Ходок - 16 - Александр Львович Тув

Логотип заведения, так же присутствующий на вывеске, однозначно указывал на кого-то рогатого, но была ли это коза, причем старая, или не менее старый грат, или еще кто с рогами, сказать было трудно, но аборигенам не отягощенным поголовной грамотностью и обостренным чувством прекрасного, привитого в каком-нибудь образовательном учреждении, типа школьного центра при Эрмитаже, изображение могло даже и нравиться. По крайней мере, Денис себе такое вполне допускал.

Никакой охраны у дверей не было, что с одной стороны, вроде бы, свидетельствовало о полном разгильдяйстве Детишек — как можно не поставить не только пост при входе в штаб-квартиру, а даже швейцара!?! но с другой, если немного подумать, не свидетельствовало ни о чем. Дело было в том, что Детям некого было бояться.

Мелкую и среднюю рыбешку они контролировали сами, а крупная знала, что их крышует городская стража и на рожон не полезла бы — дороже будет. Вот они и расслабились, полагая, что находятся на вершине пищевой цепочки. Кстати говоря, именно такое заблуждение часто приводит к катастрофе различные структуры и организации, не говоря уже про отдельных высокопоставленных людей.

— Здесь они собираются, — коротко доложил Ботон.

— Ну, здесь — так здесь, — зло ощерился Денис. — Сейчас небольшой сеанс черной магии, с последующим ее разоблачением и займемся непосредственно делом! — объявил он. Что характерно, ни мальчишка, ни барышни никакого удивления при этих словах не проявили и никаких объяснений не потребовали — будто так и нужно, а Денис продолжил, обращаясь к девушкам: — Держите меня под руки! — распорядился он и уточнил: — Крепко, но нежно! — на что те задорно улыбнулись.

"Весело им! — недовольно буркнул внутренний голос. — Будто развлекаться идут, а не на боевой выход!"

"Ну-у… с их точки зрения скорее да, чем нет…" — раздумчиво отозвался старший помощник, на что голос лишь что-то неразборчиво проворчал, а Денис поднял в воздух Астрального Лазутчика.

Конечно же это можно было сделать и без поддержки Тиры и Лиры, которые, несмотря на хрупкий вид, обеспечивали стопроцентную устойчивость Дениса — так наличие авианосца обеспечивает устойчивость корабельной группировки и гарантировали его тело от падения, но в таком случае нужно было выходить в кадат и хоть немного, но тратить этот, без всяких оговорок, драгоценный ресурс, хотя можно было этого не делать.

И именно этого микроскопического кусочка кадата могло и не хватить в решающий момент, когда будет определяться, кто будет жить, а кто нет. Да и Госпожа Удача очень негативно относится к тем, кто полагается лишь на нее, а не предпринимает все возможное со своей стороны, чтобы добиться успеха — как правило, она лишает таких людей своего расположения. Исходя из вышеперечисленных соображений, рисковать с невынужденной тратой кадата старший помощник не собирался.

Как только Денис проник в обеденный зал, в его голове немедленно зазвучала песня:

В шумном зале ресторана,

Средь веселья и обмана,

Пристань загулявшего поэта

Правда, никакого поэта, да тем более загулявшего не было и в помине, зато имелся в наличии бард, пребывающий в состоянии средней степени алкогольного опьянения, который, при бурной поддержке публики, исполнял какой-то шансон в стиле: "Уважаемая группа Рэд Хот Чилли Пепперс, напишите хоть одну вы песню про тюрьму!"

Народ располагался за тремя длинным столами, сидя на шести не менее длинных лавках, что было очень целесообразно с точки зрения техники безопасности — Дети кротостью нрава и законопослушностью не отличались и вполне могли в случае каких-либо конфликтных ситуаций между своими — девицу не поделили, или еще чего, взяться за мебель, используя ее в качестве аргумента в споре, а с длинной скамейкой такой номер не пройдет.

В дальнем торце среднего стола сидел Отец — немолодой полный мужчина с совиным взглядом, а на лавках восседали Дети вперемешку с девицами нетяжелого поведения. Бард расположился на скамейке у стойке, спиной к трактирщику — бородатому мужику неопределенного возраста, смахивающему на Льва Толстого со школьного портрета.

Кроме всех вышеописанных персонажей, в зале еще присутствовали три немолодые подавальщицы, а на кухне — повар и пять поварят. Там же имелся черный ход, ведущий в соседний переулок, закрытый в данный момент на большой засов. Трезвых Детей и их подруг в зале не было, все они ели, пили, орали и подпевали барду. Короче — дым коромыслом.

Посчитывать количество Детей старший помощник не стал, чтобы не расстраиваться, ибо, если переговоры зайдут в тупик, придется их всех мочить, а склонности к геноциду Денис никогда не испытывал и даже наоборот. Закончив разведку, старший помощник вернулся в тело.

— Отпускайте! — приказал он целительницам. — Ишь вцепились!

— Как ты просил, милый! — нахально улыбнулась рыжая. — Все, как ты просил! — Она эротично облизнула губы и Денис почувствовал определенное волнение в паху. Чтобы взять себя в руки и вернуть деловой настрой, старшему помощнику понадобилось определенное волевое усилие, но он справился, после чего обрисовал собравшимся оперативную обстановку. Закончив доклад, Денис строго взглянул девушкам в глаза:

— Всё помните, что делать!? — грозно вопросил он. — Барышни истово закивали. — Точно всё!? — переспросил старший помощник и целительницы надулись — типа, ты что — нас за дурочек держишь!?! — Ладно, — махнул рукой Денис. — Пошли! Посмотрим, у кого яйца круче!

— Конечно же у тебя, дорогой! — проворковала Тира.

— Никаких сомнений! — улыбнулась Лира, а старший помощник лишь вздохнул — их бы слова, да Богу в уши…

Входя в трактир, Денис был уверен, что как только собравшиеся узрят двух таких красавиц за его спиной, а длинноногие девушки в своих коротеньких обтягивающих платьицах, в босоножках на высоких каблуках на стройных ножках отличались от присутствующих в "Старой козе" дам, как Bugatti Atlantic Concept 2015 от битых жизнью "Жигулей", то в первое мгновение наступит тишина, которую в следующее сменит многоголосый ор, свист и улюлюканье, сопровождающееся воплями типа: — … какие телки!.. сюда иди!.. моя рыжая!.. моя блонда!.. я первый!.. ты козел, а не первый, я первый!.. — ну и всё в таком духе.

После этого целительницы должны были парализовать всех присутствующих, чтобы они не могли двигаться и орать,