Принц и Лишний - Кристина Юраш

— Котик или собачка? — поинтересовалась девушка, открывая ключом витрину. — Мальчик или девочка?

— Хм… Собачка, мальчик, — вздохнула я, глядя на резиновые мячики, косточки, сосиски. Я что-то не могу уловить принципиальную разницу между «мужскими» и «женскими» блохами.

— Большой? Маленький? — спросила девушка, вытаскивая несколько упаковок.

— Большой, очень большой! — буркнула я, стараясь не смотреть и не представлять «Кролика в соусе». — Почти как волк…

— Есть блохомор, блохобой, блохотрав, антиблох… — моя последняя надежда задумчиво читала инструкции к препаратам, шурша коробочками. — А сколько лет? Кастрированный или нет?

Не могу понять, в чем разница между блохами на кастрированном и некастрированном кобеле? Или они в знак солидарности с хозяином делают себе обрезание, отчего становятся еще злее и кусачей?

— Ему… хм… лет тридцать, — прикинула по памяти я, разглядывая прикормки и игрушки. — До кастрации пока руки не дошли… Но я подумываю…

— Да он у вас долгожитель! Вам уже поздно. Надо было в детстве кастрировать. А сколько весит? — поинтересовалась продавщица, вытаскивая очередной препарат.

— Килограммов восемьдесят! — простонала я, нюхая запах кормов, который является неотъемлемым атрибутом магазинов для животных. Только не говорите мне, что на толстых собаках и котиках живут блохи-гурманы, которые спокойно распробуют средство и попросят добавки.

— Ну вы его и раскормили! — возмутилась девица, выкладывая на стол малюсенькие капельки. — Вот, искупаете, высушите, а потом вотрете в холку. От блох и от клещей. Смотрите, чтобы не слизывал! Если будет слизывать — по мордасам ему… Главное, чтобы он с другими собачками в этот момент не контактировал.

— А попроще что-то есть? Мне недолго мучиться с ним осталось, — вздохнула я, расчесывая блошиные укусы. На меня посмотрели, как на живодерку, и достали дешевый спрей. Отлично! То, что нужно!

— Вам от глистов препарат нужен? — поинтересовалась продавщица, отсчитывая сдачу и заворачивая мой спрей в пакетик.

— Давайте не будем так углубляться! — нервно ответила я и сгребла покупку в сумку.

— Купите своему песику подарок! Пищащую сосиску или мячик для массажа десен… Есть косточки для чистки зубов! — не отставала продавщица, пища игрушками. — И возьмите нашу визитку. Мы недавно открылись, так что приходите!

Надо брать. Не последний оборотень в каталоге.

* * *

Я приволокла с собой пакет со сменной одеждой, откопала у себя в шкафу старые кеды, на случай, если придется бегать. Или от жениха или за женихом. Согласитесь, в кедах намного быстрее. Исходя из вчерашних событий, я бы предпочла залечь в засаде Купидоном и ловко отстреливать все живое из лука. На столе я нашла визитку. Странно, но на визитке написано, что ее зовут Виктория. А она представилась Эллой. Интересно, как мне к ней обращаться?

— Приемная отдела по работе с должниками. Виктория Волкова слушает вас! — произнес замогильный голос, от которого мне стало жутко. Сразу запахло папками, планерками, процентами, ставками и жестким прессингом.

— Алло, здравствуйте, а Эллу можно? — поинтересовалась я, мысленно радуясь, что я никому ничего не должна.

— Сейчас позову! Элла Дмитриевна, извините, но вам тут звонят… — услышала я далекий голос. — Девушка какая-то… Вы говорили, что должна позвонить девушка…

Шум и шуршание на том конце закончились тем, что трубку кто-то взял в руки.

— Алло, я вас слушаю, — услышала я знакомый женский голос, от которого повеяло еще большим могильным холодом.

— Жених готов. Можете приезжать, — вздохнула я, не представляя, для чего она дала мне телефон своей приемной.

— Понятно. Хорошо. Я немного задержусь, — послышалось лаконичное. А на заднем плане прошуршали бумажки и тихий голос произнес: «Элла Дмитриевна… Тут надо расписаться… На двух экземплярах… И заходил начальник отдела кредитования, принес… Как же вы мне все дороги!»

Я терпеливо ждала. Порванное свадебное платье и обручальное кольцо лежали на столе. А вдруг она передумала? А вдруг все напрасно? Мало ли?

Гимней Гимнеич прилетел со скоростью звука, когда я допивала успокоительное. Успокоительное в списке штрафов не значилось, поэтому сумма, нагоревшая за рабочий день, составила целую… мне даже страшно озвучивать… тысячу рублей, которая легла на мой стол.

Гимней Гимнеич пошарил по карманам, а потом положил еще пять тысяч сверху. Хм… Мне это нра…

— Завтра зайдет такой седой мужик, отдай ему… Я ему должен. А то как-то некрасиво получается с моей стороны… Я сказал, что оставлю в офисе, — заметил Гимней Гимнеич.

Беру свои слова обратно.

Гимней Гимнеич уже встречал появившуюся на пороге офиса невесту с собачкой. Он дал ей точно такое же кольцо, как и у меня, они подписали какие-то документы, которые невеста внимательно читала, пока полузадушенный Лордик ерзал на руках, пища от негодования.

Через час Элла Дмитриевна, начальник отдела по борьбе с самыми злостными неплательщиками, гроза всех должников и своих подчиненных, наряженная в рваное платье и обрызганная с ног до головы спреем от блох, с Лордиком на руках готовилась к отбытию в другой мир, чтобы насладиться плодами моей работы.

— Можно вопрос, — поинтересовалась я, глядя, как Эллочка прихорашивается перед зеркалом. — Почему вы дали мне рабочий телефон?

— У меня муж — козел. Всегда мои контакты проверял, каждую копейку считал, развод не давал. Ревнивый, — усмехнулась невеста оборотня, глядя на меня странными глазами. — Был…

Все ушли, а я осталась наедине с каплей успокоительного на донышке и крупной купюрой, лежащей на столе. Завтра должен заехать какой-то седой мужик… Отдать надо… А то как-то некрасиво получается… Перед мужиком…