Ярость - Юрий Никитин

Из окон КП уже не выметывались длинные огненные хвосты ракети ракетных снарядов, даже пулеметный треск умолк. Пивнев стоял во весь ростмежду танками первой линии, морщился от тяжелого грохота, три дня глухим ходитьбудет, но сейчас не упустит счастливого зрелища.

В коробочке попискивало, блымал огонек, Пивнев наконецподнес ее к лицу:

– Ну чего там?

Из мембраны донеслось частое дыхание, затем взволнованныйголос:

– Говорит майор Крис Джонсон. Я хочу вступить впереговоры с командованием русских... Лучше всего прямо с президентом. Мызнаем, что он здесь.

– Говорит генерал Пивнев, – ответил Пивнев. –Я оцепил район и веду бой на уничтожение. А для разговора с самим президентомты, бандит, рылом не вышел.

Голос воскликнул громче:

– Мы не бандиты, а коммандос американских ВВС. Мы хотимдоговориться...

– С террористами переговоров не ведем, – прервалПивнев. – Мы эту погань уничтожаем.

Он сумел нажать нужную кнопку, повеселел, ибо заметилподоспевший сверхтяжелый танк. Знаками велев вести огонь прямой наводкой, онзлорадно прислушался к нервно попискивающей заморской штуке в ладони.Заискрился огонек вызова. Грохнуло, взвилась пыль. Под ногами качнулась земля.Танк дернулся назад, а над зданием взметнулся фонтан камней, обломков.

Пивнев выждал, еще трижды взметнулись камни, наконец в двухместах начал подниматься черный удушливый дым. Выждал еще, нехотя тронул кнопкуприема. Голос в мембране завизжал:

– Как вы смеете?.. Мы вступили в переговоры!.. Вы несмеете прерывать...

– Не смею? – удивился Пивнев. Он выключил, махнулрукой танкистам. – Давай, ребята... Бей в окна, бей в стены, бей так, чтобтам камня на камне...

После двух удачный выстрелов дым пошел удушливый, черный, водном месте взметнулось багровое пламя. Сзади послышался завороженный голосоклейтенанта:

– У них, наверное, противогазы... есть такие карманныереспираторы. Можно даже под воду...

– Срамота, – согласился Пивнев. – Разве этовоины?

Лейтенант показал на коробочку телефона:

– Все еще вызывает.

– Да? – удивился Пивнев.

– Вон огонек мигает.

– Ты гляди, до чего ж техника дошла...

– Может быть, ответите?

– Может быть, – согласился Пивнев. Он выждал еще, закурил,так хорошо курить среди вереницы танков, что прямой наводкой долбят противника.Крепко в старину строили! С первого выстрела только дырявит, а рушит стретьего-пятого. Заскорузлые пальцы, больше привыкшие к массивным гаечнымключам, с трудом нащупали крохотную кнопочку. – Ну, чего верещишь?

Голос в мембране почти всхлипывал:

– Вы не понимаете... У нас уже есть убитые и раненые!..Прекратите огонь!..

– Зачем? – удивился Пивнев.

– Мы хотим выйти!

– Еще чего, – ответил Пивнев недовольно. –Вас и заходить не просили, а тут – выйти?.. Стреляй, Ваня, не жалей снарядов!..Это не тебе, дурак, а танкистам. Вы на такое дело пошли добровольно?..Добровольцы, понимаю. Вам за такую работу в десятикратном платят, а оклады увас такие, что мне за год не заработать. А я уже не мальчик, на пенсию пора! Даеще суточные, полетные, полевые, сверхурочные... Нет уж, такие деньги надоотрабатывать!