Проклятие династии - Галина Львовна Романова

— Это должно быть. Они все — мои. Я пришел за своим.

— Этого не будет, пока жив я.

— А кто тебе сказал, что ты там будешь? Тебе показать, ГДЕ должен ты быть в это время?

…Эльфийский замок. Яркие краски. Музыка. Смех. Мелькают праздничные веселые лица. Звучат торжественные речи. В разгаре церемония вступления в должность нового Наместника Аметистового Острова. Рядом с ним — счастливая молодая эльфийка в нежно-сиреневом платье и маленький мальчик, сияющий от гордости за своего отца. Наместник Калинар торжественно снимает с себя венец и прочие регалии и отдает их своему зятю…

— Этого не будет! — упрямо прошептал Даральд. — Я — здесь. Значит, и то твое видение — ложь. Я смогу…

— Нет! Ты не сможешь остановить меня! Они должны пересечь Черту. Что тебе стоит немного мне помочь. Тебе показать, КАКОЕ будущее тебя ждет? Кроме двух дочерей у тебя будет сын. Не желаешь сделать его королем?

— Мой сын сам выберет свою дорогу. Не тебе его направлять!

— Черта примет всех! Ты — из династии. Тебе не избежать встречи со мной, как и всем. Я — Проклятие династии, и тебе меня не остановить!

— А если я сделаю это? — Даральд выпрямился. — Я смогу. Скажи, что заставит тебя уйти за Черту совсем и больше не возвращаться?

— А ты как думаешь? Жертва!

Даральд бросил косой взгляд на принцессу. Лиана съежилась на постели, боясь пошевелиться. Вряд ли она что-то чувствовала, хотя, кто знает? В ее положении иногда бывают всплески сверхчувствительности…

— Я готов. Какая жертва тебе нужна?

Пришелец из-за Черты остановился совсем близко. Стражи Черты чуть-чуть убрали крылья, и стало возможно разглядеть его лицо — странное лицо полудемона-получеловека, черты которого перетекали неуловимо быстро и легко.

…Это началось давно. Завоевав Паннорию, кочевые племена пытались выбрать себе правителя. Шесть самых древних и богатых родов боролись за власть, но так и не смогли договориться, кто из них более достоин. Несколько лет продолжалась свара, пока кто-то из них не придумал установить очередность, бросив жребий. Теперь после смерти одного короля из следующего по порядку рода выбирался новый и становился правителем. Но сменилось несколько поколений, роды перемешались между собой — их представители брали в жены только женщин своего круга, так что постепенно все стали друг другу дальними и близкими родственниками.

Тогда борьба началась с новой силой. В первые тридцать лет на престоле сменилось четырнадцать королей. Дальше дело пошло еще быстрее. Соперников душили, травили, резали, топили. В конце концов в живых остались только старики, женщины и дети. Вдовы сами взялись за оружие, мстя своим сестрам, кузинам и свояченицам за убитых мужей и братьев. Причем они не останавливались, убивая детей своих соперниц. Так продолжалось до тех пор, пока один старик не додумался призвать из-за Черты демона. В жертву ему он отдал единственного своего внука и, не иначе как в приступе безумия, выдвинул условие: чтобы власть никогда не уходила из его рода. Демон принял мальчика, слившись с ним воедино. Так родилось Проклятие династии.

Обезумев от горя, мать убитого ребенка явилась к своему свекру, пылая жаждой мести, и он взял ее силой. Что удивительно, она понесла и родила близнецов. Старший из них стал первым королем династии, но правил недолго — его убил брат-близнец. Никто не заметил подмены, кроме жены убитого короля. Она убежала, спасая нерожденного ребенка, который тридцать лет спустя явился в Паннорию и своими руками убил дядю и двух из трех двоюродных братьев. Выжил только третий — с тем чтобы в свой черед стать убийцей короля.

С тех пор выполняется условие — власть всегда остается у династии, но сбывается Проклятие: члены династии обречены убивать друг друга до тех пор, пока один из них добровольно не отдаст свою жизнь ради спасения остальных.