Герои Крайних Рубежей. Сборник - Руслан Алексеевич Михайлов

– Ого…

– Угу. Ладно, я в реал на несколько часов. Надо поспать хоть немного, раз впереди бессонная ночь. Плюс есть пара разговоров важных.

– Понял. Я через час тоже вывалюсь на пару часов. За главного оставлю Дока. Храбр пока не дорос.

– Отлично. Дай им вахты. Пусть все поспят хоть немного. О… ребята на нас работают?

– Разовый контракт – кивнул Бом, убирая молоток в мешок – Берут недорого, работают старательно. Как закончат – дам им два предложения. Рекрутство или периодический найм.

Речь шла о игроках предлагавших починку обуви и одежды. Этим они и занимались, сидя на широкой скамье в саду и починяя наши трофеи из тайника Грима. Черт… я же еще его письма не прочел…

– Молодец, Бом.

– Хорошо отдохнуть, босс.

Вспышка.

Привет тебе, о радуга путеводная. Неси меня домой…

Выход.

Глава седьмая

Разговоры странные

Любые важные разговоры веду лицо к лицу. Даже если знаю, что в финале беседа приведет к драке. По-другому никак. Нельзя о важном разговаривать с телефонной трубкой в руке, а не с живым человеком.

Но в данном случае беседа «лицо к лицу» не могла осуществиться. Я не собирался покидать уютную и безопасную квартиру в хорошо охраняемом доме. В первую очередь из-за Киры, что останется здесь одна. Да, глупо, да квартира уютная и охраняемая, но мое решение от этого не изменилось. Да, я больше не Великий Нави и общие страсти по мне поутихли, роль одноразового путеводного ангела я выполнил на отлично, большего из меня не выжать. Но учитывая последние события и мои загадочные «видения» исполинской морской звезды зажатой под толщей нового материка, затишье наверняка временное. Едва поймут старые кланы, что бывший Нави теперь обзавелся зрением способным видеть сквозь землю и видит так всякое непотребное и ужасное… так и окажусь я снова у многих в зоне интереса. Другие могут припомнить несуществующие обиды – из-за тебя мы не дошли до Зар’граада! Третьим окажется интересно насколько сильно я стал богаче. Поэтому я собирался пребывать в осаде и дальше.

Когда я выбрался из игрового кокона и усталой вялой тушкой заполз в ванную, Кира все еще была онлайн. Выйдя освеженным, я заглянул в комнату и убедился, что ничего не изменилось. Возникла мысль взять красный маркер и нарисовать на расслабленном челе любимой что-нибудь смешное, дабы потом мы вместе дружно и весело посмеялись. Но чуть подумав, решил не совершать столь опрометчивый поступок – Беда обязательно отомстит.

Включив ноут, уселся с ним на диван, пока аппарат загружался, помассировал лицо, перебрал в голове все подходящие слова, потом плюнул и решил говорить прямо как есть. Вбив мобильный номер, понадеялся, что у Гоши есть эта программа, позволяющая видеозвонки. Гудки программы оповестили, что номер активен и вызывается. На экране появилось лицо Георгия Пантелеева, он же Гоша, он же казначей клана Альбатросов, бывший владелец красивой серебристой иномарки и мой работодатель.

Гоша моя «точка Х».

Пусть невольно, но именно он дал мне шанс стать Великим Навигатором – он дал мне игровую работу, ради которой я удалил своего старого персонажа Крашшота, создал Росгарда и вновь оказался в Яслях Альгоры, где и нашел уникальное заклинание. А еще именно благодаря работе данной Гошей, я познакомился с Кирой. Одним словом – если бы не предложение Гоши, я бы сейчас продолжал бегать одиноким стрелком Крашшотом по лесам и буеракам, жил бы серой жизнью в однокомнатной квартире, ходил бы на очередную ненавистную работу в реале.

Но это не заставило меня воспылать к Гоше пламенной любовью. Он лишь нажал спуск стартового пистолета, но он не знал куда меня приведет этот путь. Я всего добился сам, ползая в грязи среди пиявок, яростно сражаясь с многочисленными врагами, всеми силами избегая новых «друзей» и стараясь остаться самим собой.

– Привет тебе, о Росгард, лидер клана. Да ты меня переплюнул в карьере, чертяка – широкая сверкающая улыбка была настолько искренней, что мне пришлось срочно напомнить себе, что Гоша банкир и обязан уметь улыбаться.

– Привет, Гош – улыбнулся я в ответ – Как здоровье?

– Давно уже выписался и в полном порядке. Ты бы хоть цветочки послал. Или бутылочку целительного бренди. Вместе бы и выпили, цветочками бы занюхали.

– Извини – искренне повинился я – Дела закрутили так, что из Вальдиры никак выбраться не мог. Сам ведь в курсе.

– Не пыли, Рос – Гоша улыбнулся еще шире, и я испугался, что у него треснут щеки – Ты и так сделал ой как немало.

Двойственно прозвучало. Вроде бы выразил благодарность за то, что я сделал куда больше, чем договаривались. К примеру, в нашем договоре не было пунктов, что я обязан отпугивать от серебристой иномарки таранящих их внедорожников, равно как и таскать девушек на своем горбу по крутым лестницам. А с другой стороны прозвучало так, будто Гоша меня в чем-то укоряет…

– Предложение насчет целительного бренди в силе – банкир потянулся куда-то за экран, а когда выпрямился, в его руке сверкала пузатая бутылка со скромной или даже невзрачной этикеткой – Я уже дома. Подтягивайся, выпьем по чуть-чуть, поболтаем, звякнем нимфам пышнотелым. Как в прошлый раз в общем.

Поперхнувшись чаем, я испуганно обернулся. За спиной никого… нет, в то время я с Кирой не встречался, вроде бы пугаться нечему, но все равно не хотелось, чтобы она услышала про «пышнотелых нимф как в прошлый раз». У женщин ведь такое развитое воображение… Эти прекрасные создания могут найти одинокий кошачий волос на плече твоего свитера и держа его в трясущейся руке такое понапридумывать…

Гоша вроде бы разводился, насколько я помнил. Ему особо терять нечего.

– Понял тебя – кашлянул банкир, глянув за мою спину – И с Бедой тоже все хорошо, да? И у вас обоих.

– Все хорошо – кивнул я – С меня бутылка такого же бренди, что ты сейчас показал. В благодарность за то, что познакомил нас.

– Ты знаешь сколько стоит такой бре… – хохотнул Гоша и тут же осекся, опять смущенно кашлянул, провел рукой по волосам – Извини. Бред несу. Думаю, теперь ты куда богаче меня в обоих мирах. Как вспомню цифры «двадцать семь девяносто девять», так на дрожащий такой смех пробивает.

– Двадцать семь девяносто девять – повторил я.

– Помнишь?

– Столько я просил у тебя в долг. Двадцать восемь долларов без одного цента.