тебе вообще все это нужно? Ты рассчитываешь прославиться в этом походе или заработать денег?

– Я рассчитываю свернуть шею поганому отравителю! – угрюмо ответил гигант-молотобоец.

– Отлично! – прихлопнул в ладоши Тибо. – Знаете, вы вдвоем очень друг другу подходите. Но, несмотря на твое бескорыстие, Боб, я хочу предложить тебе небольшую плату за то, что ты будешь помогать нашему ученику готовиться к поездке и сопровождать его в пути. Скажем… один золотой в неделю за твои услуги и… молчание! Молчание, мой дорогой друг! Идет?

Боб сумел только кивнуть в ответ.

– Вот и хорошо! – радовался магистр. – Теперь, Жюль, ты должен составить список снаряжения, необходимого вам в пути, а вместе вы подыщите себе место, где будете складывать это снаряжение. Не хочу, чтобы за этим наблюдала вся академия. Пока все, свободны. Вечером, Жюльен, доложишь о своих успехах.

Мы вышли в коридор, и Боб спросил меня:

– Слушай, а что, этот господин магистр, он всегда такой щедрый?

– Щедрый? – переспросил я.

– Ну да, – кивнул Боб. – Целый золотой в неделю! Да мне за эти деньги месяц надо кувалдой махать!

Я задумался. Будучи учеником и практически не имея забот о крове и питании, реальной цены деньгам я не знал. Впрочем, кое-что я соображал после своего путешествия на остров Фрунжима, но опять-таки часть денег мне тогда выделил магистрат, а еще часть я заработал благодаря эльфийской карте.

– Вообще-то нет, – поразмыслив, ответил я. – Знаешь, меня самого немного удивляет отношение Тибо к этой экспедиции, он как-то странно себя ведет. Но дело в том, что Северный берег – очень богатый край, и Тибо рассчитывает, что кое-какие из этих богатств мы сможем принести и ему. Отсюда, очевидно, и его щедрость. Кроме того, он может знать и о таких богатствах, о которых не знаю я, и пока молчит из соображений секретности. Это может быть старинный артефакт или очень ценная книга – не знаю. Возможно, он скажет об этом в последний день, перед нашим отъездом.

– А-а-а… – протянул Боб, и по его тону я догадался, что он понял далеко не все из сказанного мною. – Слушай, Жюль, а насчет этих… ящеров он серьезно говорил?

– Конечно! – теперь уже я удивился. – Ты же сам сказал, что никакая лошадь, кроме тяжеловоза, тебя не выдержит. Вывод сам собой напрашивается – нужно ехать на ящерах, они намного сильнее и выносливей. Кроме того, Тибо прав – в драке ящер намного полезнее лошади. Другой вопрос – где их взять, если не в конюшне академии? Никто, кроме темных эльфов, не выращивает ящеров, это их тайное ремесло, тайное оружие. Они продают уже взрослых, воспитанных и дрессированных зверей, но очень мало, а чаще просто сдают напрокат. Никто точно не знает, сколько у темных эльфов ящеров – возможно, сотня, возможно, тысячи. Правда, триста лет назад состоялась великая битва между кланом Жестоких Теней и армией графа Полтасара. Эльфы выставили тогда около трехсот всадников на ящерах, и они практически разметали двухтысячное войско графа. Правда, и сами полегли почти все. – Рассказывая Бобу о ящерах, я решил отвести его в конюшню и на первом этаже академии свернул в коридор, ведущий на задний двор. Там, под основным зданием конюшен, были устроены искусственные гроты, в которых и содержались ящеры академии. – Всадники на ящерах – страшная сила. Сам по себе ящер – очень сильное, выносливое и свирепое животное, у него почти шестьдесят острых как бритва зубов, мощные когти и шипы на хвосте, которыми он пробивает толстые доски и запросто перебивает хребет лошади. У ящеров толстая чешуйчатая шкура, а когда эльфы выступают на них в сражении, они еще и надевают им на морды и грудь броню, так что зверь становится почти неуязвим. Темные эльфы умеют не только управлять ящерами, но еще и направлять их ярость в нужное русло. Обученный всадник, который и сам по себе очень опасен, еще и умело руководит таким грозным зверем – такая парочка стоит как минимум троих человеческих всадников на лошадях или парочки обычных эльфов на единорогах.

Мы уже подошли к конюшне, но Боб, очевидно, не подозревал, куда я его веду. Поздоровавшись со старшим конюшим, я сказал:

– Нам нужно вниз, именем барда Тибо.

Конюший меня прекрасно знал в лицо, знал о моих особых отношениях с казначеем и потому только кивнул, тут же вернувшись к своим делам.

– Какие страшные твари! – с нотками ужаса и восторга одновременно воскликнул Боб. – Ни за что на таких не буду ездить!

– Я сказал то же самое, когда впервые увидел ящера, – сообщил я ему. – Однако Митко быстро меня переубедил.

Мы спустились по лестнице, я открыл тяжелую дубовую дверь в подземелье, пропустил Боба вперед и вошел сам. Прежде чем Боб успел понять, куда мы попали, я уже захлопнул дверь и закрыл ее на засов. И тут же Грейзер – мощный темно-красный самец с противным характером, сидевший в ближайшем от двери загоне, с рычанием бросился грудью на загородку.

– Ох! – только и выдохнул Боб в ужасе.

– Не бойся, – успокоил я его. – Грейзер – малый противный, но он не будет ни на кого нападать, пока не получит боевой команды или не подвергнется нападению сам. В этом весь фокус – темные эльфы продают ящеров уже обученными, они беспрекословно подчиняются людям, которые ими управляют. За одним только исключением – ящер никогда не нападет на темного эльфа. Как и почему – никто не знает. Ящеры не поддаются людской дрессуре. Их невозможно научить ничему, кроме того, что они уже знают. Очевидно, эльфийская магия. Не бойся его, он просто тебя дразнит. У Грейзера – отвратительный характер, он хулиган. Но ты пришел со мной, а меня он знает, потому не тронет тебя. Да, Грейзер? – спросил я и, просунув руку в загородку, почесал зверю морду, у ноздрей. Грейзер довольно сощурился и лукаво посмотрел на Боба, дескать, как я тебя напугал, а? Боб же, несмотря на мои объяснения, все равно жался к стене.

Чувствуя страх человека, Грейзер начал радостно помахивать хвостом и скалить зубы. Частокол этих грозных ножей произвел на молотобойца неизгладимое впечатление, а утыканный шипами хвост, со свистом и размеренностью маятника рассекающий воздух, Боба просто околдовал. Он смотрел на него не в силах отвести взгляд. Довольный Грейзер зарычал и растопырил когти на коротких передних лапах – четыре отточенные бритвы на каждой.

– Не наглей, Грейзер, старый баламут, – сказал я ему, и ящер тут же перевел на меня испытывающий взгляд своих желтых глаз. Митко, перед тем как первый раз подвести нас к ящерам, предупреждал:

– Перед тем как позволить вам сесть на себя, ящер заглянет вам в глаза. Если вы выдержите этот взгляд – сможете спокойно им управлять. Нет – он будет носить вас до поры до времени, постоянно устраивая вам мелкие пакости. А если, не дай бог, вам придется столкнуться в бою на ящере с темным эльфом – зверь просто сбросит вас и разорвет.

Мне тогда выпало ехать как раз на Грейзере, и он, так же как теперь, заглянул мне в глаза. Я упрямо нагнул голову, но взгляда не отвел. Мне тогда показалось, что Грейзер усмехнулся и позволил взобраться ему на спину. Вот и теперь, встретившись с моим взглядом, ящер, казалось, улыбался. Затем отвел глаза, развернулся и отошел от загородки, тяжело топая мощными задними лапами и вяло помахивая хвостом.