Ола и Отто. Столица - Александра Руда

Но стоит мне расслабиться и решить выспаться, как мало того что сон куда-то пропадает, так еще и пятка чешется! Вот почему ей не чесалось, к примеру, вчера, когда я поднялась так рано, что еще не рассвело, чтобы успеть подготовиться к встрече с клиентом? Так нет же! И сон вчера снился какой-то очень хороший, какой — не помню, но точно хороший. Наверное, про утренние булочки с любимой начинкой.

Очень-очень осторожно я передвинула свои ноги так, чтобы пальцами правой ноги почесать зудящую пятку. О, хорошо же как!

Однако нежное почесывание пятки не помогло. Стоило, наверное, отрастить себе на пальцах когти, как у вампира. Мои аккуратные ноготки, покрытые розовым лаком (убила на педикюр целый вечер, пока Ирга на работе был), явно не годились для избавления от зуда.

Я потерпела еще чуть-чуть и наконец не выдержала. Села на кровати, запустила руку под одеяло и яростно поскребла ногу. О… просто экстаз!

— Ола? — сонно и хрипло пробормотал Ирга. — Что случилось?

Ну вот… Здравствуй, утро, здравствуй, пробежка по морозцу. Проклятая пятка!

— Нога зачесалась, — объяснила я, обернувшись.

Голубые глаза Ирги блеснули смехом.

— Очень не вовремя, — сочувственно сказал он и протянул ко мне руки. — Доброе утро!

— Доброе. — Я улеглась на грудь мужа, а он обнял меня и подул на макушку. — Ирга, давай еще поспим?

Ирга подвигал плечами, укладываясь поудобнее, и поинтересовался:

— Ты совсем-совсем не хочешь на пробежку?

— Совсем, — призналась я. — Там так холодно! А тут тепло, и тут ты, и вообще — выходной. Я объявляю выходной день! Свободный от всего! И только попробуй мне возразить!

— Не буду. И чем же ты собираешься заняться в этот свободный от всего день?

— Ничем. Я же не гном. И не трудоголик, как некоторые. Совесть меня мучить не будет, даже если я целый день проваляюсь в кровати. О! Это мысль! Я сегодня с кровати вставать не буду!

— Совсем? — ехидно осведомился Ирга. — Совсем-совсем?

Как только он это спросил, я сразу поняла, что мне срочно нужно встать и уединиться.

— Не совсем. — Я неохотно вылезла из объятий мужа. — Есть потребности, которые я не могу игнорировать, а ты уже большой мальчик, мог бы такие вопросы не задавать.

Ирга фыркнул. Он был в прекрасном настроении, и это означало, что завтрак у нас сегодня будет вкусным. В последнее время некромант очень уставал на работе и иногда даже не ходил по утрам за свежими булочками. Приходилось давиться бутербродами, что мое настроение совсем не улучшало. А вы попробуйте в мастерской проработать до обеда на куске черствого хлеба с сыром или вареньем!

Конечно, можно было и мне сходить за свежей выпечкой, но это было выше моих сил. Ладно летом, но зимой… Брр…

Когда я вернулась из ванной, шторы уже были распахнуты, в моей кружке поднимался пар над горячим чаем, а Ирга мурлыкал какую-то песенку, взбивая в миске тесто.

— Я тоже решил объявить этот день выходным, — сказал он. — Точнее, не совсем выходным, а днем семьи.

— Отлично, — обрадовалась я. — А то у нас вся жизнь на бегу, а я очень хочу провести с тобой время так, чтобы потом всю неделю об этом вспоминать.

Я обняла Иргу, прижавшись к его спине. Теплая фланелевая рубашка — это, конечно, не кожа, но, с учетом зимнего времени, тоже очень и очень приятно. Я потерлась щекой о черную фланель. Мои пижамы были яркими, с цветочками и кармашками. Сейчас на мне была моя любимая, которую я совершенно случайно купила на летней распродаже в эльфийском магазинчике. Кто бы мог подумать, что эльфы тоже ходят во фланелевых пижамах! Рукава реглан, мягкое кружево, а на штанишках кокетливые бантики. А еще розовые шерстяные носочки! Скажем дружно нет сексуальным образам зимой, скажем дружно да теплому и милому!

Ирга же даже по ночам не изменял своему упорно черному стилю. Я не знаю, где он брал черную фланель, в обычных магазинах я ее нигде не встречала. Но в такой пижаме он мог выйти на улицу и не вызвать улыбок, а при желании даже выглядел мужественно и опасно. Если я попробую выглядеть опасно в пижаме, то рискую стать посмешищем у окружающих. А если я рискну выглядеть опасной в пижаме при Отто, он будет издеваться надо мной ближайшие лет двадцать. Или пока я не сделаю что-нибудь более глупое.

Я еще раз потерлась щекой о спину Ирги, приподняла его рубашку и прикоснулась к плоскому животу некроманта, проведя пальцем вдоль пояса штанов. Муж замер и спросил хрипловатым голосом, который заставил меня задрожать:

— Ола, милая, ты чего больше хочешь — оладушек на завтрак или меня?

— А можно и то и другое? Скажем, первый завтрак и второй? Говорят, что полезно есть пять раз в день.

— Тогда определяйся с очередностью. — Голос Ирги отзывался в моем теле, как резонирующий колокол.

Однако в борьбе за приоритеты победил желудок. Кто бы сомневался!

— А с чем будут оладушки? — осведомилась я.

Ирга вздохнул и продолжил перемешивать тесто.

— Я вчера варенье раздобыл, клубничное, — сказал он. — Одна клиентка подарила, сказала — бонус за хорошую работу. Вон, на второй полке посмотри.

— Какая прелесть! — Я схватила баночку. Люблю домашнее варенье, но самой готовить его не хватает времени и терпения. Особенно клубничное. Ух ты, ягодки все целые!

Я открыла баночку и тут же сняла пробу. Во рту поселилось лето — солнечное, сладкое, клубничное. Воистину, желудок был прав! Ирга — это, конечно, хорошо, но вот варенье… Да еще такое вкусное! Мм…

— Хочу напомнить, — сказал некромант значительно, ставя сковородку на плиту, — что это бонус за мою хорошую работу.

— Я только одну ложечку съела, — обиделась я. — Чайную. И вообще, я твой… это… верный тыл. А без верного тыла ты бы так хорошо не работал!

— Главное — себя вовремя похвалить, — заметил Ирга.

Я положила ложку рядом с банкой и гордо удалилась на кровать. Ничего-ничего, он еще просить меня позавтракать будет!

Я обхватила подушку руками и уткнула в нее лицо, чтобы не так чувствовать соблазнительный запах готовящегося блюда. Организм требовал бросить все эти гордые позы, слезть с кровати и есть оладушки горячими! И можно даже без варенья.

Однако что же я, животное, чтобы своим желаниям подчиняться? Хоть иногда надо силу воли проявить. Вот подожду, пока Ирга закончит готовку, позовет меня к столу, тогда и сяду, вся такая светская дама, возьму оладушку на вилку и аккуратно капну на нее вареньем. А не буду, урча и чавкая, лопать сладкое прямо из банки, заляпывая любимую пижаму.

Минут через десять я услышала шум воды. Запах оладий стал просто невыносимым. Желудок опять победил; я села на кровати, мечтая о завтраке.

Ирга вытер руки о кухонное полотенце и улыбнулся той самой доброй и заботливой улыбкой, которая меня всегда просто с ума сводила. Голубые глаза сияли из-под длинной челки, и я почувствовала себя совершенно счастливой.