Роза для короля - Евгения Белякова

– И к тому же, – вмешался Падуа, – Вы принижаете наше достоинство, выступая вместе с графскими отрядами, тогда как традиция предписывает, чтобы в решающее наступление король шел во главе баронских войск.

«Еще бы», – подумал Гринер, – «традиции – дело святое. Но что-то бароны забыли про них, когда надо было атаковать противника у озера. Король чуть не погиб…»

Дориан вздохнул. Гринер был уверен, что король сейчас на миг забудет о своем положении и наконец-то пошлет барона куда подальше, но, к своему удивлению, услышал:

– Хорошо.

«Э-э-э, нет, не хорошо!» – чуть было не выкрикнул юноша.

– Огги, Тьерри и Недвиг – левый фланг ваш. Я буду с баронами.

Гринер так резко наклонился к уху короля, что чуть было не пролил тому за шиворот отвар из кубка, что держал в руке.

– Ваше Величество, – зашептал он, – позвольте поговорить с Вами наедине…

Дориан с удивлением посмотрел на него, но отпустил дворян взмахом руки:

– Идите. Я присоединюсь чуть позже.

Гринер опрокинул в себя остаток питья. Наблюдая, как графы и бароны покидают шатер, оставляя лишь охрану, безучастно стоящую у выхода, он обдумывал, что скажет королю. Малейший намек на то, что Дориану небезопасно находиться рядом с баронами – и король, возмутившись, даже слышать ничего не захочет. Он наверняка понимает, кто ему верен, а кто не особо, но прятаться не станет. Значит, нужно действовать тоньше. Но как? Гринер мучительно раздумывал, и тут взгляд его упал на короля.

На груди у короля сияла ярким светом Роза.

– Она еще не закончила работу, – Гринер кивнул на цветок, вспоминая, что говорила Тео, – она способна поддерживать дух войск, укрепляя его, и придавать сил. И куда больше пользы принесет, если вы будете находиться здесь, в лагере, вдохновляя свои войска с помощью Розы.

– Но мы планируем решительное… – начал протестовать король.

Гринер застонал:

– В Вашем доспехе дыры такие, что я могу кулак засунуть! – Преувеличивал он лишь немного, и то от отчаяния. – Вы уже участвовали в бою, и покрыли себя славой, а теперь помогите своим людям! Иначе… – он сжал кулаки. – Иначе Роза может отвернуться от вас!

– Что? – удивленно вздернул брови король.

– Да! Это очень древний… и сложный артефакт. И он… – Гринер никогда не умел врать, но сейчас на него снизошло вдохновение: – Может потерять свою силу, если Вы пойдете в бой самолично!

Дориан задумался.

– Тео сказала, чтобы я прислушивался к тебе. И, Древо знает, я хотел бы быть со своими людьми там, но раз ты говоришь…

– Она может сохранить множество жизней, – уверенно добавил Гринер.

– Решено. – Король надел перчатки, шлем и, поправив меч на поясе, приказал страже у выхода: – Отправляйтесь с графом Недвигом, передайте, чтобы наступали без меня. Скажите… что я буду силой Розы направлять их и помогать им.

Гринер понимал, что королю очень многого стоит сейчас отказаться от триумфа. И уважал его за силу воли, решимость поступиться собственной… да, честью ради жизней солдат, и одновременно презирал себя за трусость. Но… он боялся не за себя, а за Дориана, значит, не такая уж это и трусость, да? Просто необходимая осторожность.

Стражи, поклонившись, вышли и король повернулся к Гринеру.

– Нам оставаться тут?

Стараясь выглядеть уверенным в себе, Гринер покачал головой.

– Выйдем… к краю леса. На холм, там южнее обрыв – с него хорошо будет видно бой, а мы будем скрыты. Далеко от лагеря отходить не будем.

Он плотнее запахнулся в плащ и пошел вслед за королем.

В обычной ситуации Тео вряд ли смогла бы обнаружить Кендрика через шар, учитывая странную способность своего бывшего ученика скрываться от магических поисков. Ранее она пыталась неоднократно – и каждый раз терпела неудачу. Но сегодня… Множество смертей вокруг – не ее рук дело, но глупо не воспользоваться ими, – давало призрачную надежду на то, что все получится. Узнай кто-то из Совета, что она решила воспользоваться некромантией… или даже просто то, что ей известно это заклинание – пришлось бы туго. Но она и так была в немилости у магов, что ей терять? Торопливо развязывая шнурок на горловине мешка, она ухмыльнулась. Было сильное искушение позвать Дерека – но он не одобрит ее методов, и они потратят слишком много времени на препирательства. Сначала она найдет Кендрика, а потом… победителей не судят.

Гринер обнаружил, что из-за ветра глаза слезятся и поставил, помимо укрывающего от поиска купола, простую защиту, чтобы по крайней мере видеть, куда ноги ступают. Поддержал короля под локоть: тот шел, сопротивляясь ветру, и пошатнулся, когда он исчез.

– Извините, не предупредил, – сказал Гринер во внезапной тишине.

– Мне просто стоять тут?

– Да. – Гринер осмотрелся. Поле битвы, как на ладони. Вернее, было бы как на ладони, если б не метель. Но она же и скроет их от чужих глаз. И деревья вокруг. – Думайте о… подвигах, славе, победе… и стране.

– Хорошо, – ответил король и застыл, глядя в поднявшуюся пургу. Гринер с удивлением заметил, что Роза на груди Дориана стала светиться ярче. Или ему показалось? Король, хоть и не видел своих воинов за почти сплошной стеной снега, всеми силами пытался дотянуться до них, отдать часть своей силы, храбрости…

Нет, Гринеру не показалось. Роза сверкала почти нестерпимо, и юноша кожей ощущал волны магии, исходящие от артефакта и короля.

«Он лучше меня», – подумалось Гринеру мимолетно. – «А сила Розы проникает через оба круга защиты… хорош я был бы, если бы оказалось, что купол не пропустит эту силу… но все обошлось».

Дориан был всецело поглощен своим занятием. Как показалось Гринеру, впал в некую прострацию; он просто стоял, сжимая рукоять меча в ладони, прикрыв глаза, недвижимый, как статуя. Сколько они пробыли на холме, прежде чем в заполненном крупными хлопьями снега воздухе замерцала первая синяя вспышка, Гринер не знал. И поначалу даже не понял, что увидел – двойное мерцание, и все. Потом он заметил еще одну вспышку краем глаза и развернулся посмотреть, еще не отдавая себе полностью отчета в том, что перед ним только что открылся портал.

Неподалеку, у кривой, старой сосны, на самом краю защитного круга, очерченного Гринером, стоял Кендрик, и волосы его на сильном ветру словно плясали дикий танец.

Кендрик выглядел по-другому, не так, как во сне. Вместо балахона – походная одежда, короткая кольчуга поверх стеганой куртки, меч на поясе. Он был живее, реалистичнее – потому ли, что лицо его было напряженным, а под глазами виднелись мешки? Гринер не знал. Но, увидев Кендрика во плоти, испытал сложную смесь чувств – от удивления и радости до подозрительности, смешанной со страхом.

Что говорить? Или промолчать?

– Вам лучше уйти, – решился наконец Гринер. – Прошу Вас.