Лестница в небо - Алексей Анатольевич Федорочев

— Две недели у нас и Окунев с Францевым прекрасно справятся, в Москве тоже кто-нибудь найдется, а вот Бока, ручаюсь, оскорбишь на всю жизнь. Это ж как… не знаю… как открыто в нем усомниться!

— Алексей! Я как раз не сомневаюсь — если я Саше все как есть расскажу, то он автоматически будет настаивать идти с нами! Думаете, я не понимаю этого? Я вас-то в это втягиваю и погано себя ощущаю, заставляя решать мои проблемы! А у него дочь!

— Вот чувствуется иногда, что воспитывали тебя не как нас! — заметил Алексей. — Или это общение с торгашами на тебя так повлияло? Император! Лично! Попросил наш род в твоем лице о службе! У меня одна эта мысль в голове не укладывается! А ты?!

— Леха! Эта служба — билет в один конец! Ты так веришь в отцовские чувства Павла? Я вот — нет! В таких делах свидетелей не оставляют. Предыдущий его сын из подобного богомолья не вернулся. Ну черт с ним! Может быть, меня он в живых и оставит, давайте не думать о нем плохо, не имея фактов: мало ли что с парнем случилось! Но вы-то! Вы ему никто!

— И что? — Все мои аргументы разбились об этот вопрос. Махнув рукой, отошел от них по берегу, стараясь успокоиться. В некоторых вопросах мы действительно мыслили очень по-разному.

— Ладно, признаю — был не прав. У Бока спрошу. Довольны? — вернулся я к ним, пройдясь вдоль реки несколько шагов туда и обратно. — Значит, говорите, три-четыре человека… и это будет нормально…

— На самом деле — абсолютно ненормально! — с ухмылкой заявил Алексей. — Но вся прелесть в том, что князь сам себя загнал в ловушку: пока он во всеуслышание не признал тебя сыном — а он, как я понял, вовсе не собирается этого делать — ты имеешь полное право опираться на этикет и иметь собственную охрану! Еще и твоя молодость нам на руку играет. Такое подчеркнутое следование традиции, конечно, выставляет тебя обиженным и неуравновешенным юнцом — типа: «Вот не признаете вы меня — а я тогда так отвечу!» — Но тебе не все ли равно? А князя скорее позабавит этот демарш, чем насторожит.

— Блин, вот откуда ты все это знаешь, а?

— Учили. Ты же знаешь, мой отец — простой охотник, читать-писать умел — и ладно. Так что, купив титул, особо в общество не стремился, знал, что их с матерью там не примут. А вот когда у меня вдруг источник на уровне с клановыми оказался да сестра следом почти так же выдала, тут уж он наизнанку вывернулся, а нам, детям, постарался дать лучшее образование и воспитание. Я своего гувернера до сих пор с содроганием вспоминаю! И с благодарностью тоже. Потом в летном я среди элиты вращался, волей-неволей и там нахватался. И, кстати, возможно в вашем училище подобный курс был, просто ты его в бегах пропустил. Вспомни своих одноклассников: много их без сопровождения по улицам ходит?

Напряг память. А ведь и правда — почти всех из школы встречали. О клановых вообще разговора нет — за тем же Сергеем или Ларисой постоянно по две машины приезжали, это только внутри гимназии присутствие сторонней охраны было запрещено. Да и менее именитых деток не оставляли без присмотра. И когда у нас с Борисом в конце осени образовался эскорт из кистеневцев, это тоже ни у кого вопросов не вызвало — обычное положение вещей. Выходит, зря переживал?

— Раз ты им нужен, то на конфликт в самом начале они не пойдут, — словно в ответ на мои мысли произнес Олег. — Не забывай — у них в любом случае численный перевес будет. К тому же сопровождение сопровождением, а доспехи нам никто взять не даст, а без них мы можем гораздо меньше.

— Насчет доспехов есть у меня одна шальная идейка. Надо будет с Александром Леонидовичем на эту тему поговорить. Что-то, может, и выгорит…

— ?‥ — Пилоты дружно уставились на меня с одинаковым интересом на лицах.

— Система накопителей с бушаринской доработкой должна вполне компактной стать — можно попробовать к бронику прицепить. С вашими габаритами небольшое утолщение не должно в глаза бросаться. И по весу килограмм пять всего будет. Этот дополнительный вес, конечно, на своем хребте тащить придется, но, считай, мощь та же, что и в МБК будет. Вот с полетами, к сожалению, ничего не сделать.

— Пять кило? Смеешься? Да мы их даже не заметим!

— Это ты сейчас так говоришь! А протаскаешь их на себе целый день, да по болоту! Вот тогда посмотрим, как запоешь!

— Ради дополнительных ста процентов к источнику?! И спою, и станцую! От сырости заизолировать не забудьте только. Не знаю насчет болот, место нам неизвестно, но лето дождливое обещают.

— Скажу профу, пусть подумает. Значит, вы и Бок. Еще Милославский наверняка своего человека всучит. Интересно только, каким образом?

— Держу пари, это Василий будет! — усмехнулся Земеля.

— Рогов? Ну, где-то логично, с ним мы найдем общий язык! Только… А, к черту гадание! Вчерне принимается. Все равно война план покажет. Давайте еще прикинем, каких подлянок нам от них ожидать и как с ними бороться?

Проговорив до самого заката, наметили план действий. Отвлекать Бушарина от основной работы не хотелось, но только его гений мог нам помочь сделать это мероприятие менее безнадежным.

Оракулом в нашей компании следовало бы назначить Земелю — его слова о капитане Рогове оказались пророческими. Замаскированный Василий появился на пороге «Кистеня» всего через пару дней.

— О, пропажа нашлась! Привет, капитан! — поприветствовал я гостя. Земеля недоуменно посмотрел на входящего в двери одного из наших московских бойцов.

— Э-э-э… — протянули они в один голос. — Ты не перегрелся? — спросил Олег.

— Зема! Это тот случай, когда глазам верить нельзя. Вспомни блондинку на красной машинке!

Олег перевел взгляд с меня на вновь прибывшего, оценивая в свете новой информации.

— По крайней мере, тот тоже Василий, так что путаться не буду. Привет, капитан!

— Берите выше — майор! — похвастался пэгэбэшник. — Но как ты меня узнал? Мне гарантировали, что меня мать родная в ближайшие три месяца не узнает! Я перед сослуживцами специально крутился, меня один Док только признал, и то не сразу!

— Док тебя знает небось? Да еще, поди, лечил неоднократно?

— Ну да.

— Вот тебе и ответ.

— И что, любой одаренный врач вот так запросто опознает