Академия попаданцев - Мария Боталова

Но Иввина спустила меня с небес на землю:

— Нет, что ты, эфельтири из семечка не вырастить. Это дерево вообще вырастить невозможно, уж поверь лесной нимфе. Их как изначально сколько-то выросло, так с тех пор новые и не появлялись. Можно только с места на место пересадить и все.

— А смысл тогда в семенах?

— Без понятия, — Ив пожала плечами. — Я слышала только, что такое бывает очень редко, эфельтири дарит свое семечко какому-нибудь счастливчику.

— И в чем счастье? — лично я пока себя счастливей не чувствовала. Даже наоборот. Само собой, ведь в один миг лишилась и будущего ресторана, и озеленения чудесным деревом Земли.

— Да кто ж знает. Но вроде как семечко получает лишь тот, кому оно для чего-то надо. Так что тут тебе видней.

Ага, вот так вот взяла и сразу догадалась. Оставалось надеяться на неожиданное озарение.

Это самое озарение посетило меня ближе к вечеру.

Я лежала на кровати в своей комнате и скучала. Уже даже пожалела, что отказалась составить компанию Иввине, которая отправилась в общую гостиную в надежде выловить эльфийского принца. Не зная, чем себя занять, решила сходить поужинать пораньше. Вдруг бы и Нуфиуса встретила, озадачила бы его поисками для меня одежды. Едва я об этом подумала, как тут же само собой вспомнилось про семечко эфельтири.

Может, моя затея и малость отдавала наивностью и даже идиотизмом, но я решила хотя бы попытаться. Ну а что, создает же дерево еду, пусть и одежду посоздает. Мой задумчивый взгляд остановился на шкафу. И хотя сегодня этот странный предмет мебели еще ни разу не хмыкал и не дымил, близко подходить я к нему опасалась. Но с другой стороны, уж очень хотелось поскорее воплотить свой замысел.

Тихонечко подкравшись к шкафу, я прислушалась. Внутри царила тишина, но даже она казалась мне подозрительной.

Набравшись храбрости, я нарочито громко и сурово произнесла:

— Если в шкафу кто-нибудь есть, учтите, я — великая избранная, обладаю чудовищной силой и в любой момент готова ее применить!

Ответом была все та же тишина. Мне уже начало казаться, что дым и хмыканье мне чудились. Вдруг и вправду от переизбытка впечатлений галлюцинации начались. Ну а то, что Иввина со шкафом разговаривала, так мало ли, какие заскоки у лесных нимф. Может, у них такое в порядке вещей.

И окончательно себя убедив, что шкаф — это просто шкаф, я решительно распахнула дверцы.

Изумленное молчание длилось секунды две, и я заорала так, что у самой в ушах зазвенело.

Сидящий в шкафу единорог задумчиво на меня покосился, аккуратно сложил газету, которую до этого читал, и тоже заорал. Причем еще громче. После чего невозмутимо дверцы шкафа закрыл.

Но громче всех заорала Иввина, вошедшая в этот момент в комнату. Похоже, она перепугалась даже больше, чем я.

— Что случилось?! Пожар?! Нападение нетопырей?! Или… о нет, — нимфа схватилась за голову, — нас уже отчислили?!

Кое-как справившись с испугом и изумлением, я пролепетала:

— У нас в шкафу конь…

— А-а, — разочарованно протянула Иввина и чуть виновато добавила: — Тебе, наверное, почудилось. Ты просто больше шкаф не открывай, ладно?

— Как это почудилось? — я даже головой замотала. — Там и вправду сидит конь!

— Не, ну второй раз обозвать — это уже перебор, — донесся из шкафа возмущенный голос. — Я — единорог, а не конь!

Иввина трагично приложила руку ко лбу и покачала головой.

— Что? — мрачно поинтересовалась я. — Мне и теперь почудилось? Ничего не хочешь объяснить?

— Только, умоляю, никому ни слова, — сдалась нимфа, подошла к шкафу и снова распахнула дверцы. — Анжелика, знакомься, это Бонифаций. Он будет жить с нами. Бонифаций, чего молчишь, хоть поздоровайся.

— Так я уже поприветствовал, — невозмутимо отозвался единорог, уже вовсю дымящий длинной трубкой.

— Так это ты орал дурниной?

— Я, — гордо отозвался Бонифаций. — Старался, между прочим.

— Старался меня напугать? — угрюмо уточнила я. Как-то не по себе было, что разговариваю с единорогом.

— Почему напугать? — озадачился он. — Ты открыла шкаф и заорала. Я вполне закономерно решил, что это у вас, людей, так принято. И издал ответный приветственный клич. Что не так? Сама виновата!

— Ив, а это обязательно, чтобы он жил с нами? — я перевела взгляд на понурую нимфу.

Та шмыгнула носом.

— Я ведь не просто лесная нимфа, понимаешь. Как бы тебе объяснить… Есть свободные нимфы, они могут покидать пределы леса и жить где угодно. А есть такие как я, которым жизненную силу дарует только родной лес, и вдали от него просто-напросто погибнешь. Но я очень хотела попасть в академию! Очень-очень! Вот и пошла на эту хитрость. Бонифаций, — она кивнула на невозмутимо пускающего дымные колечки единорога, — он — часть моего леса. Пока он здесь, со мной, я жива. Но об этом никто не должен узнать! Ни одна живая душа! Иначе меня сразу выгонят!

— Почему? — озадачилась я. — Здесь запрещено держать домашних… эмм… лесных животных?

— Нет, дело не в этом, — Иввина покачала головой. — Проблема во мне самой. Сама посуди, как могли принять в академию попаданцев ту, которая дальше-то своего леса отходить не должна, что уж о других мирах говорить. Не таскать же везде за собой Бонифация.

— Тогда зачем ты сюда так рвалась? — я окончательно запуталась.

— Затем, что я хочу замуж! И не за какого-нибудь лешего, а за высокородного красавца!

— И толку тебе от высокородного красавца, если ты все равно к нему в мир отправиться не сможешь. Или Бонифаций будет пожизненным свадебным талисманом?

Бедный единорог аж поперхнулся дымом.

— Вовсе нет, — нимфа хихикнула, — я новоиспеченного мужа просто в свой лес утащу. Какая ему, в конце концов, разница, где нам шикарный дворец построить. Я потому так Раэлем и заинтересовалась.

— Потому что он хорошо строит дворцы?

— Потому что эльфийский принц тоже близок к природе!

— Ладно, пока вы тут вакантных строителей дворцов обсуждаете, я пойду искупнусь, — вмешался Бонифаций. И помахивая полотенцем, он на задних ногах процокал в ванную.

Супер. Даже у укуренного единорога есть полотенце, а у меня нету.

— Так что, — Иввина невинно захлопала ресницами, — никому не расскажешь?

— Не расскажу, конечно, — я вздохнула.

Подумаешь, прожить полгода в одной комнате с единорогом. Могло быть и хуже.

— Спасибо! — нимфа весьма ощутимо стиснула меня в объятиях. — А с Бонифацием вы непременно подружитесь, я уверена! Он замечательный! Особенно, когда сидит в шкафу и не издает ни звука, — она засмеялась. — Кстати, а ты зачем шкаф-то открыла?