Подарки к Зимнепразднику - Лоис МакМастер Буджолд

Ночной охранник, сидевший в дежурке у ворот, сказал, что после отъезда Ройка в дом никто не возвращался. Празд­нество в императорском дворце продлится до рассвета, хотя Роик не думал, чтобы гости из дома Форкосиганов задер­жались там настолько долго: днем и вечером им предстоя­ли торжественные мероприятия в особняке. Он вернул взя­тую взаймы машину в подземный гараж, радуясь тому, что по дороге через довольно неспокойные районы, лежавшие между университетом и их кварталом, она не получила никаких вмятин, по поводу которых ему пришлось бы объясняться с ее владельцем.

Он тихо прошел через темные помещения огромного особняка. Там царила тишина. Кухонная команда наконец отступила готовиться к завтрашней атаке. Горничные и ла­кеи улеглись спать. Хотя Роик и жаловался на то, что не участвует в захватывающих событиях дня, он обычно лю­бил эти тихие ночные часы, когда весь мир, казалось, при­надлежит ему одному Конечно, за три часа до рассвета кофе станет такой же насущной потребностью, как кислород. Но за два часа до рассвета жизнь снова начнет свой ход: все, у кого ранние обязанности, начнут просыпаться и спускать­ся вниз, чтобы начать работу. Он спустился в подвал, что­бы проверить мониторы охраны, и начал обход дома. Этаж за этажом, окна и двери. Всегда в разной последовательно­сти и всегда в разное время.

Когда он проходил через главный вестибюль, из полу­темной читальни перед библиотекой послышался скрип и позвякивание. Он на секунду приостановился, нахмурился и поднялся на цыпочки, стараясь как можно тише ступать по мраморным плитам пола и дышать ртом – так получа­ется тише. Его тень раскачивалась, переходя от одного при­тушенного бра к другому. Он проследил за тем, чтобы его тень не легла впереди него в тот момент, когда он окажется в дверях. Проскользнув в дверной проем, он всмотрелся в полумрак комнаты.

Таура стояла спиной к нему, перекладывая подарки, раз­ложенные на длинном столе у дальней стены. Ее голова наклонилась над чем-то, что она держала в руках. Она рас­правила кусок ткани и перевернула над ним небольшую коробочку. Элегантная тройная нитка жемчуга скользнула с бархатной подушечки на ткань, которой она обернула ук­рашение. Защелкнув коробочку, она вернула ее на стол и убрала свернутую ткань в боковой карман своего террако­тового болеро.

Потрясенный Роик на секунду замер. Чтобы почетная гостья м’лорда копалась в подарках?

«Но она же мне понравилась! Она мне по-настоящему понравилась!»

Только теперь, в эту секунду отвратительного прозре­ния, он понял, что за это недолгое знакомство проникся к ней… восхищением. Недолгое, но такое дьявольски нелов­кое. Она была по-настоящему прекрасна в своем уникаль­ном роде, надо было только правильно на нее посмотреть. И тогда вдруг начинало казаться, будто ее золотые глаза манили его к дальним звездам и странным приключениям. И, может быть, даже к таким интимным и экзотическим приключениям, о каких робкий парнишка из Хассадара даже и думать не смел. Если бы только он был более отважным человеком. Прекрасным принцем. А не дурнем. Но Золуш­ка оказалась воровкой, и сказка неожиданно испортилась.

Его отчаянно затошнило: он мысленно проиграл об­мен неприятными словами, стыд, предательство друга и подорванное доверие, которые должны были стать ре­зультатом его разоблачения, – и чуть было не повернул обратно. Он не знал цены жемчугов, но не сомневался в том, что, даже если бы они стоили дороже целого города, м’лорд без колебаний променял бы их на душевное спо­койствие, которое он испытывал рядом со своими преж­ними сподвижниками.

Нет, это был не выход. Все равно завтра утром их долж­ны будут хватиться. Он глотнул побольше воздуха и при­коснулся к выключателю.

Как только зажегся верхний свет, Таура развернулась с быстротой огромной пантеры. Через секунду она громко выдохнула, явно успокаиваясь.

– О! Это вы! Вы застали меня врасплох.

Роик нервно облизнул губы. Может ли он склеить раз­бившуюся фантазию?

– Положите их на место, Таура. Пожалуйста.

Она застыла, глядя на него широко раскрытыми свет­лыми глазами. По ее странному лицу пробежала непонят­ная гримаса. Казалось, она свернулась, как пружина ее большое тело наполнилось напряжением.

– Верните их обратно прямо сейчас, – попробовал сно­ва Роик, – и я никому ничего не стану говорить.

При нем парализатор. Он успеет вовремя его выхватить? Он имел возможность наблюдать, насколько быстро она умеет двигаться…

– Не могу.

Он непонимающе воззрился на нее.

– Я не смею. – Ее голос стал резким. – Пожалуйста! Роик. Отпусти меня сейчас, и я обещаю, что утром верну их на место.

Что? Как это?

– Я… не могу. Все подарки должны пройти проверку на безопасность.

– И этот прошел?

Ее рука шевельнулась у кармана, наполненного до­бычей.

– Да, конечно.

– Что это была за проверка? На что вы его проверяли?

– Все проверяют сканерами на предмет каких-нибудь устройств и взрывчатки. Все продукты, напитки и их упа­ковка проверяются на наличие химических и органичес­ких примесей.

– Только продукты и напитки? – Она выпрямилась. Ее глаза блеснули так, словно она быстро что-то обдумы­вала. – И потом – я не пыталась его украсть.

Может, это благодаря участию в секретных миссиях она может так стоять и нахально… делать что? Искажать фак­ты? Усложнять ситуацию?

– Ну… и что же вы тогда делали?

Ее лицо снова застыло в горестной гримасе. Она отвела глаза, глядя куда-то вдаль.

– Брала его на время, – хрипло пробурчала она.

При этом она искоса посмотрела на него, словно про­веряя, как он отреагирует на столь слабую отговорку.

Но Таура не была слабой – как на нее ни смотри. Он чувствовал себя страшно неуверенно, словно у него под нога­ми осыпалась земля – а он никак не мог выйти на твердую почву. Он решился подойти чуть ближе, протянуть руку.