Школа - Андрей Минин

— Колдуны же — это те, кто черпают силу не из внутреннего источника, а полностью перейдя на более мощную, но не бесплатную силу, что дают им владыки пекла. Силу, что отравляет жизнь на земле. Таких ищут и убивают ведьмаки или церковь. Да и мы в стороне не стоим. — Прервался я, переводя дух, вновь с усилием отдирая взгляд от учительницы и её декольте. — Ведьмами же называют любую женщину обладающую силой, так как помимо внутреннего источника — они способны черпать магию из эмоций. Своих и чужих. Обычно злых, так как это даётся легче. Страха, боли, ненависти... — Закончил я.

Анастасия Ивановна захлопала, как и весь остальной класс.

— Молодец. Даже я — не рассказала бы лучше. — Продолжала она сидеть на моей парте. Ведьма! — Теперь поговорим о совете тысячи. Есть желающие?

Поднялась полурусалка, с ревностью поглядывая на завладевшую вниманием парней класса учительницу.

— Совет тысячи пришёл к нам из глубины веков. Это собрание сильнейших магов Руси, что собираются вместе, принимая или отменяя законы — раз в пять лет. Остальное время они заняты личными делами, тогда как дума, которую они назначают, выдвигая вместо себя по одному представителю — занимается рутинными делами. Поддерживая закон и порядок.

— Неплохо, — снисходительно хмыкнула преподаватель. — Только ты забыла сказать, что некоторые из тысячи всё же остаются и сидят в думе, следя за её работой а, не назначая кого — либо вместе себя. А также то, что тысяча магов — достойных сидеть в круге, около Алатырь — камня, давно не набирается. В последний раз, артефакт, что выбирает достойных раз в пять лет — нашёл лишь триста одиннадцать архимагов, хотя их в стране больше. Много больше... Не посчитал их достойными, видимо. Вот так, — встала она, наконец, и прошла на своё место. Прозвучал звонок.

Я же имел, что сказать, но промолчал. Они обе не упомянули, что законы совета тысячи сильных — сами появляются в Велесовой Книге, что следит за их соблюдением, карая клятвопреступников. И что в совете и магистры сидят, хотя как сказала учитель — архимагов достаточно.

— Приятного всем аппетита. Мои покои находятся на восьмом этаже. Комната двадцать. Заходите, если будут вопросы, — провожала она нас, стоя у открытых дверей.

— Нет, ты видал, видал? — Восхищался нашей учительницей Лёха, пока мы шли к комнате с зеркалами. — Как думаете, она свободна?

— Объяснишь ему? — Спросил я Мишку, что шёл рядом. Он кивнул и зашептал, а то нас одноклассницы окружили, уши развесив.

— Понял? — Закончил он, более не понижая голос.

— Выходит мне ничего не светит?

— Да. Ей нужен не обретённый, а родовитый. В крайнем случае — потомственный из богатой и влиятельной семьи.

— Хм... — Наморщил он нос, глядя на девчонок, что шли рядом — исподлобья. Начал понимать, что к чему. Ему надо будет найти себе такую же обретённую, а не мечтать о несбыточном.

— Что думаете насчёт группы? Создадим свою? Лёху мы подтянем, будет с нами по злачным местам магического мира прыгать, чудищ бить, — обнял я приунывшего парня.

— За! — Не раздумывал Миша долго.

— Тогда после обеда и сходим. Всё равно в библиотеку надо. — Отстояли мы очередь к зеркалу и переместились на второй этаж, в полную, до отказа столовую, где стоял шум ударов ложек о посуду, чавкающие звуки и крики. Дети, всегда дети, увернулся я от пролетевших мимо фейерверков, что пожирали друг друга, пуская искры во все стороны, и прожигали ткань скатертей. За пареньком, что летел в ступе и раскидывал бомбочки — гнался староста, весь в чёрном. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Школа!

— Вон место свободно, — заняли мы один из множества столиков. Этот был круглый, на шестерых. Стоило нам присесть, как на столе появилось по тарелке борща, гречи с мелкими кусками мяса, хлебушек и чай с лимоном. Вру! Кисель, а не чай.

— Скудновато, — оглядывал соседние столы Лёха. — У тех джем есть. А у тех торт. — Показал он пальцем.

— Забыл, что девчонки нам рассказывали? Про баллы?

— Аааа... — Протянул он, пододвинув к себе свою порцию.

— Приветик Андрей. — Подсела к нам Алиса и ещё две девочки её возраста. — Как первый день? — Стали они уминать пироженки, которые исчезли, стоило мне попытаться подхватить одну, рассмешив их.

— Не получится, — показали они языки. — Баллы заработайте сперва.

— А как же вы? — Жевал я сухую гречку, без аппетита.

— Мы с семи лет учимся. Пятый год уже. — Задрали они носики, разгладив знаки группы. Пчёлки.

— А как же? — Не знал я, как сформулировать вопрос.

— В некоторых сила проявляется рывками, сразу возводя их — в ученики, маги или подмастерья, что опасно для окружающих. Мы из таких. Учимся контролировать себя. — Причмокнула Алиса, съев вишенку и помахав тортом перед моим носом. Дразнит.

— Это значит, что вы все станете к пятнадцати магистрами или архимагами? — Не понял Миша, для которого эта информация была новой, как и для меня.

— Неа! — рассмеялись они. — Можем так, и остаться на этом уровне. Так что это не показатель.

Парня в ступе поймали. Вид он имел несчастный, тянули его за ухо на выход сразу трое в чёрном, обещая поставить на горох.

— Я рассказала о тебе сёстрам. Они заинтересовались. — Отвела, Алиса взгляд, явно соврав. — Пойдешь знакомиться?

— Ммм... Давай в другой раз? Дел много. В библиотеку надо, экзамены на носу, — стал я перечислять.

— Хорошо, — загрустила она, размазывая содержимое тарелки по её стенкам. Видимо у неё что — то там не клеится, доели мы и пошли искать библиотеку, оставив девочек одних.

— Вы помните, что скоро осеннее равноденствие? — Ступали мы по мраморным полам, переместившись на одиннадцатый этаж. Следующие за ним этажи были заблокированы, хотя тоже являлись библиотекой. Думаю, там хранят более ценные знания, чем на этом. — Врата Ирия будут закрыты. Земля заснёт. Нужно будет рябины на окна навешать. Погасить и вновь зажечь огонь в камине и сжечь соломенную птицу, проводив светлых богов и предков в Ирий. Гуляния до утра!

— Верно молодой человек, — подкрался к нам библиотекарь, у которого и, правда, отсутствовал один глаз. — Мало сейчас тех, кто чтит старые традиции, богов. В телефоны свои уставятся и не видят, что жизнь мимо проходит. Вижу, что ты не такой. — Покивал он своим думам. — Зачем пожаловали в храм знаний?

— Хотим создать свою группу, для участия в соревнованиях и походах.

— Доброе дело. Многим нужна наша помощь. Не справляются церковники. Чернота плодится как на дрожжах, поселяясь в глухих местах и сея зло. — Скрутил он отвращающий знак из пальцев, пустив волну света. — Отныне вы Боровики! — Ударил он посохом о пол, что держал в руке, а на наших манжетах выступил рисунок белого гриба.

— Спасибо, — поклонились мы волхву, коим он являлся.

— Загляните ещё на минус первый этаж. Принесите друг — другу клятвы, что не навредите и будете скрывать тайны друзей, даже под страхом смерти. — Исчез он, растаяв в воздухе.